Ведьма-тихоня - горе в семье. Часть 1

Глава 1

Глава 1

– Может, встретимся? – робко спросила мама в тот самый момент, когда я примеряла модную шляпку в лавке фра Троу. – Кофе попьем. И тетя Грейс… придет.

– Импы рогатые! – тихо выругалась я, от испуга уронив шляпку.

Да тут любой подпрыгнет, если вместо изображения в зеркале появится скорбный лик родительницы в ритуальном макияже для кровавых жертвоприношений.

Я воровато оглянулась, убедилась, что на меня не смотрят, и натянула шляпку на голову. Голове стало больно и жарко.

– Миленько, – кисло похвалила мама мою потенциальную покупку. – Для ярмарки на Мабон сойдет.

– Ты забыла? – зашипела я, сдергивая тесный головной убор. – В этом году я на ярмарку не иду, не лечу и не еду. Из-за вас… всех. Изгнали так изгнали. И нечего тут теперь... подлизываться.

– Ты же знаешь, мы понарошку, – вздохнула мама. – Иначе тетя Грейс никогда ничего бы нам не завещала.

– Плевать я хотела на тетю Грейс. Так ей и передай.

– Ты собственной матушке смерти желаешь? – возмущенная мама переместилась в соседнее зеркало. – Кто говорит такие вещи тете Грейс?!

– Не нужно было сговариваться за моей спиной. Я больше не Фиделма Морган! Я Фиделма Эбисс, лицензированный специалист!

– Это твои проблемы, кто ты сейчас, Фидди, – мама покосилась на канареечно-желтую сумочку, выставленную на полку с тонкими кожаными перчатками того же оттенка и вздохнула. Ей всегда нравились яркие вещи. – Тетя Грейс хочет с тобой поговорить.

– С чего бы это? Нечисть в подвале завелась? Нужен приворот? Отворот? – мама смущенно отвела взгляд. – Повторю для тех, кто так и не понял. Я – изгой! И на этом все! И вообще, задумка была ваша, а не ее. Хотя она могла, как глава семейного реестра Морганов, потребовать что угодно. Идею вы подали, она просто милостиво согласилась, – мстительно напомнила я.

– Это был неизбежный компромисс. Разве мы виноваты, что тетя Грейс считает тебя... – матушка замялась.

–... неудачницей? Бездарностью? Ведьмачкой, просра… спустившей свою карьеру в болото? Так и говори. Я уже привыкла. Давно.

Вторая выбранная мной шляпка напоминала цветочную клумбу. В ней я была похожа... на цветочную клумбу, что не преминула заметить моя наблюдательная родительница. Шляпка отправилась в кучу отбракованных вещей, а я вызывающе скрестила руки на груди.

– Скорее, слишком... уступчивой и покладистой для ведьмы из рода Морган, «врачующего и карающего», – заюлила мама, видя, что я настроена как раз далеко не уступчиво и покладисто.

– Ага, тихоней.

– Фидди, не руби с плеча. Ну подумаешь, изгнали. Почти с каждой уважающей себя ведьмой в жизни хоть раз происходит нечто подобное: то изгонят, то на костер возведут, то нежить науськают, то в пентаграмму заманят. И потом поди докажи, что тебя спровоцировали и ты наслала проклятия в состоянии аффекта.

Я пожала плечами. С этим трудно было не согласиться. Профессия у нас рисковая, но интересная. Просто профессиональных издержек много.

Я сама легко уступила просьбе родни, когда тетя Грейс пошла навстречу родителям и пообещала состряпать дарственную на свой третий дом на границе с Димором в обмен на изгнание «паршивой овцы».

Наверняка тетушка помнила, как в девять лет на Посвящение я незаметно выплела рога на ее седых кудрях. Хорошие такие рога, свалявшиеся. На это дара у меня хватило. А что? Мне было скучно. И обидно. Все получили отличные подарки, а я, показавшая самые лучшие оценки в школе-интернате, – нет. Вот тогда-то наша вражда и началась. А может, раньше, когда я воскресила жуков-скарабеев из ее бус? Уж больно они были похожи на живых.

Но с тех пор прошло много времени. После болезни отца я потеряла желание смеяться и шалить. Мои кузены и кузины даже придумали для меня кличку – Тихоня. Впрочем, это было самое безобидное из тех проделок, которые они устраивали.

С какого-то момента я просто перестала обращать на них внимание и сосредоточилась на том, чтобы поменьше попадаться им на глаза. У меня было с кем поиграть. Впрочем, интерес к играм я потеряла в то же время. Мне было одиннадцать, и тетя забрала меня к себе, чтобы маме было легче справляться.

Когда тетя Грейс выбрала наследников и пообещала при жизни одарить семейство брата – моего отца – большим домом, землей и частью коллекции артефактов (при условии чистки отборного овечьего стада от бездарных особей), я даже обрадовалась.

Уехала – и поминай как звали. На трехмесячный депозит для аренды скромного домика в пригороде я к тому моменту уже заработала, подвизавшись помогать одногруппникам с курсовыми и дипломными.

Инструментарий закупила – любо дорого посмотреть: котел, метлу и сито. Даже удаленной практикой обзавелась: простые гадание, предсказания, бытовые советы – и все с помощью магических зеркал, без необходимости выезжать на сеанс. А за неимением зеркал магических – посредством самых обычных.

Мне не хватало лишь фамильяра, но магического симбионта я пока позволить не могла, уж больно дороги они были.

И только-только давняя моя мечта стала осуществляться – жители Хайвелла привыкли и вместо сотворения защитных окружений начали здороваться, клиенты какие-никакие пошли – и здрасьте-приехали. Впрочем, какую альтернативу изгнанию из рода с сохранением подарка тети Грейс предлагала мама, я так и не поняла.

Дольше задерживаться в лавке было неприлично. Фра Троу не любила примерки без покупок.

Я нейтрализовала мамин вызов и, фальшиво вздыхая – мол, так и не сумела выбрать шляпку, придется теперь ходить в старом ведьминском колпаке – вышла на улицу. А ведь я искренне хотела подобрать нормальный головной убор, чтобы наш светлый викарий Хью Бо Иверин не устраивал истерику каждый раз, когда я заглядывала в храм Сестер. А то ведь вечно истерически орет «Изыди! Изыди!», забывая, что не только у него имеется официальная работа.

В храме мне нужно было появляться минимум раз в две недели, чтобы забрать огрызки свечей, которые прихожане ставили на алтарь Чернолики за упокой живых. Что ж, и преподобному Иверину при всей его наивности было ведомо, что некоторые горожане не гнушаются черной магии. И каждую неделю, предупреждай не предупреждай, читай проповедь о наказании Адом за опосредованное смертоубийство или не читай, огарков собиралось не меньше двух горстей.