Ведьма и Вожак

Глава 9. Есть ли границы у бесконечной благодарности?

Резкий рывок, сопровождающийся треском ткани, остановил мой едва начавшийся полет. Спаситель ловко перехватил материю, подтягивая сначала за юбку, а потом и за верх платья. Кисея не выдерживала, зато шелк, хоть и разрывался, но достаточно медленно для того, чтобы я успела обнять руками колонну.

От выброса адреналина или что-там разлетается по организму, когда пытаются убить, в голове резко прояснилось, а сердце выстукивало какие-то отчаянные кричалки.

Ухватившись за перила, я подтянулась на дрожащих руках, перебросила ногу и замерла, улегшись на каменной опоре и мелко трясясь.

- Пришлось выбирать: или вас спасать, или давать в лоб этому уроду, – раздался знакомый низкий голос.

Все-таки Торваль пошел за мной, уж не знаю за какой надобностью, но спасибо ему большое.

Я храбрая и, предполагаю, не дура. Но пытались убить меня впервые. И это оказалось дико страшно. А главное, никакой возможности сопротивляться. Убийца даже не думал выкрикнуть предупреждающие слова или нанести предварительный удар.

То ли дело в моем мире. Уважаемый Святослав Игоревич (11) предупреждал печенегов письмом: "Иду на вы!", чтобы знали и не забыли выйти навстречу, дабы побиться в чистом поле. Очень удобно и прилично, и никаких разрушений поселениям. Кто хочет, добро пожаловать, буду ждать вас у овина.

А японцы? Перед первой встречей с японским возможным партнером почитала классику, основу культурного сознания "Повесть о доме Тайра". Подошла армия к воротам, а им сообщают: "Нет чести биться с нами, нас мало. Идите к другим воротам, там защитников много". Армия развернулась и пошла к другим воротам.

А тут – фу. Без слов, без объяснений выкинули девушку с балкона. Причем убийца – мужчина, скорее всего, слишком сильно и жестко толкнули. Хотя и в нашей истории сволочей-толкальщиков в спину достаточно. Хватит ныть и наговаривать на мир.

Я осторожно сползла с перил в руки Виктору. Он обнял.

- Истерики не будет?

Придерживая меня, гладил по голове, прижимал к теплому надежному телу.

Понемногу дрожь унялась.

- Истерика – не мой стиль. Мой стиль – поджечь, потом зайти проверить, ничего ли не забыла, – грустно поделилась я.

- Да уж, – неопределенно пробормотал он.

И вдруг опять я почувствовала необычный, едва уловимый, тонкий запах тимьяна. Тут же начавший кружить голову.

Я с изумлением подняла голову и встретила жаркий, но тут же с трудом отведенный мужчиной взгляд. Он был нацелен вниз, на коленку в порванном чулке. Ножка выглядывала из разорванной дыры в юбке. Но хуже всего – лиф тоже порвался, и одна из розовых вершинок груди задорно торчала в эффектном окружении порванной кисеи.

- О, небеса! – услышала я слабый, шокированный возглас.

В дверях на балкон стояли обе мои тетушки, скорее всего, решившие меня поискать. Вот и нашли.

Мои тетушки не были бы Бизо, если бы не умели мгновенно брать себя в руки и перестраивать планы. Вееры у них в руках загудели разозленным пчелиным ульем.

- Вас кажется зовут мистер Торваль? – дрожащим голосом спросила тетя Клара. – Сейчас самое время немедленно сделать невинной девушке предложение!

- Женитесь! – дала горькое согласие тетя Гвен, скорее всего рассчитывающая на другого жениха.

Они обе сделали угрожающий шаг вперед, невольно заставив нас с оборотнем отшатнуться.

- И не подумаю! – грубо возразил им Виктор, даже не пытаясь выпустить меня из рук.

- Вот еще! – громко возмутилась я, одновременно стараясь запахнуть ворот.

Почему-то Виктора мне не было особенно стыдно. Мужик и мужик, наверно перевидал грудей в своей жизни. А вот тетушки, создания нежные, да еще мои родственницы. Вон как пыхтят, неприятно им смотреть.

- Вы не хотите за меня замуж? – возмутился Виктор.

Вот это настоящая мужская логика. Он не хочет, а я, значит, должна кипятком исходить от одной идеи видеть его топорную физиономию ежедневно за завтраком. Кстати, куда-то исчез странный запах и думать сразу получилось яснее.

- Отпустите меня, – сказала я строгим голосом. И уже обращаясь к тетушкам: – Этот мистер меня спас. Голова с непривычки закружилась, и я чуть с балкона не упала. Но моя благодарность не работает по принципу "жизнь за жизнь", поэтому подарим хороший артефакт, поблагодарим от души и мистеру хватит.

Только в кино видела, как красиво может отпасть челюсть, и вот сейчас в первый раз удостоилась лицезреть вживую. А челюсть у Виктора была внушительная.

Но что мне еще оставалось делать?

Пугать тетушек на балу сообщением о покушении? Убийца-то давно убежал. Я потом им все объясню, деликатно и в спокойной обстановке. Пообещать вселенскую благодарность спасителю? И так нафаршированному надменностью и собственной значимостью, что надави пальцем и поползет из него.

- Мои благодарности, – кивнула я, – и будут еще большие, если откроете мне дверь вон на том соседнем балкончике. Не выходить же мне через зал в таком виде.