Ведьма Тося. Спастись и не влюбиться

Глава 32

Тося по-прежнему не приходила в себя. К счастью, на ее лице уже не было того жуткого слепого взгляда, да и слезы течь перестали. Она просто впала в глубокий сон и, как бы ее не пытался растормошить Брянцев, глаза не открывала.

Порывшись в ее рюкзаке, Костя вытащил бутылек и влил его жидкое содержимое в рот ведьме. Она поморщилась, покривила губы и, наконец, проснулась. Первое, что она увидела – озабоченное лицо Брянцева и любопытствующую физиономию Кости.

– Что ты видела? – с горячностью спросил колдун, заметив, как Тося сонным взглядом с недоверием смотрела на Ивана.

Если ведьма оказалась права, и Лихо действительно околдовывает взглядом и показывает самые потаенные страхи, то он не отказался бы послушать ее историю. Конечно, потаенные страхи – дело очень личное, интимное. Но ничего со своим любопытством поделать колдун не мог. Да и не про Тосины страхи он хотел услышать, а, скорее, про то, как именно все происходило у нее в голове.

Ведьма приподнялась на локтях, игнорируя нетерпеливый вопрос колдуна и не отрывая настороженного взгляда от Брянцева.

– Тося, ты как себя чувствуешь? – спросил Иван, поддерживая ее рукой за спину.

Немного помолчав, ведьма дрожащим голосом спросила:

– А ты почему меня веснушкой не зовешь?

– Эм.. Тебе же не нравится, когда я тебя так называю. Да и момент, честно говоря, для такого обращения не совсем подходящий, – этого вопроса Брянцев не ожидал услышать. Эх, надавать бы этим двоим прямо сейчас по мягкому месту за эксперименты с мухоморами, чтобы впредь неповадно было. Но, решив, что экзекуция подождет, участковый протянул Тосе бутылку с водой.

– Нет, Вань, называй. И в ресторан меня зови. И даже в кино на мистику про ведьм, – серьезным голосом произнесла Тося..

– Да не вопрос, Тось, – улыбнулся Брянцев. – Вот выберемся из вашего ретрита и прямо завтра поедем, куда пожелаешь.

– Вот опять ты меня по имени назвал, – огорчилась ведьма. – Ну что тебе, жалко что ли меня веснушкой назвать?

Костя, ходящий неподалеку, присвистнул.

– Да не жалко, – удивленно пожал плечами Брянцев. – Веснушка.

Тося перестала хмуриться. Щеки загорелись румянцем, губы расплылись в улыбке.

– Вот и хорошо. Знаешь, Вань, ты – солнце. Ты как этот, как его… Ориентир, который… Тьфу, дальше забыла! Короче, не важно. Ты только не уезжай никуда, ладно?

– И не собираюсь, – серьезно произнес участковый, и Тося поняла, что говорит он чистую правду.

Пока Брянцев был занят разговором с ведьмой, Костя принялся готовить на костре гречку. Сражение с Лихом да и пройденный за день путь практически без отдыха серьезно подточили физические силы всей их разношерстной команды. Могли бы подточить и моральные, но при виде залитого водой озера раздражение сменилось чувством полного удовлетворения. Наконец-то все позади. На юбилей к будущему тестю Костя, конечно же, не успеет. И тем не менее мысль о том, что уже завтра он вернется домой и увидится с Лилей, грела душу.

– А вот и Кривомыз, – восхищенно произнесла Тося, завидев тихую гладь озера. Тучи уже рассеялись, и вечернее солнце купалось лучами на водной глади, словно приглашая путников искупаться вместе с ним.

В то, что после победы над Лихом иссушенный кратер вновь наполнится водой, ведьма не сомневалась.

Водоем выглядел вполне обычно. Ничего магического в нем, на первый взгляд, не было. И в то же время ведьма ощущала, как хорошо сидеть на его берегу, смотреть на рябь воды, слушать стрекоз и звонких птах.

– Самое время искупаться, – улыбнулась она, посмотрев на колдуна. Тот бросил возиться с котелком, в котором уже вовсю кипела гречка, снял с себя ветровку с футболкой и пошел за ней.

Зайдя в воду по грудь, они остановились. Под водой Костя почувствовал прикосновение к руке. Ведьма взяла обе его ладони и, встав напротив него, предложила:

– Ну что, ныряем?

И оба скрылись под водой. Вынырнули уже через пару секунд.

– Что чувствуешь? – нетерпеливо спросила ведьма, испытующе глядя на Костю.

Немного помолчав, он скорчил серьезную гримасу и ответил:

– Прости, Тоська. Ничего у нас с тобой не получится. Я Лильку люблю.

– Ну ты клоун, Костя! – рассмеялась ведьма и плеснула в него водой. Тот ответил тем же. Громко хохоча, они выбрались на берег. Энергетическая нить, которая связывала их все эти дни, порвалась.

– Давай скорее к костру, сушить портки, – усмехнулся Брянцев, встречая смеющуюся парочку.

– О! Гречка уже почти подоспела, – весело проговорил Костя, пробуя ложкой нехитрый ужин.

Ели они с удовольствием. Гречка получилась отменная, хоть и готовил ее колдун, а не Тося. Прелести ужину добавлял шикарный вид на озеро и ансамбль дроздов с бэк-вокалом из жужжащих насекомых. Когда Костя по обыкновению потянулся за добавкой, Брянцев встал с бревна:

– Пойду, пожалуй, тоже освежусь.

Оставшись вдвоем, колдун и ведьма засели на берегу и с задумчивостью стали наблюдать, как Иван резво рассекает водную гладь. Надо же, будто совсем не выдохся после двухдневного похода с боем против чудища в финале.

Костя кратко рассказал ведьме о том, как происходило сражение с Лихом. Сначала, правда, поругал ее, что она не следовала своим же указаниям не смотреть Лиху в глаза. Хоть и прекрасно понимал, что это вышло абсолютно случайно – он и сам едва сдержался поднять взор на этого уродца, когда тот вышел из чащобы.

Рассказ о том, как он едва не угробил Лихо огненными стрелами и туманным мороком, вызвал у Тоси восхищение с примесью зависти. Ей-то ведь так и не представился случай попробовать боевую ворожбу на сильном противнике, к тому же еще и такой невиданно темной нечисти.

Когда речь зашла о бесенке, Тося погрустнела. Веню было жалко. И вообще, если бы не этот малыш из тьмы, они бы, может, и не справились сами.

– И где же он теперь? – взволнованно спросила она, вспоминая, каким забавным был бесенок, несмотря на свою темную сущность.