Ведьма против пламени

Глава 20. Костёр и Тень

Атмосфера в академии для Сары становится ещё более сюрреалистичной и удушающей. Теперь она — одна из немногих посвящённых, носительница страшной, тяжёлой тайны. Она ходит по тем же коридорам, сидит на тех же лекциях, но мир вокруг, кажется, смотрит на неё другими глазами. Теперь за каждым углом ей мерещатся заговоры, в каждом слишком любезном преподавателе она видит потенциального «Коллекционера», а в каждом тихом, незаметном студенте — шпиона, как Марк. Они с Кирой и Лиором теперь существуют в отдельной, невидимой для других, напряжённой реальности. Кира стала ещё более молчаливой и замкнутой, её единственная отчаянная надежда на спасение Эрика теперь — тончайшая, хрупкая нить, которую может оборвать любой неосторожный шаг. А Лиор… он изменился. Его привычная ледяная отстранённость сменилась напряжённой, как сжатая пружина, сконцентрированной решимостью.

Вечером он находит Сару в библиотеке. Она сидит в самом дальнем, пыльном углу, уставившись в раскрытый дневник Эрика Вэнса, но не видит букв. Перед её глазами стоит лицо Марка, искажённое ужасом, и вспышки чужих, горьких воспоминаний.

— Пошли, — говорит Лиор тихо, его голос — приказ, не допускающий возражений. Он возникает рядом с её столом бесшумно, как тень. — Нам нужно поговорить. И потренироваться.

Сара молча закрывает дневник и встаёт, следуя за ним. Они идут по пустым коридорам, освещённым лишь тусклыми лампами, которые отбрасывают на стены их длинные, искажённые тени.

— Я должен был сказать тебе раньше, — начинает он, не поворачивая головы. Его голос звучит ровно, но в нём нет прежнего металла. Есть лишь глубокая, застарелая усталость. — Обо мне и Корвусе.

— Должен был, — подтверждает Сара, её голос полон яда, который она даже не пытается скрыть. — Но ты предпочёл разыгрывать дешёвый спектакль с ложью, обвинениями и высокомерным молчанием.

— Это был не спектакль, — он резко останавливается и поворачивается к ней. Его лицо в полумраке кажется высеченным из серого гранита. — Это была необходимость. В таких операциях чем меньше людей знает, тем безопаснее. Мы не знали, кому можно доверять в этой академии, где у «Коллекционеров» есть свои глаза и уши. Особенно, когда в неё врывается неконтролируемая, шумная, как базарная торговка, первокурсница, которая размахивает своей силой направо и налево, подсвечивая себя на всех радарах. Ты была проблемой, Роман. Ты и сейчас проблема. Но теперь ты — наша проблема.

Она хочет съязвить, ответить колкостью на колкость, но его тон её останавливает. Он не обвиняет. Он констатирует факт. Сухо, как врач, ставящий диагноз.

— Корвус внедрён в их структуру уже больше года. Он рискует каждый день, каждую минуту. Каждая наша встреча, каждый обмен информацией — это хождение по лезвию ножа. Мы ищем не просто пешек, как Марк, которые ломаются от первого же нажима. Мы ищем верхушку. Тех, кто отдаёт приказы.

— Почему? — вырывается у Сары вопрос, который мучает её с самого начала. — Зачем вам это? Это работа тех, кто следит за порядком. Почему ты?..

Лиор на мгновение замолкает. Он смотрит куда-то сквозь неё, в своё тёмное прошлое, и его лицо на секунду становится уязвимым.

— Моя сестра, — говорит он наконец, и его голос становится глуше, теряет свою властность. — Её звали Лия. Она тоже была студенткой. Три года назад. Она была сильным Элементалем воды. Весёлая, яркая, до глупости доверчивая. Она пропала. Просто однажды не пришла на занятия. Администрация всё списала на несчастную любовь, на побег к какому-то парню. Год. Целый год мы с отцом искали её. Я бросил учёбу, искал везде. На Теневых рынках, у отступников… в каждой дыре этого мира.

Он делает паузу, и Саре кажется, что воздух вокруг него становится холоднее.

— Её нашли спустя ещё год. Точнее, то, что от неё осталось. В одной из заброшенных угольных шахт. Её использовали как «батарейку», пока она не превратилась в пустую оболочку. Я нашёл тех, кто это сделал. Мелких сошек, исполнителей. Они ничего не знали о заказчиках, о «Коллекционерах». С тех пор я ищу их. Это моя личная война. А Корвус… он тоже потерял своего лучшего ученика. Так что это — наше общее, неофициальное дело.

Лиор замолкает. И в этой звенящей тишине Сара впервые видит за ледяной, непробиваемой маской Куратора Аша нечто иное. Сломанного, одержимого жаждой мести человека, который посвятил свою жизнь этой отчаянной войне. И её ненависть к нему на мгновение сменяется чем-то другим. Странным, неудобным, почти болезненным, похожим на… понимание.

Они доходят до тренировочного зала. Того самого, где она потерпела унизительное поражение.

— Ты должна стать сильнее, — говорит Лиор, и его голос снова становится твёрдым, деловым, безэмоциональным. — Гораздо сильнее. И умнее. Твои грубые, прямолинейные методы больше не сработают. Против тех, с кем мы собираемся столкнуться, это — прямое самоубийство.

— И чему же ты меня научишь, великий и ужасный Куратор? — язвит она, инстинктивно пытаясь вернуть свою привычную броню сарказма, чтобы защититься от нового, сложного чувства.

— Для начала — почему твои детские фокусы на меня не действуют, — отрезает он. — Вставай в центр. Атакуй.

— Что?

— Ты слышала. Атакуй меня. В полную силу.

Сара колеблется. Но вызов брошен. Она концентрируется, собирает всю свою волю, всю свою застарелую злость в плотный, злой сгусток и посылает в него ментальный удар.

Он стоит неподвижно. Её сила ударяется о его ауру и… исчезает. Просто растворяется в ничто.

— Ещё, — командует он.

Она атакует снова. И снова. С каждым разом вкладывая всё больше ярости, до скрипа в зубах. Результат тот же. Это как пытаться закричать в абсолютном вакууме. Её сила просто перестаёт существовать, приближаясь к нему.

— Почему?! — кричит она в отчаянии, силы уже на исходе. — Почему ты неуязвим?!

Лиор закрывает глаза. И Сара чувствует это. Жар. Воздух вокруг него начинает медленно, но неумолимо нагреваться, искажаться, как над раскалённым асфальтом. Его аура, обычно холодная и сдержанная, начинает разгораться, становиться видимой, как тонкое, оранжевое пламя, окутывающее его тело.