Ведьма и столичный инквизитор

Глава 57

Теяна

Тишина. Абсолютная. Казалось, даже очаг перестал потрескивать. Лицо Эшфорда преобразилось. Сначала простое непонимание, как если бы я сказала, что трава синяя. Потом медленное осознание. Шок. Неверие. Взгляд Блэкторна скользнул с моих глаз на волосы, потом обратно.

Сомнение, борьба с очевидным. Ему, инквизитору, воспитанному на догматах о нечисти ведьм, было невероятно трудно примирить образ живой, дышащей, спасающей жизни женщины с тем ужасным созданием, которое рисовали проповеди. Я видела, как в его глазах рушились стены предубеждений, как трескался лед недоверия.

— Твой, – он просто повторил эти слова, пытаясь свыкнуться с реальностью.

Блэкторн смотрел на мои волосы, густые, рыжие с огненными бликами в свете заката. Смотрел, как впервые.

Что-то внутри меня оборвалось. Адреналин, страх, нежность, безумие ситуации – все смешалось. Я сделала шаг вперед. Быстро, неожиданно для самой себя. Схватила его руку – большую, сильную – и прижала ладонь прямо над бешено колотившимся сердцем.

— Ну? – спросила я, сдерживая дрожь в теле, чтобы не казаться слабой или жалкой. Пан или пропал. Сейчас все решился, принимает ли он меня такой. – Что думаешь, инквизитор?

Я прижала его руку сильнее, заставляя его ладонь почувствовать бешеный стук моего сердца сквозь ткань платья.

— Не бьется?

Это был вызов. Напоминание о его же словах, про ведьм с камнями вместо сердец.

— Мое сердце – камень? Я тебя спасла вообще-то. Даже зверь не укусит того, кто его однажды спас.

Голос сорвался на почти разочарованной ноте.

Глупо. Так глупо.

Эшфорд не отдернул руку. Я чувствовала его тепло. Его зрачки расширились, поглощая стальную радужку. Дыхание участилось. Смущение, чисто мальчишеское, мелькнуло и исчезло на обычно непроницаемом лице.

— Я сейчас не об этом думаю, Тея, – пробормотал он, двинув бровью.

— Мы сейчас о серьезном! – возмутилась я, внезапно осознав двусмысленность позы, его руку на моей груди.

Гнев вспыхнул. Я резко отпустила его ладонь.

— Заправь своего дружка в штаны и сосредоточься! – бросила я разгоряченно.

Он думает о плотском. Сейчас! Когда речь о жизни и смерти!

Уголки мужских губ дрогнули. В глазах вспыхнул огонек – вызов.

Уже хотела сказать еще что-нибудь обидное.

— Я думаю, что я бы тебя не предал, – перебил он резко. – А что ты обо мне подумала? – Шагнул так близко, что почувствовала его тепло. – Сразу все самое низменное?

Его слова обрушились на меня. Не предал бы. Не сдал. Даже зная. Зная правду. Удивление смешалось с потоком неконтролируемых чувств.

Благодарность? Облегчение?

Что-то большее?

Я смотрела на инквизитора – на его строгое лицо.

— Почему? – прошептала я, и голос мой предательски дрогнул. – Почему ты не вяжешь мне руки? Не тащишь в замок инквизиции? Не кричишь на весь лес, что нашел ведьму? – Вопросы вырывались сами собой, обнажая мои накопленные боль, страх, недоверие. Я была готова к аресту. К смерти. Но не к... этому. Не к его защите.

Инквизитор вздохнул. Тяжело. Как будто сбрасывая огромный груз. И в глазах, когда он снова посмотрел на меня, не было больше ни усталости, ни пустоты. Там горел огонь. Яркий, опасный, манящий.

— Будто ты не знаешь? – прошептал Эшфорд почти сердито.

Он не дал мне опомниться. Не дал ответить. Одним стремительным движением сгреб, прижал к себе. Это было так правильно. Оставалось лишь сожалеть, что мы не сделали этого раньше. Его руки обхватили мою талию, прижали так близко, что я почувствовала каждую пуговицу камзола. Наши губы слились в головокружительном поцелуе. Все мысли умчались прочь. Не существовало ни Эдернии, ни Роостара, ни Эльды, ни убийств, ни инквизитора и ведьмы. Было только два горячих тела. Все остальное было не важно.

Ураган страсти все поглотил. Он был безудержным. Мы оба пропали в его власти. Поцелуи из нежных становились более требовательными. Я не могла сопротивляться больше собственному сердцу, которое молило о продолжении. Руки сами нашли его шею, вцепились в черные волосы у затылка. Мысли спутались. Я не была уверена, что это приведет к чему-то хорошему, но от сладостных прикосновений Эшфорда сходила с ума.

Он прервал наш поцелуй и шепнул мое имя так нежно, что сердце замерло.

— Тея, – и в этом одном слове было столько страсти, невысказанных чувств, любовного голода. Ноги ослабли, но инквизитор не дал мне упасть. Одним плавным, мощным движением он подхватил меня на руки как перышко. Я вспыхнула от неожиданности, к коже прилил румянец. Обвила его шею своими руками. Эшфорд нес меня к постели, не разрывая пьянящих объятий. Став коленом на кровать, опустил меня на покрывало так бережно, будто я была хрустальной статуэткой.

Его пальцы распустили мои волосы, коснулись плеч. Каждое прикосновение оставляло на коже следы огня, пробуждая дикую музыку в крови.

— Эшфорд, — попыталась протестовать я, когда мир начал уплывать из-под ног. — Мы не должны торопиться.