Ведьма в плену, или 33 неприятности

Глава 4. Благородный охотник

Я очень смутно запомнила, что произошло после боевого клича База и нашего врезания на коне в толпу гулей. Вроде бы Охотник, как заправский воин прошлых столетий (в наше время войн, к счастью, нет), вопил непристойности и одновременно размахивал ножом направо и налево, хотя может и взад-вперед, не уверена, ведь я со всей силы вцепилась в него и крепко зажмурилась.

Потом мы долго скакали. Точнее, очень-очень долго. Глаза я, на всякий случай, не открывала, а руки, казалось, приросли к спине База. Все тело превратилось в одну большую боль. И как некоторые люди любят кататься верхом? Хотя, может, они едут на лошади не спеша, а не галопом, вальсируя между страшными гулями…

Как я уже говорила, все события после дикого вопля моего спутника спутались в моем сознании, смешались, я даже не старалась вспомнить их последовательность, если честно. Так спокойнее.

Но момент пробуждения я запомнила навсегда. Я открыла глаза и тут же услужливое обоняние сообщило обо всех витающих вокруг ароматах. Самым ярким оказался теплый, древесный аромат, я сразу узнала его – сандал, только он имеет одновременно сладковато-пряные и сливочные полутона, плавно переходящие в мускусные нюансы.

Следом пришло понимание, что совсем рядом горит свеча, но далеко не простая, я почувствовала вложенную в нее Силу. Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Ведь стоило понять, какое именно колдовство ко мне применили. Пусть меня никто и не обучал, но ведь травы сами всегда рассказывали мне о своих свойствах. Надо только внимательно слушать. Да и замки на запрещенных книжках в отцовской библиотеке я научилась снимать, наверное, раньше, чем правильно делать реверанс.

В состав свечи вошли четыре травы. Я услышала дурманящий аромат жасмина, его часто используют лекари при работе… с душевнобольными, особенно буйными. Странно, это кто же обо мне такого мнения?!

Следом пришло свежее и прохладное звучание, а с его приходом я поняла, почему отдельно использовали сандал – именно он сглаживает остроту пряных нот. Лаванду часто используют, чтобы снять внутренние страхи или, чтобы внушить доверие одного человека к другому.

Еще более странно!

Третья трава напугала меня уже всерьез. Едва я почувствовала сухой дымный оттенок, как страх сковал внутренности. Ведь полынь является главным средством для снятия всех магических воздействий, не только сглаза, порчи, но и всех защитных!

Оставалось определить четвертую траву, но тут дверь с шумом распахнулась, я открыла глаза и села. Смысл прислушиваться, если все вокруг заполонил теперь один аромат – псины!

На мою кровать запрыгнул огромный черный пес и нагло уселся, свесив язык набок. Я аккуратно убрала одеяло и увидела на себе белую рубаху, длиной почти в пол.

— Это кто же меня переодел? — подозрительно уточнила у Гласа.

Тот отвел взгляд в сторону и засунул язык в пасть, будто смутился.

— Я все знаю! — тыкнула ему указательным пальцем почти в морду. — Ты говоришь! Я слышала!

Я стояла над псом где-то минуту, уперев руки в бока, пока не поняла, как глупо выгляжу со стороны. Ну, кто в здравом уме будет разговаривать с животным? Может, и правда лишь показалось…

Что бы сказала Вильма? Наверняка, что-то типа: «Не буди лихо, пока оно тихо». И впрямь, вот если бы пес сейчас заговорил? Да я бы сама себя связала и отваром из жасмина отпаивала. Да-да! Что может быть страшнее, чем сойти с ума?

Теперь настало время осмотреть комнату, в которой я оказалась. Светлые стены, решетчатое двустворчатое окно, посередине комнаты кровать, а еще в углу небольшое зеркало. Все! Негусто, чтобы понять, кто хозяева апартаментов.

Я подошла к зеркалу и… отшатнулась. Это ж надо. Провела с наглым типом всего одну ночь, а уже сама на себя не похожа. Я с грустью смотрела на себя, накручивая локон рыжих волос на палец. Даже цвет волос, казалось, потускнел! Бледное лицо, синяки под глазами, бескровные губы и… Я со злостью сначала сжала кулаки, а потом вцепилась в тонкий обруч на шее. Со стороны он казался украшением, даже и не подумал бы никто, что это ошейник! Или, как сказал мужлан, кольцо подчинения.

Снять мне его, конечно, не удалось. Зато в отражении я заметила, как пес крадется к выходу.

— Куда?

Глас почти с пинка открыл дверь и был таков. Я побежала за ним. Мы с ним еще не закончили!

Пробежав за собакой вниз по лестнице, я с разбегу впечаталась в скалу. Во всяком случае, ощущения были похожи на то.

— Ой! — потирая ушибленный нос, я задрала голову вверх.

На меня с мрачным выражением на лице смотрел Охотник.

— Вижу, тебе лучше. Пойдем, нужно поговорить.

Он жестом пригласил меня присесть в кресло, сам устроился напротив в другое. Украдкой бросив взгляд по сторонам, я увидела мерно горящий камин, небольшой чайный столик и стеллаж во всю стену, полностью заставленный книжками.

— Начнем, — он раскрыл тетрадь, взял в руки перо, поднял взгляд на меня. — Почему ты на меня так смотришь?

Вот как ответить на этот вопрос? Да и не хотела я на него отвечать!

— Как? — почти искренне удивилась я. — Никак я не смотрю.

— Говори правду, — тихо проговорил он.

— Ты в этой одежде кажешься нормальным мужчиной. А еще я раздумывала, где оказалась. А еще о том, что так много книжек. Не могу поверить, что ты их читал. Ты не кажешься умным…

Я замолчала не потому, что все сказала, а потому, что Баз произнес тихое:

— Стоп.

А у меня обмерло сердце. Это что, получается, он так легко может мной управлять?! Уж и не соври теперь…

Но одежда и впрямь может изменить до неузнаваемости. При нашей первой встрече на нем были кожаная куртка, плотные брюки и сапоги с высокими голенищами. Сейчас же мужчина щеголял в светлых брюках и свободной рубахе в полосочку. Он казался таким… неопасным.

— Я кажусь тебе нормальным? — на его лице появилась кривая усмешка.

— Конечно, нет! — парировала я, дотронувшись до ошейника. Он был едва теплым. — Нормальные не похищают людей!