Ведьма на час, или Клининг от попаданки

Глава 2

Сутки в поезде были на удивление спокойными. Ни разу перед моими глазами не всплывало то странное завещание, а сон под мерный стук колёс был хотя и не крепким, зато без надоедливых сновидений. Видимо, организм, почуяв приближение былой свободы, стал более спокойным и послушным.

– Девушка, через полчаса прибываем, – заглянула в моё купе проводница. – Вам чай принести?

– Нет, спасибо!

Вышколенная несколькими годами службы, я быстро встала, оделась, привела себя в порядок и, обнявшись с чемоданом, уставилась в окно. Давно забытые пейзажи яркими картинками мелькали перед глазами, будто слайды из прошлой жизни.

– Вот я и дома, – пробормотала я себе под нос, слыша нарастающий скрежет тормозов.

Душа вроде бы и понимала, что вернулась в родные места, а вот ноги явно трусили, не желая шевелиться. Ещё пару минут я неподвижно сидела, вглядываясь в пустой перрон, пока бдительная проводница не вывела меня из прострации.

– Девушка, стоянка всего пять минут…

– Да, да, спасибо! – спохватилась я, выбегая из купе.

На перроне я оказалась одна! Утреннее солнце только начало раскрашивать заросшую кустами станцию в летние сочные оттенки. Господи, как же давно я здесь не была!

Ну что ж, здравствуй, мой персональный край света! Блудная дочь вернулась и жаждет с головой окунуться в твоё первозданное умиротворение.

От станции до деревеньки было всего пара километров, но пройти их нужно было пешком, по почти заросшей лесной тропе. Видимо, мало кто из молодёжи вернулся сюда после учёбы. А зря… Это я поняла только сейчас, снова увидев знакомые с детства места. Сюда мы с соседскими ребятишками бегали едва ли не каждый день. Встречать и провожать поезд из далёкой Москвы было для нас не просто развлечением. Мы помогали соседке тёте Ане продавать пассажирам свежие пирожки и домашний квас, за что получали по десять рублей.

Я никогда не боялась леса, а потому, смело шагнула на поросшую травой, но такую знакомую тропинку, с наслаждением наполнив лёгкие чистым воздухом. Красота то какая!

Под тяжестью столичной суеты я стала забывать, как по-настоящему легко дышится на природе, как пахнут лечебные травы, которые мы собирали с бабушкой, как звучат утренние соловьиные трели и стучит красноголовый дятел. Теперь же всё это лавиной обрушилось на мои уставшие плечи, поднимая настроение на невероятно высокий уровень.

Омрачало его лишь осознание того, что на этот раз в Дубравке меня встретит пустой деревенский дом с покосившимся от старости забором и съехавшей на бок печной трубой. Однако, ничего не поделаешь, пора взрослеть и вступать в своё нехитрое наследство.

Деревенька на удивление практически не изменилась. Всё так же громко гоготали гуси, несмотря на раннее утро бегали босоногие сорванцы и мычали, сгоняемые в стадо коровы. Здесь всё осталось таким, как было в моём детстве, словно время остановилось, сохраняя для меня лишь малую часть самого важного, что может быть в этом мире.

Не обращая внимания на любопытные взгляды сельчан и, оставив позади их досужие перешётнывания, я свернула с центральной дороги в Тенистый переулок, где по одной стороне дороги росли вековые деревья, давшие название деревне, а по другой – стояли старенькие деревянные домишки. Мой был самым последним, обласканный солнечными лучами и тёплым летним ветерком. Хотя время и не пощадило его, выглядел он достаточно прилично, по крайней мере по сравнению с другими.

Дом… Мой дом. Вернее, бабушкин дом, который теперь стал моим. Войдя во двор, я огляделась. Всё здесь было таким знакомым и таким чужим одновременно. Дом, чуть покосившийся, с облупившейся краской, казался меньше, чем в моих детских воспоминаниях.

Высокие дубы, словно молчаливые стражи, возвышались над крышей, отбрасывая длинные тени. В горле встал ком. Бабушка Мирта… Она всегда ждала меня здесь. Встречала у ворот с пирогами и теплым молоком. Рассказывала истории о лесных духах и русалках, живших в реке за околицей. Теперь ее больше нет.

Дом опустел. И эти дубы, казалось, шептали о чем-то печальном, о чем-то безвозвратно ушедшем. Я подошла к крыльцу, ступеньки жалобно скрипнули под моими ногами. Ключ, который бабушка отправила мне за несколько дней до смерти, дрожал в моей руке.

Глубоко вдохнув, я вставила его в замок и повернула. Дверь со скрипом отворилась, и я шагнула внутрь. Запах старого дерева, сухих трав и чего-то неуловимо родного ударил в нос. Время здесь словно остановилось. Всё было так, как я помнила: расписной сундук у окна, старинные часы с кукушкой на стене, вышитые бабушкой салфетки на столе.

Я провела рукой по пыльной поверхности комода. Здесь хранились мои детские рисунки, бабушкины рецепты, старые фотографии. Слезы навернулись на глаза. Я вернулась. После стольких лет. Но бабушки больше нет. И я осталась одна в этом старом доме, окруженном молчаливыми дубами.