Ведьма и ее волк

28.2 Опасное решение

Ровно после обеда в дверь заколотили.

Судя по энергичному грохоту ко мне рвалась волчья рать. Шеврез насторожились, но я взмахом руки их утихомирила.

— Откройте, — приказала страже.

Расположилась на милом диванчике в тон подлатанным гобеленам и с упоением расправила складки на платье. Влюбленная девочка спряталась в дальнем углу моего сердца, а основное места заняла мертвая миледи Бекфорд, наследница престола. Она же циничная кобра, гарпия и та еще ведьма по совместительству.

В покои буквально ворвался Князь. Дверь с болезненным хлопком впечаталась в стену. Синий цепкий взгляд впился в меня сотней стрел, но я была уже слишком мертвой, чтобы хоть немного испугаться.

— Бель, я должен поговорить с тобой! Сейчас. Пошли вон, и вы тоже вон. Крис, вытащи их!

Князь шел по покоям вихрем, и плащ стелился за ним черными всплесками, едва успевая за его шагом. Без разговоров прихватил одного из стражников за плечо и по-простецки поволок его к двери. Тот застонал от боли, но еще пытался сопротивляться.

К Князю тут же бросился Крис, выговаривать что-то злым шепотом и поглядывающий на меня с немым ужасом. Княжеский гнев, похоже, и до него добрался.

Я не вмешивалась, безразлично наблюдая как выволакивают в коридор мою стражу к счастью, военное положение дворца сыграло свою роль. В темных коридорах было темно и пусто, и даже шорох девичьего платья разносился на милю вперед. Никто не видел, что происходит у моих дверей.

Повернувшись к Шеврез, медленно закрыла глаза, разрешая им уйти. Верд все равно своего добьется, а лишние жертвы мне ни к чему. А от моей репутации остались только обрывки белой ленты, которую дарят родители на совершеннолетия дочерей.

— Рада приветствовать вас снова, Ваша Светлость, — сказала безразлично, когда комната окончательно опустела. Только Крис остался у двери, успешно имитируя собственное отсутствие.

Верд резко остановился. Среагировал на мой бесстрастный голос. Резные ноздри дрогнули, по-волчьи втягивая запах, звук, тональность и невидимый холодок, навеки пролегший между нами.

— Черт тебя возьми, Бель! — зарычал он. — Да послушай же меня, наконец!

Он надвинулся на меня, уперся руками в бархат дивана, и под его тяжестью мы буквально сдвинулись к окну.

— Я слушаю, — любезно наклонила голову, словно ничего особенно не происходит.

Остатки убитой Бель внутри меня трепетали от счастья. Ах, мы, наконец, довели его. Ах, мы захлебываемся в морской буре его глаз.

Вот только с каждым вздохом Бель становилось во мне все меньше. Недалек тот день, когда она окончательно погибнет, и на трон взойдет кровавая Бекфорд с весьма посредственными представлениями о справедливости и любви.

Может и к лучшему. Хорошие девочки живут плохо и недолго.

— Притащила этого хлыща в столицу, представила едва не супругом, отказалась от меня прилюдно, — перечислил он скрипучим голосом мои грехи.

Глаза впились в мое лицо, приморораживая к дивану.

То есть, я еще и виновата оказалась. В груди поднялось слабое подобие гнева.

— Можно я немного сокращу ваш монолог во времени? — сказала ядовито. — Я сейчас отвечу, что не ваше волчье дело, кто мне супруг, вы скажете, что очень даже ваше, потому что вам так охота. Я возражу, что охота в лесу, а в Сантарии земледельцы, а вы снова начнете орать, потому что разумных объяснений вашей нечистоплотности нет, и сказать по делу вам нечего. Засим, нашу беседу можно считать успешно оконченной, чай не предлагаю, можете покинуть мои покои. Я спать хочу.

Вопреки всякой логике, красивая княжеская рожа просветлела, словно я с головы до ног завалила ее хозяина комплиментами.

— Бель, я тоже хочу с тобой спать, — сказал он растроганно. — Ты снова на меня злишься. Это хорошо, ты не представляешь, как это хорошо.

Рука поднялась сама собой и отвесила хорошую тяжелую пощечину. А после вторую — по другой щеке. Верд продолжал светиться от радости, как центральная площадь столицы в рождественские дни.

Он сполз на пол и обхватил руками меня за талию, уложив голову мне на колени. После глянул на меня искоса. Да так, что меня встряхнуло до самых печенок. Словно знал. Понимал, что сейчас произойдет.

— Не делай этого с нами, Бель, — сказал он тихо. — Не надо.

Почти против воли скользнула пальцами во взлохмаченные блестящие пряди его волос. Потом отдернула руку.

Возможно окончательно я вылечусь, лишь когда Верд уедет в Сантарию, и в моих покоях стихнет эхо его шагов.

— Я не знал, что делать, — бормотал он, ластясь к моим пальцам. — Я не смогу без тебя, захочешь — выполню любое твое желание. Проси, прямо сейчас проси, что угодно!

Поскольку Князь так и сидел, склонив мне на колени голову, на прямой моего взгляда оказался Крис. Мы переглянулись, и я бесстыдно закатила глаза. Мол, вот что я думаю о волчьей болтовне.

Крису хватило совести покраснеть и повернуться к двери.

Я задумчиво улыбнулась. Мне от княжеской любви никакого прибытку, один расход. То меня пытают, то убивают. Настал мой черед использовать Княже.

Пальцы ласкающие прошлись по темных волосам Князя, скользнули к губам.

— Исполни, — сказала нежно. — Верни мне Лиз.

Верд тут же поднял голову, уставившись на меня тревожными глазами.

— Лиз? — переспросил с удивлением. — Та служанка, что сговорилась с люци? Не верну. Она пыталась убить тебя.

— О, — я не выдержала и засмеялась. — Ты не можешь выполнить даже такое простое желание. Полагаю, волчий Князь не держит слова.

Наверное, Верд не замечает, что когда он злится, у него выскакивают клыки. Ничего не стоит надавить пальцем на один из них, чтобы потекла кровь.

Сердце перешагнуло невидимый барьер, когда я чиркнула пальцем по блестящему клыку. Достойно сильно, чтобы пролить немного крови.

— За смерть ты должен мне вдвойне, служи собакой верной мне.

Князь автоматически сглотнул кровь и только потом поднял на меня потрясенный взгляд. Крис дернулся от двери ко мне, но не успел даже шагу сделать, как Князь смел его с пути. Кристиан практически перелетел через кофейный стол, по-кошачьи приземлившись у двери, а Верд застыл, с недоумением разглядывая собственную руку. Кажется оба не понимали, что произошло.