Ведьма ищет фамильяра (срочно!)

Глава 8. Разговор двух ведьм

Арина

– Как ты говоришь, называла ее? – Ямира вытирала глаза платком и продолжала смеяться заливисто и звонко. – Гриммочка Перровна? Вот так вот, да?

Я только кивала и подтверждала.

Вот уже вторую неделю этот разговор повторяется ежедневно, и каждый раз Ямира заходится смехом, словно девчушка-хохотушка, а не серьезная ведьма в летах.

– И что, она за это тебе ничего не сделала?

Сегодня старушка пошла дальше и все же смогла выдавить из себя хоть слово, а не захлебываться смехом до обеда.

– А чего ей со мной делать – я ее каждый день так называла. Это ж ее имя.

– Ну да, ну да, – хохотала старушка, передавая мне очередной горшок с сухими травами, а я ставила их на полку напротив входа и поворачивала надписью к стене. Все горшки были разных цветов и выстраивались по цветам радуги. Все, чтобы привлечь внимание человека, пришедшего в лавку ведьмы за помощью, будь то юная девушка или убеленный сединами старец.

– Ну и потом, – я все же пожаловалась на преподавательницу, – это ж она на меня проклятье наслала.

Старушка отошла к двери и придирчиво осмотрела нашу работу, поцокала языком и велела мне переставить несколько горшков местами, а следом пришлось перевесить несколько венков из полевых цветов, что висели ниже, потому что «по цвету не сочетаются». И только потом женщина соизволила ответить на мою жалобу.

– И поделом вам! Я б каждого ученика в Академии проклятьем тяги к учебе награждала, причем бессрочным, потому как у вас на уме не учеба, а как от учебы отлынить.

Упоминание проклятья «тяги к учебе» заставили меня содрогнуться – до сих пор на библиотеки смотреть не могу без страха – все вспоминаю те дни, когда сама под проклятьем была.

– Вот, например, ты, Арина, уже вторую неделю живешь в Ля-Гуше, знаешь, что твоей магии взбалмошной поможет, а делать ничего не делаешь.

Как ни крути, а разговор всегда приходит именно к этому моменту. И почему у меня такой несдержанный язык? Я в тот же день прибежала к Ямире и показала письмо, а та… Нет, она не велела мне тут же идти на поляну, место положения которой я уже забыла. Не отговаривала от похода, но и не настаивала. Говорила, что с этой мыслью сжиться нужно и побольше узнать. А чтобы узнать, нужен доступ в библиотеку, причем не ученический, а с широкими возможностями, а для этого нужно все же сдать тот злополучный экзамен, что мне так и не дался в этом году – защиту от чудовищ ведьминых кругов, практику.

– А вот как вы себе представляете мое возвращение в Академию в этом году? – парирую я, спрыгивая с табурета, который после освобождения поковылял к печке, а я направляла к столу. – Мне Гриммочка Перровна до сих пор тех гулей простить не может, а я заявлюсь пересдавать экзамен, да еще с вереницей кавалеров за спиной. Меня тут же развернут от ворот Академии назад, раз я проклятье снять не смогла.

– Хм, что-то ты часто упоминаешь гулей, а толком так и не объяснила, на что там Гриммуардина взъелась. Что ты с гулями сделала-то в итоге?

– Обезвредила, как и положено, – не очень уверено ответила я и, стараясь скрыть смущение, взялась за веник. Моя любимая метла тут же взревновала и принялась крутиться передо мной, рассыпая тот мусор, что мне удавалось собрать.

– Может продемонстрируешь? – что ж она сегодня прицепилась-то? Лучше б смеялась над именем преподавательницы – все лучше.

– Да на ком тут демонстрировать-то? – я беспечно взмахнула рукой, обводя пространство вокруг себяяяяяя! – Аааааааааа!

Заорала и вмиг взлетела на табурет, что нервно переступал возле печи.

– Чур! Изыди! Вон пошла! – орала я не своим голосом на крысу, что неожиданно выскочила из чулана и решила пересечь нашу комнату именно тогда, когда в ней находилась я.

Только через какое-то время я перестала орать и размахивать руками, и вспомнила про магию. Ну а дальше…

Уууу, какое чудовище выскочило. Я б тоже испугалась, а вы?