Ведьма на полставки

Глава 24

В мире, наполненном магией, косметикой не пользовались. Зачем она нужна, если в большинстве случаев смотрели не на внешность, а на уровень магии и знатность семьи? Но видимо мы станем теми, кто это изменит. Травницы знали много секретов красоты и привлекательности, а также секретов в любовных чарах. Поэтому за столом вместо пустой болтовни мы затеяли мозговой штурм.

– А может что-то отбеливающее еще сделать, – поинтересовалась Светик. – Знатные дамы боятся загара, для них чем бледнее кожа тем лучше.

С одобрительного кивка Дашутки записываю в лист идею.

– А для длины и густоты волос средство? – подала тихий голос Лея. Еще кивок. И новая строчка добавляется в список.

– Для мягких лапок и острррых когтей? Зорррких глаз? И хорррошего слуха и обоняния?

И вновь кивки. И снова ручка скользит по бумаге. Давно я столько не писала, как за сегодня.

– Некоторые дамы, когда недовольны поджимают губы… Может им губы мазать чем-то чтоб они так не делали? Раздражает меня у них эта привычка, – неожиданно подал голос Вася. Дашутка замерла задумавшись, но в итоге все равно кивнула головой.

Когда наш мозговой штурм был закончен была уже глубокая ночь, и два листа исписанных мелким почерком отправились в мастерскую к нашей травнице. Подозреваю если все выйдет, то придётся нам еще работников нанимать, а то боюсь она одна не справится. Это сейчас у всех от движения и идей глаза горят, а потом начнем уставать, да и у меня учеба начнется.

Из последних сил добравшись до кровати, не помня даже как раздевалась, и раздевалась ли, провалилась в сон. Уже засыпая, поняла, что так и не почитала дедушкины книги, да и травы у Дашутки не попросила, но встать сил не было.

Обычно мне не снятся сны. Лишь после приключений в игровой брата меня одно время мучали кошмары. А после и они прекратились. Чаще всего я не видела по ночам ничего. Просто закрыла глаза и погрузилась в тьму. А открывала уже утром. Но похоже сегодняшний день был очень ярким на события. Потому что мне снился сон…

Кружась в танце с Гергом я улыбалась и смеялась. Вокруг нас были люди, но мы видели только друг друга. Его рука горела огнем на моей талии, я чувствовала её жар, даже не смотря на платье. Прижимаясь все ближе к нему в танце, я ощущала, как бьется его сердце. И это был единственный ритм, которому хотелось следовать. Взгляд замер на его губах. Интересно, а все-таки каковы они на вкус? Это же просто сон. Ничего же плохого не случится если я поцелую его во сне? Словно прочитав мои мысли он склонился ко мне ниже.

– Ты сегодня такая красивая, моя Марина. Ты будешь только моей. Моя сладкая, моя красавица, моя птичка, – говорит он, и каждое его слово заставляет моё сердце биться сильнее.

Мы продолжаем кружится дальше. В его руках так спокойно, так сладко, что я не сразу замечаю, как меняется обстановка. Только что мы были в бальном зале, а теперь стоим перед алтарем. Огромное количество людей смотрит на нас. Герг подбадривая сжимает меня за кончики пальцев и продолжает произносить свадебную клятву.

– …пока смерть не разлучит нас.

Его слова еще звучат у меня в голове, а мы опять переносимся куда-то. Спальня. Наша с ним спальня. Наконец-то чувствую его губы на своих. Как я и думала, они мягкие, нежные. Так же, как и его объятия.

Вот только пол подо мной исчезает. Стараясь не упасть, цепляюсь за плечи своего мужа. Вот только руки скользят, и я падаю. И оказываюсь в той самой комнате в подвале, где провела несколько часов благодаря своему братцу. Я вновь маленькая девочка. Мне страшно. Сжимаюсь сильнее, затыкаю себе уши ведь со всех сторон слышу крики.

– Ты мерзкая девчонка!

– Пустышка!

– Ты только годишься мне в игрушки!

Голоса кричат все громче и громче, проникают сквозь прижатые к ушам ладоням. Они звучат как плеть, раздирая не тело, а душу. Не выдержав, я начинаю кричать сама. Просыпаюсь от своего же крика и не замечаю, как в темном углу моего сна кто-то стоит и наблюдает за всем.

– Вот птичка и в клетке, – улыбаясь произносит голос, который я сегодня уже слышала.