Ведьма - катастрофа и дракон с гномом

Глава 37. В которой инспекция оказывается не такой уж страшной, а спектакль - не таким уж простым

Утро, когда в Тихую Гавань должна была прибыть инспекция, выдалось на удивление ясным и безмятежным. Солнце светило так ярко, словно его подкупили, птицы пели так слаженно, будто репетировали под руководством призрака Альжернона, а сам воздух был настолько чист, что даже Бесстыжий Серафим снизошёл до комплимента, правда, в своей манере: «Приемлемо. Почти не режет глаза своей заурядностью».

Но за этой идиллией скрывалось напряжение, густое, как масло в пироге миссис Хиггинс. Аберрант и Друзилла, стоя у окна мастерской, пытались изображать спокойствие, но их пальцы, сплетённые в замок, были белыми от усилия.

— Помнишь план? - тихо спросил Аберрант, глядя на дорогу. - Сначала - вежливое, но холодное принятие. Потом - демонстрация «ослабленной» связи. Никаких совместных заклинаний. Никаких искр. Только вежливая отстранённость.

— Я помню, - вздохнула Друзилла. - Но это же так неестественно… Как будто я пытаюсь дышать через ухо.

— Представь, что ты снова на приёме у Гвендолин в «Лазурном Элементале», - предложил Аберрант. - Только без ароматических палочек и с более предсказуемым исходом.

В этот момент на дороге показалась карета. Но не простая. Это было сооружение из тёмного полированного дерева и матового металла, без единого намёка на украшения. Она двигалась бесшумно, словно не катилась, а скользила по воздуху, и от неё веяло таким холодным безразличием, что птицы на ближайшем дубе разом замолчали.

— Приехали, - беззвучно прошептала Друзилла.

Карета остановилась ровно перед мастерской. Дверь открылась без скрипа, и из неё вышел человек. Высокий, худой, в мантии цвета грозовой тучи. Его лицо было бы совершенно невыразительным, если бы не глаза - плоские, серые, словно две полированные монеты. За ним вышли два мага-охранника с каменными лицами.

— Магистр Корвус, - представился он голосом, в котором не было ни капли тепла. - Гильдейская инспекция. Вы - Аберрант и Друзилла?

— Мы, - кивнул Аберрант, делая шаг вперёд. - Чем можем быть полезны?

— Ваша полезность - предмет нашего расследования, - отчеканил Корвус. - Поступили жалобы на неконтролируемые магические явления, источником которых является ваша деятельность.

В этот момент из мастерской выкатился «Правдивый Пирог» миссис Хиггинс, который она специально оставила у порога.

— Внимание! - заверещал пирог. - Герои невиновны! Любите и верьте друг другу!

Магистр Корвус посмотрел на пирог так, словно обнаружил новую, доселе неизвестную форму насекомого.

— Явление номер один, - констатировал он, и один из охранников сделал пометку в свитке. - Спонтанная анимация пищевых продуктов. Продолжим.

Он прошёл в мастерскую, его взгляд скользнул по полкам, инструментам, котам. Его глаза на секунду остановились на Бесстыжем Серафиме.

— Фарфоровый кот. Неодушевлённый объект. На вас есть жалобы о нарушении общественного порядка.

— О, - проскрипел Бесстыжий Серафим. - Ещё бы. Общественный порядок - это так скучно. Я считаю своим долгом вносить в него разнообразие.

Корвус, не моргнув глазом, повернулся к Аберранту.

— Явление номер два. Наделение неразумных объектов чертами личности. Продолжим.

Инспекция длилась уже час. Корвус методично осматривал каждый уголок, задавал короткие, точные вопросы и фиксировал всё в своём свитке. Аберрант и Друзилла старались изо всех сил: они стояли на почтительном расстоянии друг от друга, их ответы были краткими, а магия - на нуле.

— Продемонстрируйте ваш «симбиоз», - наконец приказал Корвус.

Это был ключевой момент. Аберрант и Друзилла переглянулись с наигранной неловкостью.

— Мы не совсем уверены, что сможем, - сказал Аберрант. - В последнее время что-то не то.

— Да, - подхватила Друзилла. - Как будто что-то мешает. Возможно, это стресс.

Корвус кивнул, и в его гладах мелькнуло нечто, похожее на удовлетворение.

— Предсказуемо. Нестабильная связь. - Он сделал знак одному из охранников. Тот поднёс небольшой ларец. - Для чистоты эксперимента мы привезли прибор. Он поможет прояснить ситуацию.

Аберрант и Друзилла замерли. Это был тот самый «Ингибитор Резонанса», который должен был быть подменён. Но Дэвион не подал никакого сигнала.

Корвус открыл ларец. Внутри на бархате лежал изящный серебристый диск, испещрённый рунами. Он должен был подавить их связь. Но что-то было не так. Руны светились не холодным синим, как описывал Дэвион, а странным мерцающим зелёным светом.

— Приготовьтесь, - сказал Корвус, поднимая диск.

И в этот момент в мастерской начался настоящий хаос. С полки с грохотом свалилась банка с гвоздями. Хаос и Разрушитель с дикими воплями помчались по кругу, сметая всё на своём пути. Стеснюля, сидя на шкафу, заливался истерическим писком. А Бесстыжий Серафим, не вставая с места, прокомментировал:

— Какая убогая попытка манипуляции. Этот диск пахнет подделкой за версту. И дешёвой подделкой. Позор.

Корвус на секунду отвлёкся на кошачий базар. И в этот миг Аберрант заметил едва заметный кивок Дэвиона, стоявшего за спинами охранников. Значит, подмена состоялась! Этот диск - фальшивка!