Ведьма в Академии магов

11.3

От неожиданности я отшатнулась, отдернула руку.

А Йован продолжил вешать прямо из бутылки:

— Твоя леди абсолютно права: я сам дурак. Это была моя собственная глупость. И нечего себя корить. Лучше поймайте этого…. эту мразь. Простите, леди, за грубое выражение.

Я лишь хмыкнула.

Хорошо, что он меня в бытность мою адепткой Академии ведьм не слышал. Или сразу после поимки пресловутого волка, когда господа стражи порядка, как водится, едва не опоздали.

В общем, пока мы с герцогом таращились на пристанище духа, тот продолжил:

— Я ещё кое-что забыл. Почему буянил-то… Внимание привлекал. У Рида в кабаке что-то тёмное появляется временами. Я никак не могу понять что, увидеть.

— Подробнее, — так привычно спокойно и чётко попросил его светлость, мгновенно взяв себя в руки.

— Не знаю, Виан. Я привык иметь дело с материальным миром, а тут… Липкое, тяжёлое…

Магу, который всю жизнь работал со схемами, камнями, чёткими границами, быть духом и осваиваться в сфере тонких, эфемерных материй должно быть сложно освоиться и сориентироваться.

А, была не была…

Я прикрыла глаза. Вспомнила занятия с Дианой и Миркой. Концентрируя внимание, сложила ладони лодочкой и постаралась воспроизвести то самое состояние, которое было накануне неудачного принесения меня в жертву.

Герцог молчал.

А из бутылки донеслось встревоженное:

— Ведьмочка, ты что удумала?

Мирка говорила «кровь» и «мрак». Я вспомнила ту несчастную птичку. Руки в крови. И ощущение переполняющей силы…

Направила её в ладони.

Скрипнул стул. Тишину разбили чёткие уверенные шаги.

Мне на плечи легли знакомые руки. И голос герцога негромко, настойчиво попросил:

— Эльде, достаточно. Ты устала. Осторожнее, — проникновенно и обеспокоенно.

Или мне всего лишь хотелось, чтобы это было так.

На волне воспоминаний захлестнуло желание огрызнуться, смести проклятьем со своего пути помехи.

Вдохнула глубоко. Усилием воли успокоила колдовство. Отпустила, позволив вернуться, раствориться в пространстве. Только после этого открыла глаза.

— Йован, такое? — собственный голос не узнала, он оказался хриплым, ломким.

Канцлер налил воды в стакан, протянул мне.

Призрак задумчиво протянул:

— Похоже, — и тут же встрепенулся (аж бутылка качнулась), из горлышка высунулась голова. — А что это?

— Магия крови, тёмная. Воспоминания.

— Это там где колдуны челофеческие шертфы приносят? — лишённый стеклянного кокона голос снова стал глухим.

— Ага, — без энтузиазма кивнула. — Это всего лишь птичка.

— Наферное, тебе было ее очень шаль?

Я хмыкнула, оставив предположение любопытного сострадательного духа без ответа.

— Хм, жифым иначе фоспринимал… — качнул полупрозрачной головой. — Но похоше очень.

— Значит, велика вероятность, что наш колдун появляется в кабаке, — задумчиво протянул его светлость. — Стратегически удобно. Информация. Адепты как на ладони.

— Остаётся понять: каким образом он выбирает подходящую жертву и что с ней делает, — подхватила я.

— Так в шертву, наферное, приносит.

— Зачем?

Маг, уже снова расположившийся за столом напротив меня, бросил на меня странный взгляд. И тут же переключил внимание на торчащего из бутылки признака.

— Ты переход в Тьмутар почему до ночи затянул?

Йон…смутился. Отвёл взгляд и даже попытался спрятаться. Но под тяжёлым взглядом герцога всё же вынужден был признаться:

— Фиан, я такую адептку фстретил! — и так это мечтательно, с таким восторгом сказано было, что даже я прониклась.

Герцог недовольно покачал головой. Но промолчал. Видимо, не раз уже обсуждали, да без толку.

— Радимиру подробно расскажешь обо всём. Под запись.

— Фот, леди, — с фальшивой горечью пожаловался мне дух, — даше смерть не яфляется опрафданием для этого страшного челофека! С мертфого отчёт требует. Ушас! Бегите от него, пока не посдно.

— Это во-вторых — для отчета, не оценил остроумия друга канцлер. — А во-первых, определить, не была ли твоя задержка спланирована.

— Думаешь, меня, как телка, увести можно? — возмущённо взвился призрак.

Герцог промолчал. Весьма, надо сказать, красноречиво.

Баронет, обиженно пыхтя, снова скрылся в своём временном пристанище.

— Йован, скажи, а почему ты все-таки в моей паутинке следов не оставил? — рискнула перевести тему я. — Это может быть важно…