Ведьма в академии хранителей

3

Я училась быть Энн Чэрс. Улыбаться перед ее родителями, ссылаясь на подготовку к учебе. Высший мир, был местом спокойствия, не знающий боли и страданий.

Эн управляла водой. Хотя, я бы назвала ее дар – проклятием. Ее самолет разбился над океаном, упал в воду и она утонула. До, этого сделав существенный вклад в мире, восстановив мертвые языки и достигнув их правового статуса в нескольких странах. Так иронично, она так же как и я умерла из-за знаний, прихватив в мир мертвых старинную книгу со сказками на давно вымершем языке.

Находясь в ее теле и копаясь в чужом разуме, я не смогла слится с ее душой полностью. Внешне я была ею, но внутри оставалась все той же Аннетой, умершей несколько столетий назад. Магия исказилась, поэтому я все больше выпускала огонь вместо воды. Но, сжигать ведь могли только нечисти.

– Ты слишком долго прожила в низшем мире, – однажды сказал проводник, когда мы с ним тренировались в заброшенном замке междумирья, – и в тебе много ненависти…

– А как иначе? – недоумевала я. – Я целые столетия наблюдала как одни убивают других. Впитала в кожу.

– Подавляй! – гаркнул проводник. – Скрывай неприятие. Если ангелы увидят твой огонь, они все поймут. Ты не сможешь отомстить и изменить этот мир! Они и дальше продолжат посылать хорошие души в низший мир, просто потому что тем нечем заплатить.

– Но разве душе после жизни есть что предложить?

– Знания, дружок, знания. – сказал проводник.

Мы занимались регулярно. Проводник жил в нашем доме. Странники миров были почетными гостями и могли остановиться у любого в высшем мире. Никто не знал их имен, они всегда скрывали лицо за длинными капюшонами и никого это, кажется, не настораживало, кроме меня.

Родители Энн погибли с ней в один день, всячески поддерживали свою дочь, сопровождая во всех гуманитарных, которые она начала в одиннадцать лет. Мама Лия, миловидная и худощавая блондинка, целыми днями проводила в райском палисаднике, выращивая цветы. Отец Орэн музицировал, брал уроки у зрячего и молодого Бетховена. Их фальшивая дочь Энн, которая на самом деле была Аннэттой Филини, умершей несколько столетий назад, училась быть доброй, ради того, чтобы позже жестоко убить ректора Академии Междурья.

– Ничтожно мало времени! – вспылил проводник, после того как я очередной раз направила на него потоки огня, вместо воды: – Знал бы я, что ты такая бестолковая, провернул бы это дело с кем-то другим!

– Но, я… Стараюсь! – всхлипнула, срываясь на эмоции, потом собрала руки в кулаки и сделала шаг вперед. От этого человека зависела моя жизнь, сомневаюсь, что в случае провала, меня простят. Сдаваться нельзя! Глупо и опасно!

– Ты, ведьма, Аннэтта! Потомственная, – выдал проводник, тяжело вздохнул, – в этом все дело. Как я сразу не почувствовал это в тебе?

Я отрицательно покачала головой:

– Нет. Они существуют лишь в легендах и преданиях. Неужели вы тоже из еретиков?

– Если бы твоя жизнь сложилась иначе, ты бы почувствовала ее.

– Но это антинаучно! – недоумевала я.

– Разве в мире людей существует магия? – я посмотрела на свою ладонь, на ней крошечный огонек превращался в каплю и обратно.

– Она витает повсюду! – воскликнул проводник. – В любой научной гипотезе есть доля магии, кроме фактов и везения. Дело не в этом…

– А в чем? – я опустила руку вниз и внимательно посмотрела на мужчину.

– В тебе всегда была магия. Сейчас ты как тайфун, в котором борется добро со злом. Главное, помни, что несмотря ни на что, ты должна оставаться верной мне. Особенно в тот момент, когда осознаешь какой силой обладаешь.

Вначале меня сбила его растерянность, удивила интонация с которой он говорил. О какой власти и силе он говорит? Он не дал мне ответить, моментально заняв боевую позицию, выпустил силовые потоки, напал, одновременно расспрашивая о искусстве эпохи возрождения.

Через несколько дней я сбежала из родительского дома в академию. Каждый новый распрос мог выдать меня, а руки так и чесались начать миссию немедленно.

Я стояла перед золотыми вратами ведущих в верхний мир. На мне было лиловое шерстяное платье, на плече висела небольшая черная сумка, в котором лежали две книги – прихваченные мной и Энн из мира людей, блокнот и несколько сменных вещей. Я тяжело вздохнула и собралась перешагивать, как кто-то окликнул меня:

– Куда собралась, рыжая?