Ведьма и ее волк

27.3 Сложное положение

Изабель стояла совершенно окаменевшая. Змеиный ядовитый взгляд потух, и лишь в его глубине плескался откровенный, животный страх. Даже меня, всякое повидавшую, пробрало. Видимо, Князь окончательно вышел из-под контроля ее колдовских глаз.

— Наша страна окончательно сошла с ума, — герцог Сатклиф, мазнув по мне взглядом, перехватил управление на себя. — Подобный скандал в королевской семье недопустим!

Двойное дно его слов было очевидно для меня. Но что я могла поделать?

— Этот вопрос будет решен в ближайшие дни, — Изабель, наконец, очнулась и не скрываясь устало потерла виски. — Прошу разойтись, милорды. Как видите, сейчас все слишком запуталось. Я должна позаботиться о насущных вещах и лишь потом принимать решение.

Как будто разбуженное цунами можно усмирить королевским указом.

Первобытные инстинкты уже вылезли наружу, и Изабель, пожелавшая разделаться со мной публично, собственноручно отперла сундук с демонами.

— Конечно, Ваше Величество, — герцог без всякого подобострастия отвесил Изабель поклон и ринулся в новую атаку: — Но вы же понимаете, что не можете принимать решение, касающееся леди Бекфорд, в одиночестве.

Изабель нахмурилась. Обычного этого было достаточно, чтобы знать попритихла. Она кажется до сих пор не понимала, что двор тих, лишь когда ему это выгодно.

— Разумеется, любое решение будет принято в соответствие с законом.

— Решение принимается кругом рода, — холодно поправила графиня Ар-Севех. — А здесь, как минимум двадцать человек имеют те или иные взаимоотношения с Бекфордами.

— Что? — сестра растерянно огляделась и снова потерла виски. — Я не понимаю. Из Бекфордов живы лишь я и Ненси, и уж конечно я не сделаю ничего, что навредит моей сестре. Ее позор будет достойно скрыт и не выйдет за эти стены.

Я вяло отвела ото лба волосы и даже расправила платье, словно речь шла не обо мне, а после тайком обменялась взглядами с графом Брижен.

Тот понял меня верно.

— Если мне будет дозволено говорить, — тут же резко и прямолинейно напал граф. — Герцог Сатклиф прямой потомок Бекфордов, графство Арх-Север ведет род от семиюродной бабки по линии последнего Короля. Даже я, ваш покорный слуга, прочно связан с родом Бекфордов и буду допущен в круг.

— На каком это основании, — зашипел Берье. — Всяк знает, что плоть твоя на севере!

— Действительно, — поддержал еще один из прихлебателей Изабель. — Всяк знает.

— Господа, прошу, — произнесла совсем тихо. — Леди Лаура Брижен помолвлена с милордом Фершеком, а род Фершеков, как вы знаете, ведет начало от Короля Йорга Святого.

Сестра растерянно моргнула.

Даже просидев на троне пятнадцать лет, она, кажется, так и не поняла, что происходит. Почему послушный ее воле двор как с цепи сорвался. И откуда взялся круг рода, если она выкосила почти всех наследников по прямой линии.

— Прошу, Ненси, — она снова бросилась ко мне. — Вся эта ситуация требует осмысления. Этот круг рода… Зачем все это?

— У леди не так много способов защититься от голословных обвинений, — сказала равнодушно, глядя прямо перед собой. — В таких случаях вмешивается род.

Напротив меня находилась одна из зеркальных колонн, так что я имела удовольствие лицезреть, как потемнел лицом Князь. В синих глазах мелькнула молния.

Снова поднялся ропот, но я уже отключилась от действительности.

Я рассчитывала, что после спасения от Белезиды Князь хотя бы задумается о роли Изабель в провале военной операции. Ну что сказать? Зря надеялась. Первое что он сделал, появившись, ославил меня на весь белый свет, как порченую девицу.

Но мне это помешает, тут же напомнила себе. Изначально я исходила из ситуации, в которой Князь уже предал меня. Наличие любовника или даже двух не лишит меня политической привлекательности.

— Но позвольте леди, — Князь снова крепко сжал мою руку. — Вы не дали мне договорить!

Голос его звучал глухо, на виске судорожно билась темная жилка. От него еще пахло кровью. Мы, Бекфорды, хорошо кровь чуем. Наверное, бег через треть страны не лучшим образом сказался на ранах Князя.

Сердце кольнуло проклятое сочувствие, но я прикрыла глаза и отвернулась:

— Я слышала волки — люди чести, — протянула скучным голосом, а едва Князь опять с жаром взялся что-то объяснять, с упоением добавила: — Не стоит оправдываться. Я была рада ошибиться.

— Да послушайте же, наконец! — прорычал он.

Его вшивая Светлость совершенно по-волчьи оскалился, но отреагировать я не успела. Никто не успел.

Изабель, судорожно впившись пальцами в виски, рухнула на пол. В последнюю секунду Князь успел подхватить ее буквально на рефлексе и растерянно застыл с повисшей на его руках ношей. Я уже видела этот трюк в исполнении сестры и не впечатлилась.

Удобно. Только что не по-твоему, и брык в обморок. Какой спрос с обморочной Королевы?

Но волей-неволей, этот абсурд необходимо завершить правильно.

В центр зала выступил старуха Мэдхен в накрахмаленном чепце и жестко объявила:

— Ее Величеству дурно, Ваша Светлость, необходимо доставить ее к лекарю. А вы милорды расходитесь, не время нынче.

Милорды даже не повернулись.

Теперь, когда ящик Пандоры был открыт все стало на свои места. Изабель снова стала уличной плясуньей, я — пусть и опальной, но принцессой, а Мэдхен просто прислугой. У прислуги в их понимании не было права голоса. И Мэдхен, судя по бешеному взгляду, это прекрасно поняла.

— Прошу, господа, кажется пришла пора действительно разойтись на сегодня, — сказала мягко.

Перевела взгляд на Князя:

— Ваша Светлость, отнесите сестру в ее покои, вы же видите, что ей дурно, а я позабочусь о размещении волков в замке. Дядюшка, проводите меня до моей комнаты.

Герцог Сатклиф тут же склонился в поклоне и подхватил меня за руку. Больше не было смысла скрывать наш альянс. Какие бы цели не преследовала Изабель, сегодня двор раскололся на две половины, и одна из этих половина принадлежала мне.