Ведьма в Академии магов

8.4

— Ковен должен стеречь её труды как зеницу ока, — хмыкнул Вильгельм. — Реликвии.

Я кивнула. Должен. И стережёт. Шутка ли, правая рука Верховной ведьмы, одна из умнейщих женщин того времени. Среди волшебного люда до сих пор жива молва, что до раскола Агния была советницей самого короля-мага. Но в исторических источниках, которые есть в свободном доступе, понятное дело, об этом ни слова.

Так и живем, соблюдая холодный нейтралитет и не зная чему верить.

Я, когда Оля замуж собиралась, досье на будущих родственничков венценосных собирала, настоящее. Попыталась. Информации нашла шиш да маленько. Но и ее хватило, чтобы удостовериться: не всё там так просто да гладко, как знает каждый гражданин, ох, не всё… Хотя, конечно, наивно и самоуверенно думать, что королевский род свои главные тайны стережёт плохо.

— Ещё бы, — вздохнула я.

Эх, почитать бы оригинал. Но мне ещё лет десять назад непрозрачно намекнули, что полукровкам в Ковене не место. А уж когда родная сестра стала женой короля Магорума — и подавно.

— А кто делал копию, узнать удалось? — отвлекаясь от лирики, рискнула попытать удачу я.

Парни раздосадованно покачали головами и в один голос вздохнули:

— Увы.

Вот уж действительно.

Где-то за спиной звенела пустой посудой официантка в ведьминском одеянии, приводя в презентабельный вид освободившийся столик. Негромко переговаривались немногочисленные сегодня посетители.

Насколько точен и скрупулезен был переписчик? Жаль, пообщаться с тем отчаянным магом может лишь некромант. Но и потомков найти было бы интересно. Вдруг им что-то известно? Авось что завалялось в семейных архивах?

Отвлекая от раздумий, мелодичным переливом возвестил о новых гостях дверной колокольчик. Дух безмолвствовал. Хорошая, однако, схема оказалась. Действенная.

— Что-то Освальда не видно, — заметила я, украдкой наблюдая, как Тина и Лера вешают верхнюю одежду, а затем последняя, окинув цепким взглядом зал, целеустремленно ведет слегка растерявшуюся подругу за столик неподалеку от нашего.

— Он время от времени пропадает на несколько дней, — пояснил Вильгельм, прежде чем вернуться к трапезе.

— Пропадает? — приподняла брови я.

— То ли к родственникам, то ли просто в родные края наведывается, — пояснил Антоний.

— У Рида он хорошо зарабатывает. Да и компания шумных студентов ему нравится, — уточнил Жан, стягивая очередной кусочек мяса с шампура, — говорит.

— Поэтому бросать работу не хочет, — кивнул кудрявый, отпивая из кружки.

— Но время от времени сматывается на родину, — подвел итог Тарос и, хмурясь, раздраженно смахнул с лица темный локон.

Я наколола на вилку кусочек угощения и невинно полюбопытствовала:

— А где он родился?

— Где-то на границе с Малефикарумом, — вернулся к разговору Ло. — Вроде.

И я заметила, как вздрогнула за соседним столиком Тина и бросила на рыжего взгляд. Мечтательный. Тоскливый. А потом поморщилась, тряхнула головой, так что светлые кудряшки подпрыгнули, будто желая отогнать мысли, которые удовольствия не приносят.

— Не любит он об этом, — с усмешкой бросила Лера, легко поднялась и решительно подошла к нам. — Мы присоединимся?

С такой интонацией впору угрозами сыпать. И уж никак не на дружелюбие надеяться.

Тина робко дернула подругу за рукав. Но та будто и не заметила, выжидающе глядя на нас.

Мальчишки молчали. Не каждый день, видимо, боевикам приходится выслушивать просьбы в ультимативной форме в исполнении симпатичных, хрупких девчонок.

— Пожалуйста, — ослепительно улыбнулась я. И для вида уточнила: — Ребят, вы ж не против?

Все четверо только отрицательно покачали головами. Правда, Жан с Антонием тут же вскочили, торопясь отодвинуть для девчонок стулья, на которых только что сидели. Блондин, явно красуясь перед нежданно-негаданно обретенными зрительницами, взмахом руки призвал себе и другу стулья от опустевшего столика. Тина, чьими-то стараниями оказавшаяся рядом с Ло, от такой учтивости совсем смешалась и покраснела. Что, надо признать, на ее кукольном личике выглядело довольно мило. Лера же выглядела откровенно довольной.

— У нас однажды разговор о семье зашел, так он ничего путного не сказал и, на работу сославшись, смылся, — продолжила Яз, бросила короткий взгляд на Жана и призвала оставшиеся на соседнем столе стаканы.

Что ж, в тесноте, да не в обиде. Информация лишней не бывает.

Мимо нас протиснулся какой-то паренек, зацепил заколку, свободно державшую темные волосы Леры, извинился и поторопился на улицу.

— Может, действительно занят был? Не думала? — со снисходительной язвительностью усмехнулся сын зельевара.

Лера фыркнула, скривившись:

— Если бы такое только раз было.

Интересно мавки пляшут…

— Лерка, да тебе королевские дознаватели позавидуют! — присвистнул Жан с деланным восхищением. — Ты зачем парня мучила?

— Не твое дело, — смутившись, огрызнулась Яз, раздраженно тряхнув густыми, блестящими локонами.

— Понравился? — дружески пихнул ее неугомонный блондин.

Лера поджала губы, увернулась.

— Да ну вас! — шикнула раздраженно. — Одно на уме. Хуже девчонок! — потом вздохнула, пригубила свой стакан и с видимой неохотой пояснила: — Меня в Шулг на практику распределили. Думала, может, он рядом где жил, подскажет что…

— В Шулг? — мы переглянулись.

Нет, я бы поняла, если бы Тину: ее за одни зелья сослать могут. Но Лера — хорошистка, старательная, умная девчонка с неплохими знаниями.

Впрочем, не характерный для Леры румянец, проступивший на смуглых щеках, недвусмысленно намекал на причину.

Магесса принялась увлеченно поправлять почти не пострадавшую прическу, как бы невзначай спрятав горящие щеки за волосами.

Мальчишки догадливостью не отличались.

— Как так? — приподнял брови Антоний.

Глаза Жана и Ло удивленно расширились. Тарос прищурился. Тина совсем притихла.