Ведьма и инквизитор: игра с огнем

ГЛАВА 9. АРДЕН

Выношу капризную ведьму с балкона, пока она из-за собственной упертости не получила солнечный удар.

- Тут сиди, бешеная, - опускаю на диван.

- Отстань от меня!

- Не могу, - на моем лице расползается кровожадный оскал. – Ты своим рамоновым проклятьем сама заставила меня делать все, чтобы я обеспечивал твою безопасность. Вот и выполняю приказ.

По ее удивленному взгляду догадываюсь, что она даже не понимает, о чем я.

- Соседи могли заметить тебя на балконе. Начались бы ненужные вопросы, сплетни. Учитывая, что моя личная жизнь скрыта от любопытных глаз – интерес к твоей персоне был бы небывалым. Впрочем, если ты соскучилась по Крипте – могу отнести назад и даже запереть. Только скажи.

Удивительно, как с такой беспечностью она не попалась во время похода по магазинам?

Ее глупость успокаивает, ведь подразумевает скорую поимку. Надеюсь, я смогу вернуть все, что она накупила?

Смотрю на эту взбалмошную аристократку. Сидит на диване, нахохлилась, как сычонок. Белый шарф сполз с головы на шею, волосы растрепались. Куда только подевалась дикая кошка, готовая царапаться и шипеть? Чем больше общаюсь с этой ведьмой, тем больше понимаю, что дело куда как запутаннее. Миралия определенно не похожа на коварную преступницу, способную вести тонкую политическую игру.

Иду на кухню за холодным лимонадом. Успокою Миралию и попробую разговорить. Пока все выглядит крайне подозрительно. Мог ли министр оговорить ведьму, дабы скрыть свои темные дела? Вполне. Вот только напрасно он впутал в это инквизицию. Если он полагал, что может сыграть на моей личной неприязни к магическим, то это было слишком опрометчивое заключение. Здравый рассудок всегда останется на первом месте. Да и вообще, будь моя воля – я бы некоторых министров сам лично низверг в пещеру Рамона. И сжег бы. Чтобы уж наверняка.

Возвращаюсь в гостиную со стаканом прохладного лимонада. Ведьма по-прежнему сидит на диване, сжавшись в комочек, и отстраненно смотрит в окно. Маленькая такая, несчастная. Даже без разбирательств понятно, что кто-то подставил эту дурочку.

Хочется подойти, обнять, успокоить. Пообещать помочь выпутаться из этого дела. Но потом вспоминаю, что она только что истратила все мои сбережения, и сожаления мигом отступают.

- На, выпей, жертва мрачного таланта, - протягиваю ей стакан с лимонадом. – И прекращай уже строить из себя несправедливо обиженную.

Девица игнорирует стакан и шипит на меня:

- Вообще-то, если это способ извиниться, то можно обойтись и без оскорблений.

Извиниться? Перед ней? Да она в своем уме?

- В чем я не прав? Что ты богатая и не умеешь считать деньги? Что твое положение избаловало тебя? Что твое поведение наглое и вызывающее?

- Да нет. Прав. Абсолютно, – она поднимает на меня взгляд, и я едва сдерживаю усмешку, видя, как в ее глазах вместо болезненной подавленности вновь вспыхивают молнии.

Что ни говори, но вот такой дерзкой она мне нравится куда больше. В такие моменты ее хочется завалить на диван, прильнуть к телу и возбуждать, пока не начнет скулить в изнеможении, умоляя, чтобы я взял ее.

Гордая. Красивая. Даже жаль, что ведьма.

- Не о чем спорить. Пей, - впихиваю в ее руки запотевший стакан с лимонадом. – Может, остынешь. А то на тебе можно пиццу запекать.

Полагаю, что на этом разговор окончен. Что сейчас Миралия успокоится, и мы наконец-то вместо глупых препирательств сможем заняться делом. Но идиотка вновь показывает, насколько она непредсказуема. Почему идиотка?

А потому что смотрит на меня с вызовом и выдает приказ, от которого хочется скрежетать зубами.

- Я, значит, избалованная, да? Хорошо. Я тебе покажу, что такое «избалованная»! На колени.

- Что? – дергаюсь, как от удара хлыстом.

- Я сказала: встал передо мной на колени.

- Только посмей, - рычу, но опускаюсь в унизительную позу.

- Уже, - она подходит ко мне, глядя сверху вниз. Берет за подбородок, заставляя задрать голову и смотреть ей в глаза. – А что такое? Что-то не нравится? Да? Что поделать… Я просто веду себя как богатенькая ведьма. Ты ведь такими нас представляешь, да?

Ее губы расползаются в язвительной ухмылке.

- Лучше остановись, - произношу сквозь зубы, сдерживая клокочущую ярость.

- Знаешь, была бы я милой и хорошей, конечно, остановилась. Но как ты там сказал? Я наглая и вызывающая? – ехидство резко меняется на командный тон: - Целуй!

Ставит передо мной ногу, а рукой наклоняет мою голову вниз.

Хочется послать ее куда подальше с такими запросами, но от одной только мысли ослушаться, мышцы скручивает судорогой. У меня перехватывает дыхание. Пытаюсь сопротивляться, но тело выворачивает наизнанку. Глаза режет, а по лбу стекает пот. Все нутро требует, чтобы я выполнил приказ.

- Хорошо! – сдаюсь я, и в ту же секунду чувствую, как пытка прекращается. Сердце больше не готово разорваться на клочки.

Пытаюсь отдышаться, одновременно с этим губы припадают к ее ступне.

- А теперь чередуй поцелуи с комплиментами.

- Ты ведь сейчас доиграешься! – рычу я, уже точно зная, что как только она даст мне возможность встать с колен – скручу ее и заткну рот.

В приказе было обеспечивать ее безопасность и следить, чтобы ее не арестовали. А это ровно то, чем я и займусь! Связанной ей определенно будет безопаснее. Потому что иначе я ее точно прибью!

- Я сказала: говори мне комплименты.

- Ты настолько восхитительна… - смотрю на нее снизу вверх, подбирая слова, - в своей наивности, что я искренне поражаюсь тому, как ты дожила до своих лет.

- Арден!

Целую щиколотку и произношу новый, понимая, что даже в такой ситуации она не может полностью управлять мной:

- Твоя глупость настолько очаровательна, что мне даже не хочется расстраивать тебя реальностью.

Ведьма легонько пинает носочком ступни в грудь, но успеваю поймать ее ножку, отчего Миралия едва не падает, теряя равновесие. Машет руками, а я даже не делаю попытки, чтобы помочь ей удержаться. Приказа ведь не было.