Ведьма и инквизитор: игра с огнем

ГЛАВА 2. АРДЕН

Ожидаю, что уж вот теперь-то госпожа Аморесси наверняка дернется и попробует сбежать. Поступок будет глупым, так как у выхода дежурят мои люди, но предсказуемым.

Крепко сжимаю ее локоть, но Миралия не вырывается. Лишь удивленно обводит взглядом гостей, словно арест стал для нее неожиданностью. Некоторые ведьмы поразительно глупы и самонадеянны – думают, что смогут вредить стране и избегать правосудия.

- Вперед, - подталкиваю преступницу, контролируя каждое движение в комнате.

Я не в восторге от таких показательных задержаний. Было бы куда как проще сработать тихо, без лишних свидетелей. Но министр настаивал на том, чтобы лично присутствовать при задержании, и наиболее уместным оказался арест во время светской вечеринки.

Надеваю на ведьму наручники и провожу через гостиную на выход из квартиры. Слежу за присутствующими на случай, если кто-то решит геройствовать. Но нет – ведьмы и колдуны стоят, вытянувшись по струнке, точно перепуганные сурикаты. Даже белобрысый любовничек и тот трусливо прячется за спинами приятелей, не глядя на пассию.

- Могу я дать указания прислуге и расплатиться с ними? – ведьма задает вопрос будничным тоном, будто речь идет о погоде.

Такое поведение преступницы озадачивает. Я жду криков, истерик, слез, но никак не заботы о персонале. Возможно, она заранее была готова к аресту?

Смотрю на министра юстиции: тот недовольно кривит рот, показывая, что ждет не дождется, когда ведьма отправится в стены Крипты Святого Ордена.

- Да, конечно, - киваю, позволяя пройти к горничной.

Министр пытается возмущаться, но делаю вид, что не слышу его недовольных реплик. На моей памяти еще ни одна ведьма не думала о судьбе персонала во время ареста. Хотя, возможно, это попытка усыпить бдительность и сбежать? Или попробовать подкупить меня, пока никто не видит? Надо думать, и беседа на балконе имела ту же цель? Если так, то избалованную дамочку ждет разочарование.

Но нет… Миралия и впрямь всего лишь раздает указания по поводу дома. Причем, звучат они так, будто ведьма планирует провести в застенках Крипты не более суток. Не вмешиваюсь, хотя выглядит ее поведение странно. При этом расплачивается, словно знает, что не вернется. Где логика?

Пока она беседует с прислугой, мне приходится стоять рядом, продолжая удерживать ее за руку. Вдыхаю аромат ее тягучих вишневых духов, ощущаю тепло бархатистой кожи. Чувствую, как по ее телу пробегает мелкая дрожь, хотя внешне ведьма старается выглядеть спокойной. Это вызывает странное, двоякое чувство. Как инквизитор я понимаю: она должна понести суровое наказание. Но как мужчина – хочу прижать ее к себе и защитить.

После того, как все вопросы улажены, вывожу Миралию из квартиры под удрученное молчание гостей. Министр зачем-то пытается увязаться следом. Приходится осадить его пыл. Допрос – не театр, и государственным мужам там не место. Хватит с него и показательного ареста.

Вижу, как ему хотелось бы настоять на своем, но статус не позволяет что-то требовать у Главы Инквизиции. Так что в Крипту Святого Ордена едем вчетвером: я, Миралия, и два гвардейца из орденской стражи. Черная повозка неспешно катится по пустым ночным улицам. Ведьма отстраненно смотрит в окно, по-прежнему делая вид, что ничуть не беспокоится за свою жизнь. Полагает, что ей помогут связи? Если так, то она еще глупее, чем я думал.

Стоит нам доехать до замка, в подземелье которого располагается Крипта, и остаться один на один в комнате для дознания, как все ее поведение меняется.

- Во-первых, можно мне кофе, пожалуйста? Мой наряд не предполагал визит в сырое подземелье, - ведьма садится на стул, закинув ногу на ногу и поправляя облегающее черное платье. – И, если найдете пиджак или накидку – буду благодарна. У вас тут зябко.

Миралия ежится, поводя оголенными плечами, а я стою, силясь понять, что она вытворяет? Какой еще кофе и накидка? Может, арест оказался настолько травмирующим событием, что бедняжка тронулась умом, а я и не заметил?

- Во-вторых, надеюсь, обратно вы так же меня отвезете? Потому что денег я с собой не брала, а идти пешком на каблуках через пять кварталов – извините, я пас.

Ведьма перебрасывает каштановые локоны за плечо и смотрит настолько самоуверенно, что на секунду я теряю дар речи.

- Вы разве не слышали про обвинение и смертный приговор? – сажусь напротив нее, с любопытством разглядывая этот диковинный экземпляр.

Таких наглых ведьм мне еще не доводилось арестовывать.

- Слышала, - спокойно кивает она и даже улыбается. – Но произошла ошибка. Я правда ни в чем не виновна. И уверена, что такой справедливый и честный человек, как Глава Инквизиции, быстро разберется во всем и отпустит меня домой. Не так ли?

От неприкрытой лести сводит зубы, но молчу. Если она думает, что сможет умаслить меня парой комплиментов, то ее ждет огромное разочарование.

Наклоняюсь ближе, облокачиваясь на стол, разделяющий меня и преступницу.

- Зачем же вы тогда заплатили прислуге, если уверены в невиновности? – ловлю ее на несоответствии, но интриганка находит лазейку.

- Я-то знаю, что вернусь, а мои люди – нет. Не хотела, чтобы они переживали. Все-таки, они полностью зависят от меня. С деньгами им будет спокойнее ждать моего возвращения.

Негодяйка зеркалит мой жест, тоже облокачиваясь на стол. Ложбинка меж грудей становится настолько соблазнительной, что мой взгляд невольно скользит, любуясь формами.

Я на балконе-то едва сдержался, когда она проделала этот трюк, а теперь, находясь прямо напротив, не поддаться искушению еще сложнее. Тусклый свет лампы прячет в тени самое интересное, отчего фантазия работает в усиленном режиме.