Ведьма из большого города

Глава 6

Похороны бабушки прошли довольно спокойно. Юнона сообщила о них только Нине Сергеевне. Та передала информацию еще парочке соседей, с которыми хорошо общалась и которые состояли с бабушкой Агриппиной в дружеских соседских отношениях. Бабушку проводили в последний путь на местном кладбище.

После Юнона и нанесшие ей визит соседи разместились в гостиной дома, который по завещанию теперь должен был отойти Юноне и ее матери. Впрочем, Юнона была уверена, что мама откажется от наследства. Несмотря на то, что этот дом можно было бы выгодно продать благодаря начавшемуся недавно активному развитию инфраструктуры, маме определенно не хотелось хоть как-то сталкиваться с бабушкой Агриппиной.

Пока Юнона была маленькой, ее мама еще как-то сдерживалась. Знала, что внучке нужна бабушка, а бабушке – внучка. Да и какие-никакие родственные чувства, наверное, все-таки оставались. Однако чем дальше, тем чаще мама с бабушкой ссорились и реже виделись. В один из предпоследних визитов бабушки Агриппины в Москву они почти не общались. Мама даже выходных или отпуска не взяла, чтобы побыть со своей родительницей. Уходила на работу рано, а когда возвращалась – сразу закрывалась в своей спальне.

На новость о кончине своей матери мама Юноны отреагировала весьма холодно. На приглашение на похороны она также не ответила. Юнона ожидала такого исхода, но все равно немного расстроилась. Чтобы скрыть это, она хлопотала по хозяйству с невиданным ранее усердием. Угостив соседей яблочным компотом, сваренным по бабушкиному рецепту, Юнона принялась слушать их сбивчивые попытки рассказать о своих каких-то воспоминаниях, связанных с бабушкой Агриппиной.

– Ох, как вспомню, как мы по грибы ходили, – блаженно прикрыла глаза тетя Вера из самого первого дома, который находился на въезде в село. – Раннее утро, лес, тишина… И только мы с Агриппиной идем грибы собирать. Как она умело определяла, какие съедобные, а какие нет! Диву даюсь! Живу здесь побольше Агриппины, а с грибами до сих пор не лажу… Как же я теперь без нее найду съедобные?

– А мне она лекарство без аллергенов подобрала, – вздохнула Галина Староверова из третьего дома. – Всю жизнь растительные компоненты сыпь аллергическую вызывают. Уж не знаю каким образом, но Агриппине удалось нейтрализовать негодницу…

– А моего Макарку-то она от отравления спасла! – напомнила Татьяна Васильевна из дома под номером двадцать восемь. – Я как увидела, что он бледный, сразу спросила, чего ел. А он ответил – грибы. Ну я и побежала сразу к Агриппине. А она мне быстро-быстро отвар приготовила. И внучек-то мой за один день буквально на поправку пошел. Потом, конечно, получил по ушам за то, что без меня по грибы ходил, но жив же остался? Остался… И даже без последствий! Магия, не иначе!

– Эх, Агриппина-Агриппина, – печально протянула тихим голоском Нина Сергеевна и, залпом выпив компот, добавила: – Как же мы без тебя теперь?

Юнона тоже сделала глоток компота. Он показался ей немного кислым, но и повод к его употреблению тоже был таким. “Все-таки надо побольше сахара класть”, – подумала Юнона, а сама вновь оглядела соседей, которые обратили все внимание на дядю Витю из тридцать седьмого дома. Сосед взял условный микрофон в свои руки, чтобы рассказать о том, какую пользу бабушка Агриппина принесла ему.

Одним ухом слушая излияния дяди Вити на тему того, как бабушка своими отварами спасла его от алкоголизма, Юнона мысленно прикидывала, кому из соседей в ближайшие дни может потребоваться помощь в виде снадобья, мази или целебного отвара. Мысленно посовещавшись с собой, она решила все-таки сделать кое-какие заготовки. В селе многие жители пожилые, а значит, нужно быть готовой действовать быстро. Чтобы не получилось, как в ту ночь, когда Наташа пришла за снадобьем, а Юноне пришлось бродить по темному саду в поисках нужного ингредиента.

– …Юнона! – вдруг услышала она мужской возглас. Очнувшись от размышлений, Юнона подняла глаза и заметила, что все сидевшие за столом соседи смотрели на нее.

Понимая, что не слышала ничего из того, что они говорили после риторического вопроса Нины Сергеевны, она ощутила, что краснеет.

А до того молчавший Александр Петрович Староверов, муж Галины, вдруг мягко произнес:

– Да, Юнона Васильна наверняка станет достойной наследницей дела Агриппины.

– Да какая она тебе Юнона Васильна! – вмиг разбушевалась тетя Вера и воинственно уставилась на него. – Нечего молодую девчонку тут старить! “Юнона Васильна”, – передразнила она Александра Петровича, скорчившего гримасу в ответ, и ласково взглянула на Юнону. – Просто Юнона, думаю, будет хорошо. Правда, моя дорогая?

Юнона кивнула. Ей не хотелось подкидывать дров в и без того мощное пламя негодования соседки, которая была близкой подругой ее бабушки и многое вложила в Юнону.

Будучи маленькой, Юнона фантазировала, что тетя Вера – ее бабушка по отцовской линии. Ведь, по рассказам бабушки, родители познакомились здесь, на одной из сельских дискотек. Папа жил в райцентре и приехал сюда к другу на день рождения. Посидев немного у него, они решили пойти в местный клуб. А там – мама со своими подружками. Так и познакомились.

Когда Юнона гостила у бабушки, тетя Вера частенько заглядывала к ним. В основном, конечно же, ради бабушки, но и для Юноны она приносила то горсточку земляники, то домашний морс, то пачку рулетиков из сельского магазина, в котором сейчас работала Инна Шевякова.

Предшественницей старой подруги была продавщица, которую все называли исключительно по отчеству. И как бы Юнона ни старалась, она так и не смогла вспомнить, как звали Иннокентьевну, полную румяную женщину с волнистыми пористыми волосами, которые она – по словам бабушки Агриппины – все время красила в рыжий.