Ведьма в читальном зале

Глава 11

Мария всем существом чувствовала: сегодня не стоит заходить в бутик к Ангелине.

Она замедлила шаг, невольно сжавшись. Сквозь толстое стекло витрины волнами расходилась энергия, напоминающая штормовое предупреждение от гидрометцентра: густой коктейль из театрального отчаяния, рыданий и решимости любой, даже самой безумной ценой решить проблему.

Мария попыталась пройти мимо, сделав вид, что с огромным интересом изучает ассортимент соседнего магазина хозяйственных товаров. Взгляд скользнул по рядам вёдер, швабр и моющих средств.

Но Луна, шедшая рядом с видом адмирала,ведущего флотилию, вдруг упёрлась всеми четырьмя лапами в асфальт. Кошка подняла голову,сверкнув глазами, и ясно дала понять: «Разворачивайся. Наше присутствие требуется на поле драмы.

С глубоким, предчувствующим беду вздохом Мария повернула обратно. Дверь бутика тихо звякнула колокольчиком, и на неё обрушился настоящий звуковой удар.

— …и он сказал, что я СЛИШКОМ идеальна!СЛИШКОМ! — рыдала, уткнувшись в безобидный горшок с каланхоэ, худая, как тростинка,блондинка с идеальным маникюром цвета«кровавая заря». — Это уже третий за этот год, который просто испаряется после двух свиданий! Гель, на мне венец безбрачия, я это точно знаю!Ты же говорила, что твоя подруга… ну, которая с кошкой‑экстрасенсом… может такое снять?

Ангелина, завидев Марию в дверях, засияла, как прожектор в темноте. Её лицо расцвело в широчайшей улыбке. Она плавным, почти балетным движением отодвинула стойку с открытками и устремилась навстречу.

— А вот и она! Спасительница душ и корректор судеб! — провозгласила она, словно объявляя выход главной героини на сцену. — Маш, проходи,не стесняйся, тут как раз работа для тебя! Знакомься, это Алиса. У неё ЧП вселенского масштаба. Хроники любовного апокалипсиса.

Мария инстинктивно попыталась отступить, задом натыкаясь на дверной косяк. Сердце колотилось где‑то в горле. Только не это, — пронеслось в голове. — Я не могу, я не знаю, как…

— Я так, просто мимо… Мне надо… молоко купить Луне… диетическое… точнее нет… наоборот,— слабо выдохнула она, делая неуверенный шаг назад, к спасительной улице.

Но Ангелина была уже рядом, пахнущая дорогими духами и решимостью, с железной хваткой вцепилась ей в локоть. Её пальцы,украшенные кольцами, сжались без намёка на компромисс.

— Никуда ты не денешься! — прошипела она на ухо,не переставая сиять улыбкой во всю ширину лица для Алисы. — Она уже два часа угрожает залить мой бедный каланхоэ солёными слезами! Он же завянет как орхидея! Спасай ситуацию! Ты же теперь наш местный маг и волшебник, наш Гарри Поттер в юбке!

— Я не маг! — запротестовала Мария, чувствуя, как пылают щёки. — Я… библиотекарь с обостренным восприятием и парой необъяснимых навыков!

— Алиска, — Ангелина повернулась к подруге с торжествующим видом, — а вот и наш библиотекарь с обостренным восприятием и парой необъяснимых навыков! Она сейчас всё починит, как швейцарские часы!

Алиса утерла слёзы кружевными манжетами и уставилась на Марию с таким обожанием, словно та была воплощением самой Феи Крестной, только что спустившейся с небес на розовом облаке. Её глаза, ещё влажные от слёз,светились надеждой.

— Мария, умоляю! Сделай что‑нибудь! Я тебе коробку конфет! Две! Прямо с конвейера! У меня там связи, я знаю людей с шоколадной фабрики!

В бутике пахло ванильным ароматизатором,дорогим парфюмом и чуть‑чуть тревожным потом. На полках аккуратно выстроились цветы в горшках. За спиной Алисы на подставке стояла орхидея, нежная, с бледно‑розовыми лепестками, будто прислушивающаяся к каждому слову.

Луна, невозмутимая, как буддийский монах, прошла вглубь помещения и уселась на пушистый коврик у зеркала. Её хвост медленно качнулся, единственный признак того, что она вообще замечает происходящее.

Мария посмотрела на Алису своим новым, «включённым» зрением — и проблема стала мгновенно очевидной.

Над головой у девушки висел не мистический венец из терниев, а плотный, непробиваемый купол. Он был причудливо соткан из тысяч мелких разочарований, небрежно брошенных фраз и самоиронии, которая давно превратилась в защитную броню. В его структуре угадывались засохшие, как гербарий, обиды, выстраданные убеждения, страх близости, спрятанный за показной бравадой.

Алиса всхлипнула, смахнув слезу. Её пальцы, с безупречным маникюром цвета «кровавая заря», нервно теребили край блузки. Глаза, подчёркнутые размазанной тушью, смотрели с отчаянной надеждой, как у ребёнка, потерявшегося в толпе и наконец увидевшего знакомое лицо.

— Видишь? — прошептала Ангелина, тыча пальцем в воздух над Алисой. Её голос дрожал от возбуждения, а глаза горели, как у охотника, заметившего добычу. — Венец? Прям корона такая, колючая, из сплошных шипов? Да?

Мария глубоко вздохнула. Она чувствовала, как пульсирует этот энергетический блок, вязкий, словно застывшая смола. В нём было столько боли, столько невысказанных «почему?», столько сломанных ожиданий…

— Это не корона, — наконец выдохнула она, окончательно сдаваясь под напором двух пар умоляющих глаз. — Это… энергетический блок. Защитный панцирь. Очень, надо сказать, прочный.

— О, ещё лучше! — воскликнула Алиса, чуть не подпрыгнув на месте. В её голосе смешались отчаяние и робкая надежда. — Сними мой панцирь! Я хочу любви, а не бронебойности! Я хочу быть уязвимой, как улитка без ракушки!