Ведьма в Академии магов

3.5

Я едва не подскочила, услышав этот полный удивления голос, и успела раз десять про себя тьму помянуть, пока голову поднимала.

Герцог расслабленно привалился к дверному косяку, сложил руки на груди и, изогнув тёмную бровь, выжидающе смотрел на меня. Зелёные глаза опасно сверкали в полутьме.

— Потрудитесь объясниться, — ровный голос, никаких лишних интонаций. Разве что легкий отголосок удивления. И острым намёком — недовольство.

— Я… — эх, где моя стыдливость, когда она так нужна? Надеюсь, хоть смущённая улыбка правдоподобно вышла. — Я…

И откровенно не поговоришь: я защиту ненадолго вешала, чтобы сама развеялась — так её отследить сложнее.

— Простите… — пискнула и попыталась прошмыгнуть мимо, удирая, как и положено глупенькой юной студентке, пойманной на горячем.

Да куда там!

Меня совсем не учтиво, брезгливо даже, изловили за ворот блузки и так же невежливо запихнули обратно в кабинет. И прижали к стене, непозволительно близко нависнув сверху.

— Так по мне соскучились, — язвительно поинтересовался маг, припечатав к стене возле моего лица ладонь, стоило мне чуть дёрнуться в сторону, — что решились на проникновение со взломом?

Его дыхание шевелило локоны у виска и щекотало моё ухо. И странное дело: понимала ведь, что это всего лишь роль, спектакль для особо любознательных, а сердце заходилось в сумасшедшем ритме…

У меня голова шла кругом от его глаз. Дыхание сбивалось от едва уловимого, но от того не менее дурманящего аромата. Болото…

— Что случилось? — вопрос на грани слышимости привёл в себя, я сильно вздрогнула и тут же услышала подчёркнуто спокойное: — Я поставил полог.

Полог? А вы почему тогда всё ещё так близко, ваша светлость? И…

Я вязла в собственных мыслях.

Вскинув голову, чуть не стукнулась затылком. Пронизывающие зелёные глаза сквозь легкий прищур цепко следили, казалось, за мельчайшими движениями. Отрава, а не взгляд.

— Позже… — выдохнула. Так же — на грани слышимости. И поднырнув под его рукой, испуганно пискнула: — Простите! — и дернула дверную ручку.

Чтобы её открыть, пришлось спускать с пальцев искру-отмычку. И я понеслась по коридору, не оглядываясь. Моля лесных духов и всех богов скопом, чтобы он не понял моего состояния. Догонять меня он не станет, но в уме и проницательности господину герцогу не откажешь. И это плохо. Плохо для меня. Потому что…

Потому что сердце в груди колотилось. Не от страха. И щёки огнём горели.

Зараза.

Давно я в такой близости от герцога не оказывалась. И хорошо бы больше не повторять. Демоны и духи лесные, что ж так сложно-то?!

Выдохнула я только у себя в комнате. В людных местах уже не неслась, конечно. Но судя по любопытству в глазах немногих встречных, мои собственные глаза таки горели.

Может, и к лучшему. В тот момент мне было уже неважно, насколько быстро мной заинтересуется наш таинственный противник: чем раньше мы встретимся, тем быстрее разберёмся с этим делом, и тем быстрее подойдёт к концу моё вынужденное сотрудничество с его светлостью. Вернёмся. Меня снова загрузят бумажной работой и мелкими незначительными делами. И с высоким начальством мы будем пересекаться только на официальных мероприятиях. И тогда даже Оля не заставит меня лишний раз развлекать дорогого родственника.

К зеркалу подходить не стала: мусолить произошедшее — продлевать это моё взбудораженное и совершенно не рабочее состояние.

И на адреналин не спишешь.

Фыркнула. Что ж, работа всегда прекрасно отвлекала.

Сначала выудила из сумки камешек и засела за проверку паутинки. Да так увлеклась, что не заметила как пролетело время.

Когда настала пора собираться на посиделки магов, наскоро привела себя в порядок, подправила личину. Его светлость немного ошибся вчера в терминологии: на мне была не иллюзия, в привычном понимании, а личина, связанная с телом, аурой, а не наложенная поверх. Такую без моего участия снять, да и обнаружить практически невозможно. На это разве что дворцовая система безопасности способна.

Подмигнув себе тёмным глазом, отправилась собирать информацию и развлекать новоиспечённых однокурсников. Или развлекаться за их счёт — это уж как пойдёт.

В Академгородке жизнь била ключом: призывно сияли разноцветьем огней вывески и окна магазинов, мелких лавчонок, кафешек, ресторанчиков и прочих заведений, без которых не обходятся даже самые крохотные городишки; на улицах распевали песни трезвые и не очень студенты, кто-то торопился по своим делам, пользуясь грядущими выходными; за низкими аккуратными двухэтажными домиками то и дело взмывали к небу сияющие чудища, проносились над головами изумленных прохожих и рассыпались фейерверком высоко в темнеющем небе.

Из больших окон кабачка тоже призывно лился теплый свет. Вечно юная ведьмочка на вывеске то закладывала по старому бронзовому полотну виражи на метле, то крутила летательным средством «восьмёрки» так лихо, что любой боевой маг от зависти посинеет.

Говорят, Агния была настоящей ведьмой. Такой, какой их представляют, наверное, во всех мирах. Яркой, увлекающейся, умной. Горящей… Рыжие кудри маленькой её копии сияли в свете фонарей, притягивая взгляды, тёмные зелёные глаза из-под густых длинных ресниц манили тайной. Была ли она лучшей? Она была той, которую запомнили. Хорошо это или нет — поздно судить.

При моём появлении нарисованная ведьмочка уткнула своё орудие в буквы вывески, на которые перед этим лихо приземлилась, и с интересом склонила голову к плечу. Потом ухмыльнулась и приветственно отсалютовала метлой. И, не дожидаясь ответного приветствия, снова взмыла над витиеватой надписью.

Берясь за ручку двери, я ухмылялась не хуже. Ведьма ведьму всегда узнает. Даже если одна нарисована, а над второй так потрудились, что мать родная не признает.

А внутри меня не ждали. Причём, именно меня.