Ведьма и инквизитор: игра с огнем

ГЛАВА 12. АРДЕН

Для меня проще позволить Миралии уйти в ночь. Потом было бы куда как легче найти беглянку: с наступлением тьмы суета Мирга [1]затихает. На вокзалах бродят лишь усталые путники, решившие переночевать в зале ожидания, чтобы сэкономить на гостинице. Порт и вовсе становится прибежищем контрабандистов. Одинокая дама из высшего света, стремящаяся покинуть город, неизбежно привлечет внимание. А значит, я смогу без труда отследить весь ее маршрут. Вот только, боюсь, что несмотря на прихваченные нож и амулеты, спустя несколько дней я обнаружу ее в канаве с перерезанным горлом.

Еще час назад я согласился бы с таким исходом. Одной наглой ведьмой меньше – не велика потеря для общества. Это усложнило бы расследование, но не помешало бы найти настоящего преступника. Однако то, как Мира переживала, приковывая меня наручниками к кровати… Не хочется выглядеть сентиментальным болваном, но вынужден признать, что ее поступок и правда тронул.

- Если ты уйдешь сейчас, то не доживешь до утра, - говорю, понимая, что как Глава Инквизиции совершаю неимоверную глупость, но человеческое сострадание берет верх.

- Почему? – Мира замирает возле чемодана, готовая закрыть его и сбежать из квартиры.

- Сама подумай. Ты молодая привлекательная девушка. Везешь при себе довольно солидную сумму. Поверь, многих лишают жизни и за меньшие деньги.

- Я могу постоять за себя.

Сдерживаюсь, чтобы не усмехнуться: ведьмочка выглядит как грозный котенок, полагающий, что сможет шипением отогнать свирепого волкодава.

- Не сомневаюсь, - стараюсь, чтобы это звучало без иронии. – Однако, ночной побег – слишком опасная затея. К тому же, ты сейчас наверняка пойдешь на вокзал. Так?

- С чего вдруг? – она пугается, с головой выдавая, что я прав. – Может, и нет? Я, может, собиралась обратиться за помощью к своему возлюбленному?

Она с вызовом задирает подбородок.

- К блохастику? – усмешка все-таки прорывается наружу, и я стараюсь скрыть ее за бряцанием наручников, делая вид, что пытаюсь сесть поудобнее. – Не говори ерунды.

- Между прочим, он меня любит. Так что это – не ерунда.

Стоит возле моей кровати, гордая, дерзкая. Вновь пытается скрыть, как ей страшно.

- Если бы ты и правда собиралась идти к Кодарио, то ни за что не стала бы мне сообщать об этом, - произношу я как можно спокойнее, чтобы не провоцировать ее на глупый поступок. – Кроме того, ты прекрасно знаешь, что он тебе не поможет.

- С чего бы? – она вспыхивает.

- Для него ты – красивое статусное приобретение, которым можно похвастаться в компании друзей. А еще в деловых переговорах бывает полезным козырнуть, что на твоей стороне ведьма. Тебе не хуже моего известно какими мифами окружены ваши способности.

Мира отворачивается, но я и без этого догадываюсь, что ей неприятно такое слышать. Очевидно, как и любой девушке, в тайне ей хочется, чтобы ее любили не за то, что она обладает магическими способностями. А, возможно, даже вопреки им.

- Ты не глупая и понимаешь, что Кодарио не станет рушить свою репутацию ради опальной ведьмы. Разумеется, он с готовностью примет тебя обратно и поспешит задобрить подарками, как только с тебя официально снимут обвинения.

Пытаюсь смягчить болезненную информацию, хотя, как по мне, лучше знать правду, чем жить в иллюзиях.

- Но до того момента идти к нему бессмысленно. Еще и чревато последствиями. Какой делец откажется лишний раз выслужиться перед правительством, когда всего-то надо выдать беглую подружку?

Ведьмочка поджимает губы, присаживаясь на край кровати. Маленькая, расстроенная.

Опять ловлю себя на том, что хочется сгрести ее в охапку и прижать к себе. Если бы она сидела возле изголовья, я даже смог бы провернуть это, и никакие наручники меня бы не остановили.

- Как думаешь, готов он ради тебя рискнуть жизнью? - произношу я.

- Нет, - она хмурится еще больше, а мне из-за этого все сильнее хочется обнять ее.

Каким-то непостижимым образом Мире удается вызывать во мне волны неконтролируемой пронзительной нежности.

- Возвращаясь к моей первоначальной мысли: ни к кому из друзей и родных ты не пойдешь. Предпочтешь сбежать из города и погибнешь, не дожив до утра. Будучи Главой Инквизиции, я, разумеется, не могу подсказывать преступнице, как покинуть страну. Но… разве в моей власти помешать, если беглянка сама догадается, как ей поступить наилучшим образом?

Судя по лукавому изгибу ее брови, до ведьмочки наконец-то доходит, что я действительно хочу ей помочь. Причем, в обход должностных инструкций.

- Конечно, - она присаживается поближе, и ее голос становится заговорщицким. Передо мной уже не расстроенный котенок, а хитрая лисица, готовая принять правила новой игры. - Итак, ночью я бы точно никуда не пошла. Осталась бы в твоей квартире до утра. Да?

- Само собой, - понижаю голос, переходя на полушепот.

- Потому что?..

- … ты прекрасно знаешь, насколько опасно уезжать с вокзала в позднее время суток.

- Меня могут ограбить?

- В том числе.

Она прикусывает нижнюю губу, размышляя, а я понимаю, что не могу отвести взгляда, желая впиться поцелуем в эти губы.

- Там слишком мало людей, и работники вокзала запомнят меня, – догадывается Миралия. – А как только я доберусь до другого города и позвоню в Крипту, чтобы твои парни освободили тебя, ты обязан будешь начать меня искать. И вы без труда сможете проследить весь мой маршрут.

- Именно.

Неожиданно она меняется в лице:

- Ты все еще под действием заклинания? – судя по взволнованным интонациям, мой поступок ее удивляет.

Меня тоже, Мира, меня тоже. Как и то, что я честно говорю: