Ведьма в Академии магов

12

Что будет делать ночью взбудораженная ведьма? Попытается уснуть? Организму же нужен отдых. Тем более после таких потрясений.

Какой, к кикиморам, сон?!

В голове царила такая неразбериха, а чувства пребывали в таком смятении, что хуже разве что взорвавшийся котёл с липким не то мерзким, не то приятным зельем.

О сне не могло быть и речи.

И я потопала… варить что-нибудь на кухню общаги.

Лучше всего, конечно, заняла бы голову и помогла привести чувства в порядок варка зелья. Сложного, но не очень опасного. Такого, что требовало бы концентрации, но не оказалось смертельным в случае ошибки.

Но зелья на кухне готовить запрещено. Тем более у магов там ни одного котла не водится — одни кастрюли да сковородки.

Поэтому «чем-нибудь» оказался суп. В большой казённой кастрюле, обнаруженной в одном из шкафов.

Пока чистила, резала овощи, варила-солила, пыталась навести хотя бы видимость порядка в мыслях.

Когда беспокойство за собственную шкуру отошло на второй план, всплыла уйма не заданных вовремя вопросов.

С теми любознательными придворными и слугами всё было, в общем-то, ясно с самого начала: этакая подстраховка — посмотреть, послушать. Им вообще могли поставить совершенно безобидную задачу, к примеру: узнать, как Её Величество с сестрой устроились, всё ли по нраву, к чему дома привыкли и не обижает ли кто (ведьмы же, пусть и полукровные, а во дворце предрассудки до сих пор ох как крепки). Ну, а если при этом в разговоре какая любопытная информация всплывёт, так герцог ничего и не нарушал.

Потому я язык за зубами и держала.

Думается, с моим досье ситуация похожая. Собирал его, судя по разговору его светлости с Радимиром, племянник последнего. С той лишь разницей, что ему должны были дать чёткие инструкции, разумеется под магическую клятву. Ему, и никому больше.

И почему этим делом занимался именно Рад, я тоже понимала: он за командира и в огонь, и в воду, и под заклятье; служил под началом герцога, ещё когда тот канцлером не был, как говорится, в поле работал. И вину за наглое нарушение королевского приказа на себя взять не отказался бы. Герцог бы, конечно, прикрыл, заступился… Знаю я эту практику.

Родство, преданность и клятва — что может быть надёжнее?

Ну, а если бы я действительно оказалась опасна… что ж, победителей не судят. Хочется надеяться, что его светлость сначала предоставил бы родственнику эти самые доказательства и не стал рубить с плеча…

Но почему не лично? Создать видимость соблюдения королевского приказа?

Вспомнила подслушанный разговор. Если бы я в такой рискованной комбинации участвовала, а меня ещё и премии за это лишили… Боюсь, канцлеру бы ещё долго аукалось.

Да и парня было чуточку жаль (я и имени его не помнила, видела-то всего однажды, наверное). Помогай после такого сильным мира сего!

Но я не знала подробностей. Может, это действительно была инициатива Рада или его родственника? Ему ведь Стеван лично ничего не запрещал…

Вопрос секретности моей биографии так не тревожил. Но хотелось бы знать, кто и где меня сдал. И что это за чужие тайны.

Занятно, ничего не скажешь. И я пока не знала, с чего начать поиск ответов.

В нашем деле вопросов было не меньше. Общими усилиями мы с большой вероятностью разобрались с целью. Но для чего ему колдовской дар? И самое главное, кому — «ему»? Канцелярские установят завсегдатаев «Агнии». Но что если колдун там вообще больше не появится? Каким образом он вычисляет жертв? Каковы мотивы?

Близилось утро, а на ум так ничего дельного и не шло.

Я закинула последние специи. Зачерпнула глоток поварешкой, чтобы попробовать, когда дверь кухни открылась, являя заспанного однокурсника.

Данте зевнул, прикрывая рот кулаком, и застыл в дверях, вытаращившись на меня и не решаясь переступить порог.

Эта пантомима мне наскучила быстро.

И, усмехнувшись, я не очень миролюбиво поинтересовалась:

— Тебе чего?

Нет, однокурсника, конечно, можно было встретить и попроветливей. Но я была в тупике. А потому злая.

Ответа не последовало.

Выключив плиту, я отвернулась наконец от кастрюли: парень так и стоял в дверях, не рискуя, видимо, шевелиться.

Мда, переборщила я с духом.

Улыбнулась.

Маг почему-то побледнел и неуверенно отступил в коридор.

— Что хотел-то? — постаравшись вернуть в голос дружелюбие, взмахнула рукой.

А визитера и след простыл.

Я задумчиво посмотрела на зажатый в руке половник. Пожала плечами. И закрыла кастрюлю крышкой.

Выходит, не такой уж важное у него дело было.

Суп был готов. Аппетита не было вовсе. Так что я, вспомнив несчастного адепта, поразмыслила и решила проявить щедрость: наложила на варево лёгкий стазис с охранкой от шутников и добавила записку, что это моя компенсация всём за «Агнию».

И с чувством выполненного долга вернулась в комнату — отсыпаться.