Ведьма, околдовавшая его

16. Дрессировка

Никандр ждал. Ему казалось, что терпеливо, однако на самом деле это было не так. Он пытался читать, но никак не мог понять смысла и пары прочитанных абзацев, пытался дремать в кресле, но и это ему не удавалось. Мужчина вновь мучился мыслями о королеве. Смотрел в темное окно, на пляску огня в камине и ждал как никогда рассвета.

– Ваше Величество, – шепотом позвала его Ревен, дотронувшись до плеча, чтобы привлечь внимание. Задумавшись, Никандр не заметил, как она подошла, а потому вздрогнул от ее шепота у себя над ухом.

– Ну что? – спросил нетерпеливо, захлопывая книгу и поворачиваясь к ней.

– Госпожа выйдет сегодня на урок дрессировки, – с понимающей улыбкой ответила женщина. – Когда рассветет, идите на улицу через центральный вход, затем направо. Можете спросить у девушек, где проходит дрессировка, они вам подскажут, куда идти.

– А ты меня не проводишь? – уточнил король.

– Будет лучше, если нас не увидят вместе. Не забывайте: все должно выглядеть так, будто ваша встреча случайна.

Когда Ревен покинула его, он вновь принялся ждать. Огонь весело трещал в камине, Никандр подкидывал в него поленья, количество золы росло, по стенам бегали тени, из комнаты Фавия слышался храп, из коридора изредка доносились приглушенные женские голоса. Время тянулось, казалось, бесконечно. И вот на горизонте показались первые лучи солнца, он хотел было бежать на улицу, но остановил себя, выжидая еще несколько десятков минут, чтобы не прийти раньше времени и не нарушить «случайность» встречи с королевой.

Когда на улице стало достаточно светло, а терпеть – невыносимо, Никандр решительно вышел в коридор, а затем осторожно, как можно тише прикрыл за собой дверь. На страже, как и полагалось, дежурили служанки с двумя огромными черными кошками. Обе девушки дремали стоя и на его появление не отреагировали – так и продолжили прислоняться к стене с прикрытыми глазами, покачиваясь и склонив головы на плечи. Только пантеры при виде него насторожились. Оценив представшую перед ним картину, Никандр осуждающе покачал головой и крадучись направился к лестнице по длинному коридору. Кошки при его удалении расслабились и снова прикрыли глаза, одна из девушек встрепенулась, но тут же опустила подбородок на грудь, отчего ее украшение съехало с волос на плечо.

В отличие от этажа, где поселили Никандра, остальной замок не спал. Слуги суетились, здешние «тетушки», то есть прислуга высшего ранга, по-деловому рассекали по коридорам, раздавали приказы, куда-то спешили, придворные дамы прогуливались, мило беседуя.

Никандр спустился на первый этаж и вышел на улицу, боясь, что опоздает. Повернул в указанном Ревен направлении и принялся расспрашивать встречавшихся ему на пути девушек. Те продолжали смотреть на него, как и накануне, с удивлением, страхом и опасением, но дорогу указывали.

Ник так спешил, что то и дело переходил с размеренного шага на торопливый, а то и вообще – на медленный бег. К загону, на который указала последняя встреченная им стражница, подошел первым. Ни Ламии, ни ее свиты здесь не было. Только несколько девушек в мужской одежде из кожи с металлическими вставками наподобие доспехов ходили по загону вместе с волками. Последние огрызались то на дрессировщиц, а то и друг на друга.

Увидев, что пришел раньше времени, Никандр поспешил к ближайшей постройке и скрылся из вида как раз вовремя, потому что буквально в то же время, как он забежал за угол здания, из-за одной из стен замка повернула процессия женщин, возглавляемая королевой.

Ламия блистала очередным нарядом. На этот раз она была облачена в сиреневый плащ с капюшоном, отороченным соболиным мехом, волосы перекинуты на плечи с двух сторон, а пряди у лица убраны назад и зацеплены на затылке заколкой с драгоценными камнями.

Как и в первый день их встречи, ее вновь окружало большое число молодых красивых девушек, из-за чего утверждение Ревен, что Ламия любит одиночество, было сомнительно. Женщины разговаривали между собой, смеялись, обращались к королеве, пытаясь привлечь ее внимание. Но Ламия была поглощена своими мыслями, на их вопросы не отвечала, хмурилась и никого вокруг себя не замечала.

– Доброе утро! – обрадовалась прибытию королевы одна из дрессировщиц, выходя за пределы изгороди. Волки при приближении Ламии как по команде перестали огрызаться, демонстрировать клыки и замерли на местах, настороженно глядя на приближающуюся делегацию.

– Не очень оно и доброе, – проворчала Ламия, останавливаясь перед женщиной, вышедшей ее встречать. – Пять кораблей с нашим грузом арестованы в Шеране. Там товары для Лемана, – назвала она то самое королевство, с которым Никандр налаживал отношения накануне возвращения в замок брата. – Причем в основном лекарские… Видно, не успели выйти из порта, когда произошел этот переворот. А я теперь даже не знаю, кому написать, если это правда, что королева Эрин мертва… к тому же я скрываю у себя якобы их наследника…

– Пришли сведения из Шерана? Наш гость действительно король? – спросила дрессировщица. Она была примерно возраста Ламии и обращалась к королеве довольно свободно, из-за чего Никандр предположил, что она может быть ее подругой.

– Нет еще. Видимо, корабли были задержаны раньше, чем я отправила наших представителей в Шеран на разведку… Похоже, их задержал еще бывший король. Мне кажется, Ратор узнал о нашей с Эрин и Мелен контрабанде, – поморщилась Ламия, упоминая и королеву Лемана. – Я с таким трудом наладила отношения с женой этого Ратора. И что теперь?