Ведьма и лис: вылет из гнезда

Стелла, будущее и Самайн

Утро выдалось тяжелым для всех. Лейф и Мелисса так и не смогли толком поспать. Катрина очень волновалась за брата, а лис расчихался и никак не мог остановиться. Все четверо покинули дом, перехватив по печенью, и отправились вызволять Стивена.

В середине ночи Лейф смог понаблюдать за ним через небольшой шар на посохе. Утром он поделился наблюдениями с Мелиссой: полночи Стивен метался по домику, звал на помощь и боялся всех странных звуков, которые издавал ночной лес.

Они обнаружили подростка вымотанным и сонным. Колдун осмотрел его, прошептал что-то и коснулся посохом прыщавого лба мальчика. Стивен отключился.

— Теперь он не будет помнить, что мы выпустили его и принесли домой. В остальном он в полном порядке, — сказал Лейф Катрине, и та кивнула. — Мелисса, осмотри его тоже на всякий случай, вдруг я что-то упустил, — едва проговорив это, колдун закатил глаза: оказалось, ведьма уже провела осмотр и напоила мальчика восстанавливающим зельем.

— Пушистик, проведешь нас домой? — спросила Катрина, и лис гордо пошел в сторону их имения.

Лейф взвалил паренька на плечи и последовал за девочкой. Мелисса шла позади, замыкая их отряд.

Утро выдалось погожим, и лучи солнца, пробиваясь сквозь ветки, золотыми паутинками украшали путь. Ведьме очень хотелось, чтобы такая погода оставалась всегда, но в этих краях к концу октября она обычно сильно портилась. В ноябре ходить сквозь лес было особенно неприятно из-за грязи. Оставалась надежда на декабрьский снег.

Она перевела взгляд на Лейфа с подростком на спине. Мелисса удивилась его силе, ведь внешне колдун не производил впечатления героя, но тащил крупного парня вполне уверенно и даже не кряхтел.

— Вот мой дом! — радостно закричала Катрина. — Пойдемте быстрее!

— Действительно, почему бы не пойти быстрее! — возмутился Лейф, но уложил тело на спине поудобнее и ускорил шаг.

— Катрина, где мы можем его оставить? — спросила Мелисса.

— Вот здесь, рядом со входом в сад! Я позову садовника, он разбудит Стивена,— сказала девочка и побежала вглубь высоких стен из кустов. — Увидимся у Миссис Бри-и-и-и-и! Спаси-и-и-ибо!

Лейф с удовольствием сбросил подростка на землю под недовольный взгляд Мелиссы. Колдун пожал плечами, и они отправились обратно в лес.

— Слушай, ко мне тут Стелла обещала прийти, — неожиданно вспомнила ведьма. — Оказывается, она живет в каком-то богатом огромном доме.

— Это не совсем так, — нервно ответил Лейф. — Они были богатыми довольно долгое время, а потом с их производством что-то пошло не так. Их семья не была к этому готова, в деле ничего не понимала. Так что ни предотвратить проблему, ни исправить ситуацию у них не вышло. Поэтому они сейчас живут на остатки сбережений, которые потихоньку тратят, и отец не дает ей денег. А она влюбилась в какого-то паренька и хочет с ним сбежать.

— Откуда ты все это знаешь?

— Ее отец нанял меня, думал, что колдуны что-то понимают в создании состояния. Конечно, я ничем не смог помочь. Их семья передавала деньги, но почему-то не передавала знания о том, что с ними делать, — колдун призадумался. — А вообще, это ведь Стелла предложила пошпионить за тобой. Сказала, что ты тут единственная ведьма и не терпишь конкуренции, поэтому тут столько лет больше никого понимающего в магии не было.

— Серьезно?

— Да, а я, дурак, поверил.

— Это точно. Еще и обзывал меня.

— О, это у меня от воспитания.

Лейф остановился.

— Мне очень стыдно за свое поведение. Сложно себя переделывать после стольких лет определенных суждений, так что иногда вся эта ерунда про женщин вырывается наружу. Я еще лелею надежду стать лучше, но успех переменный, сама понимаешь.

Мелисса кивнула, и остаток пути они прошли молча, у обоих не было сил. Они распрощались на развилке, и ведьма отправилась домой — завтракать, готовиться к Самайну и ждать Стеллу. Уже во время еды она задумалась, будет ли Лейф праздновать Самайн, и в очередной раз пожурила себя за то, что не узнала ничего о том, как устроена работа с магией у колдунов.

Убрав со стола все лишнее, Мелисса разложила на нем щепки, ветки, ягодки и листья, чтобы сделать букет для домашнего алтаря. Проковырявшись полчаса, ведьма поняла, что композиция — это не ее, в чем она убеждалась регулярно на протяжении всей жизни. Ее мама говорила, что с каждым разом будет получаться все лучше, но она не знала, как ошибалась. Прогресса не было. Букет выглядел странно и перекошено, будто его собирал ребенок. Мелисса с ужасом поняла, что ей еще предстоит смастерить фигурку женского божества, и поежилась.

— Можно ли оскорбить высшие силы собственной криворукостью? — задумалась она и решила, что великие духи не настолько щепетильны, чтобы обращать внимание на подобные вещи. — Буду на это надеяться.

Еще час ушел на фигурку женщины. Ведьма поставила ее на середину стола и отошла подальше, чтобы видеть картину шире. Благодаря веревке, которой она обвязала несколько частей куклы, она действительно походила на женщину. Голова, руки, талия и очень пышная юбка — все было на своих местах. Осталось соорудить подобие волос из листьев и надеть на фигурку передник.

Сначала Мелисса думала, что у нее получится просто воткнуть листики в голову, но не тут-то было. На третьей попытке она разозлилась и, достав остатки смолы, прикрепила «волосы» с ее помощью. Ведьма открыла ящик в столе и в очередной раз поблагодарила покойную мать за то, что она нашила передников для кукол на несколько лет вперед.

— А я еще спрашивала: мама, зачем нам шестьдесят платьев? Чтобы с ума не сойти! — в сердцах сказала ведьма.

Она отнесла букет и статуэтку в безопасное место — угол рядом с сундуком, и устало опустилась в кресло у окна. Мелисса очень любила Самайн и обожала готовиться к нему, но не когда это касалось поделок. Она частенько стыдила себя за то, что испытывает неприятные эмоции перед праздником, и в этот раз получилось так же. Раздражение и лень сопровождали ее постоянно именно в этот период года. Ей хотелось, чтобы кто-то делал все это вместо нее, а она бы в это время просто жила и ни о чем не думала.