Ведьма и лис: вылет из гнезда

Масло

Колдун был в отключке, и Мелисса, вздохнув, начала рыться в ящиках в поисках чего-то полезного. Увы, как и ожидалось, он не успел еще запастись чем-то лечебным. Зато у него хранилось много разных книг, заготовок для оберегов и амулетов, камней, металлов и даже мешочек с кожей змеи. «Что ж, до меня минут десять, так что придется идти», — вздохнула ведьма и покинула дом колдуна. Когда Мелисса пришла, лис уже ждал ее на пороге.

— Знаешь, перемена тел завершена, но есть одна проблема, — делилась с ним ведьма, собирая зелья, повязки и продукты в корзинку. — Рикки бился о дверь так долго, что тело колдуна сильно повредилось, и он лежит без сознания.

Лис наклонил голову вбок, показывая, что это не их проблемы.

— Ты слишком жесток. Да, он баран тот еще, но это не значит, что надо бросать его в таком состоянии. Хочешь, пойдем со мной.

Лис закатил глаза, но, когда ведьма вышла из дома, последовал за ней. Они быстро вернулись обратно и, как и предполагалось, за время ее отсутствия ничего не изменилось. Мелисса поставила греть воду и начала раскладывать то, что принесла.

Белый времени зря не терял и изучал дом. Он стал бродить по комнатам и принюхиваться. В одной он обнаружил пустую кровать, огромный шкаф и несколько больших сумок, которые еще не были разобраны. Во второй комнате не было ничего, кроме пыли. Третья оказалась самой необычной. В ней он нашел большую кровать и лежащего на ней колдуна, огромный полупустой книжный шкаф и десяток подсвечников разных размеров. В некоторых стояли свечи. Стены и пол были завалены масками со странными лицами, подвесками диковинных форм, ловцами снов и разными стекляшками. Лис вспомнил, что спальня Мелиссы выглядит совсем иначе: большая кровать, зеркало в пол, тумбочка со свечой и много места.

Вернувшись на кухню, он обнаружил, что ведьма начала варить что-то вкусное.

— Странный он, да? — спросила она. — Не взял с собой вторую кружку, зато волшебного барахла набрал — завались. Хорошо, что хоть котел есть.

Лис запрыгнул на стул у камина и свернулся клубком.

— Последи за бульоном, пожалуйста. Я пойду почищу ему лицо от спекшейся крови.

Мелисса вошла в спальню колдуна и, намочив тряпку специальным раствором, начала осторожно протирать лоб горе-экспериментатора. Количество странных вещей, которых она никогда до этого не видела, смущало и интересовало одновременно. Все хотелось изучить и потрогать. Ведьмы ничем таким не пользовались, их магия была направлена в другое русло. Да и она никогда не вникала в то, как работают колдуны, и надеялась расспросить его, когда появится возможность.

«Кровь затекла и на волосы, но с этим вопросом он пойдет в баню, когда очухается», — решила ведьма и, помазав ему лоб охлаждающе-заживляющей мазью, вышла из комнаты.

Спустя пару часов на кухне стало очень тепло. Дрова потрескивали в камине, бульон с овощами был готов, а настойка из трав почти заварилась. Мелисса сидела за столом, оперев щеку на руку и то и дело клевала носом. Увидев это в третий раз, лис окончательно взбесился и начал тащить ее за подол в сторону двери.

— Знаю, что уже темно. Но разве не странно будет просто уйти?

Лис еще яростней потянул ее за платье.

— Пожалуй, ты прав, мой чересчур заботливый друг. Вторую ночь спать непонятно как вообще не пойдет мне на пользу. Тогда оставим записочку и отправимся домой.

«Доброе утро! Мажь лоб мазью еще два раза с перерывом в 6-8 часов. Овощной бульон в котле свежий. Поешь его, когда очнешься. На столе ты увидишь кастрюлю с настойкой из трав, используй ее, когда пойдешь в баню. Оба амулета сожжены. С уважением, несносная девчонка, которой ты теперь должен», — написала Мелисса на пергаменте.

Выйдя из дома, она плотно закрыла входную дверь и привычной дорогой направилась к себе. В этот раз она даже не смотрела по сторонам, а просто шла за Лисом, понимая, что он приведет ее, куда нужно.

Ведьма пришла домой и сразу завалилась в кровать не раздеваясь.

Утро было особенно морозным. Через окна, разрисованными узорами, пробивались слабые солнечные лучи. Мелисса сидела на табуретке, завернувшись в одеяло, и болтала ногами, чтобы как-то себя занять. До того, как мама проснется, был еще час.

— Мелисса, дорогая, разбуди меня в девять, — вспомнила девочка вчерашнюю просьбу и посмотрела на часы. 7:30.

Однажды она уже пыталась разбудить маму пораньше. Тогда она перевела стрелки кухонных часов на целый час, чтобы доказать, что пора вставать. Но мама почему-то ей не поверила и продолжила спать. Чуть позже Мелисса поняла, что в маминой комнате на стене висели вторые часы.

Девочка вздохнула. Она спрыгнула с табуретки и начала исследовать ящики, чтобы найти что-то съедобное. Есть со скуки было ее любимым занятием. Разжившись куском хлеба, Мелисса намазала его маслом и съела, с наслаждением запив его горячим чаем. «Вот мама удивится, когда поймет, что я сама вскипятила воду!» — подумала она. За следующий час девочка съела еще два бутерброда. Попытку сделать четвертый прервал сонный, но строгий мамин голос: «И чем это вы занимаетесь, юная ведьма?»

— Ем! — гордо ответила девочка. — Хочешь бутерброд с маслом?

—А оно там еще осталось? — скептически поинтересовалась женщина. — Какой это уже по счету?

— За утро или за неделю?

— Вот масляная душа! Складывай все обратно, я буду готовить завтрак. — Женщина направилась к полкам и, пройдя мимо котла, остановилась. — Погоди, ты еще и воду кипятила?

— Да, но не сильно. А что на завтрак? Давай кашу!

— Потому что она с маслом?

— Конечно!

Мелисса проснулась от того, что с кухни доносился запах каши. На молоке. Как у мамы! Не веря ни единому ощущению, она встала с кровати и, взяв на всякий случай кинжал из-под подушки, приоткрыла дверь. На кухне кто-то хозяйничал, что-то напевая себе под нос. Судя по высоте напевов — женщина. Ну или крайне специфичный мужчина.