Ведьма - катастрофа и дракон с гномом

Глава 39. В которой планы строятся за чаем, а любовь побеждает законы магии

После изгнания «торговых представителей» в мастерской воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь довольным почавкиванием Бесстыжего Серафима, уплетавшего свои заслуженные сливки, и озабоченным скрипом Барнаби: «И чего они примолкли? Будто я не видел, как тот пузатый от страха пятками засверкал! Хоть бы поблагодарили!».

Аберрант первым нарушил молчание, обращаясь к перепуганному архивариусу:

— Теодорикус, вы останетесь?

Тот, всё ещё дрожа, кивнул:

— М-магистр Корвус сказал, что если что-то пойдёт не так, мне лучше остаться здесь. Если вы, конечно, не против...

— Против? - фыркнула Лина, уже доставая свой вечный блокнот. - Мы только за! У нас теперь будет собственный архивариус! Это поднимет статус мастерской на невероятную высоту! Мы можем запустить услугу «Магическая экспертиза ваших семейных реликвий»!

— Лина, - беззвучно простонал Аберрант. - Не сейчас.

Призрак Альжернон, тем временем, уже изучал чертежи «Проекта Химера» с таким видом, будто обнаружил вопиющее нарушение симметрии во вселенском масштабе.

— Безобразие! - воскликнул он, тыча эфемерным пальцем в схему. - Какая убогая компоновка! Резонансные катушки расположены без учёта гармонических пропорций! Это же вызовет не стабильность, а банальный грохот! Я бы на их месте умер от стыда, а не от зелья!

— То есть их устройство не сработает? - уточнила Друзилла.

— Сработает, - мрачно сказал Аберрант, разглядывая «Вихревой поглотитель». - Но, судя по всему, не так, как они хотят. Оно будет не соединять, а взрывать. Альбус так жаждет получить нашу силу, что не замечает очевидных изъянов.

Из кармана Аберранта раздался настойчивый скрип.

— Гном говорит: «Необходима контрстратегия. Предлагаю использовать их же оружие против них. Модифицировать поглотитель. Сделать его обратным».

Все уставились на карман Аберранта.

— Обратным? - переспросил Аберрант, прислушиваясь. - То есть... чтобы он не забирал силу, а отдавал?

Короткий утвердительный скрип был красноречивее любых слов.

— Блестяще! - воскликнула Друзилла. - Мы можем превратить их ловушку в источник силы! Но как?

— Элементарно, —прокомментировал с полки Бесстыжий Серафим, вылизывая лапу. - Вас же двое. Один - порядок, другая - хаос. Вместе вы - идеальные инженеры-саботажники. Просто сделайте с этой штуковиной то, что вы делаете со всем остальным. «Улучшьте» её.

Идея витала в воздухе. Аберрант и Друзилла переглянулись, и в их гладах вспыхнул знакомый огонёк - огонёк азарта и творчества.

Вечером, когда мастерская опустела (Лина увела Теодорикуса показывать его новую комнату - бывшую кладовку, которую призрак Альжернон уже привёл в идеальный порядок), Аберрант и Друзилла остались одни. Вернее, почти одни - в углу тихо посапывали коты, а из кармана Аберранта доносился ровный скрипящий звук, означавший, что гном предаётся размышлениям.

Они сидели на потертом диване, и между ними лежал разобранный «Вихревой поглотитель». Руны на его поверхности светились зловещим фиолетовым светом.

— Знаешь, - тихо сказал Аберрант, глядя на устройство, а не на Друзиллу. - Когда я держу эту штуку, я чувствую пустоту. Она создана, чтобы забирать. Без согласия.

— Как и всё, что делает Гильдия, - ответила Друзилла. Её пальцы бессознательно выписывали в воздухе узоры, и искорки танцевали вокруг поглотителя, словно изучая врага. - Они видят в магии инструмент. А в нас - расходный материал.

Аберрант наконец поднял на неё взгляд.

— А ты... ты никогда не боялась, что однажды мой «порядок» задавит твой «хаос»? Что я стану таким же, как они?

Друзилла улыбнулась, и это была не её обычная весёлая улыбка, а что-то тёплое и глубокое.

— Ты? Тот, кто разговаривает с фарфоровыми котами и ворчливой вывеской? Тот, чей лучший друг умеет только скрипеть? - Она положила руку на его. - Твой порядок - это не контроль, это забота.

Они сидели так несколько минут, слушая, как трещат поленья в камине и как на улице Барнаби ворчит на пролетающую мимо сову: «И куда это ты ночью летишь? Беспорядок! Нарушение режима!».

— Мы сделаем это, - сказал Аберрант, и его голос приобрёл твёрдость. - Мы перевернём их планы с ног на голову. Буквально.

Их совместная работа над модификацией поглотителя была очень долгой и тяжелой. Аберрант со своей дотошной точностью выстраивал новую, сложную структуру рун, создавая каналы для обратного потока. Друзилла наполняла эти каналы своей жизненной силой, делая их живыми сосудами. Их амулеты-стабилизаторы мягко светились, синхронизируя их волю.

Однажды ночью, когда они почти закончили, Друзилла, глядя на их творение, сказала:

— Знаешь, а ведь это красиво. Они хотели создать инструмент порабощения. А мы создали что-то прекрасное.

— Инструмент, который может вернуть им их же силу, умноженную в сто раз, если они решатся её применить, - с хищной улыбкой добавил Аберрант. - Экзистенциальная справедливость.

***

Тем временем Лина и миссис Хиггинс не сидели сложа руки. Они запустили операцию «Сладкая правда». Миссис Хиггинс пекла пироги, которые не просто несли пропаганду, а были настроены на обнаружение лжи. Стоило такому пирогу услышать заведомую ложь о мастерах, как он начинал громко свистеть и выпускать струйки пара.