Ведьма за рулем или мужики держитесь

Глава 4 Утро нового дня

И зачем я пила?

Первый вопрос, который пришел мне в голову после пробуждения. Хороший вопрос, но бессмысленный. А потом в голову словно наковальней дало.

— Айййййй, — застонала я, не особо задумываясь как это выглядит. А стоило, вообще-то. Но как? Думалка была еще полупьяной, полусонной. В глаз светил какой-то противный луч, сто процентов шторы не закрыла и теперь в комнате было светло как днем. Или уже просто день? А… снова мой стон, а я не готова открывать свои глаза. Мне нужно было полежать, восстановить события вчерашнего дня и немного утрамбовать, начинающие расползаться мысли и воспоминания, как напуганные в кухне тараканы, резким приходом хозяйки среди ночи. Ох… о чем я думаю… Фу, гадость какая. Вот вчера было хорошо! Права, день рождения, клуб. Нужно о чем-то приятном подумать, сразу станет легче. Или о ком-то… и тут этот кто-то, явно почувствовал, что я о нем…

— Что? Плохо совсем?

Замерла. Вслушиваясь в посторонний голос. Не, ну он не то чтобы посторонний. Я-то знала его. Хорошо… вчера познакомились. Но вот в чем дело… Его не должно было быть, по крайней мере сейчас и здесь. Есть еще маленькая надежда, конечно, что это галюны с просонья. Абсолютно лишний голос знакомого инспектора, который не должен был быть здесь. Вот такая каламбурятина, но по другому не объяснялось необъяснимое. Оставалась еще малюсенькая надежда, что он звучал лишь в моей голове, как отголосок удачного праздника. Но… это вряд ли, потому что голос нагленько так продолжил меня расстраивать:

— Может таблеточку?

Не, ну мы люди не гордые, от помощи не откажемся.

— Было бы неплохо, — протянула я хриплым и безжизненным голосом, который ни за что бы не признала и сама. Это я или не я? Может кто посторонний? Но особо не надеялась, вообще-то. А… оказывается возможно. В комнате кроме уже знакомого голоса мужчины, был еще чей-то. Услышала тоненький и точно незнакомый мне женский альт:

— Да оставь ты человека, пусть отдохнет.

О, я вас уже очень люблю тетенька. Какая такая тетенька не известно, но смысл углубляться в подробности. Похоже, придется все-таки открыть глаза. Интрига становилась сильнее, любопытство раздирало изнутри, но веки были тяжелыми. Вспомнился Вий и сразу как-то забылся. Пришлось расстаться с желанием остаться в своей скорлупе и отсидеться в кровати. Ну или сейчас более приемлемо сказать: отлежаться. Жаль только расстраивать себя любимую известной истинной: само собой ничего не рассосется, проверено горьким опытом. Там в реальности явно что-то происходило и без меня… Попытавшись разлепить глаза, я почмокала пересохшим ртом и успешно пересилив себя, наконец встретилась с расплывчатыми окружающими предметами. Ну или не предметами. Сразу осмотрелась вокруг на сколько это было возможно, в моем не особо подвижном состоянии. Обстановка незнакомая, хотя и не особенно необычная. Потолок, стены… все как всегда в доме или квартире. Только вот не в моей… Обвела глазами повторно, уже получше концентрируясь и уперлась в два взволнованных взгляда. Четыре или шесть глаз… стоп, взгляда два, а глаз почему-то шесть. Зажмурилась и потрясла головой. Вроде помогло глаз стало четыре. Два темные, словно шоколад принадлежали вчерашнему инспектору. А другие примерно такие же, только с обводкой и удлиняющей тушью, женщине лет так пятидесяти, хотя может и сорока, что-то она слишком хорошо выглядит, непонятно даже. Но явно старше меня. От удачной мысли, самая большая удача это то что я ее завершила, улыбнулась. Молодец я! Думалка думать может. Но в голове шумело и стреляло, будто на полигоне.

— Ну, — спросили меня одновременно, окончательно убив в зародыше мою гордость за себя любимую, что я могу с утра соображать.

Второй представитель и обладатель взволнованного взгляда, сделал шаг ко мне и присел на край кровати. Я испугалась. Так, давай Натаха, нужно что-то сказать…

— Игнат… Как вас там, — думала, что произнесла вторую часть у себя в голове, но нет… Потом наивно вообще надеясь, что это сон. Но тоже зря… сон поспешил ответить:

— Можно просто, Игнат, — и улыбнулся, обнажая свои белоснежные зубы. Я вздохнула. Просто Игнат… какая прелесть. Сейчас это превосходный вариант. Чем проще для меня, тем менее опасно запутаться в двух предлогах среди смысла предложения. А то на сложности меня могло и не хватить.

— Не сон, — поделилась все же наблюдением я.

— Нет, — согласился со мной «не сон» и опять мило расплылся в улыбке. Размякла и расслабилась от обезоруживающей прелести на лице красивого мужчины. Обмякла и растеклась лужицей… Только тогда подняла глаза на женщину, осеклась. А это кто у нас? Та заметив интерес, приподняла свою нарисованную бровь, взглядом обласкала меня самыми сносно-цензурными мыслями и… и позвала его…

— Сынок, можно тебя на секундочку?

О как… Я откинулась на подушку, ощущая себя тряпкой. Мама! Пусть пообщаются, а я в себя приду пока. Но секундочка была какой-то слишком не секундной. А мне за нее стало совсем плохо, внутренности скрутило в узел и в организме все заклокотало. Блин… только не это. Совсем не хочется так опозорится. Мама все-таки... И инспектор тоже… что он кстати тут делает? Или что я тут делаю?

— Воды, — произнесла, протягивая руку в сторону явно конфликтующих. И как было неприятно понимать, но причина их размолвки, это… я? Да ладно… вздохнула, прикрыла глаза и так стало обидно. Чувство удвоилось остатками алкоголя, поменялось с усталостью и жалением себя на ярость и гнев. Всхлипнула от переполнявших меня сильных эмоций, даже не могла объяснить почему я так завелась. Но сразу в руке, которую я протягивала к мужчине, тут же материализовался стакан с живительной жидкостью. О, как! Удивилась, но не придала этому значение, потому что сушняк был еще тот. Сначала пить, потом думать, как он там появился. Мужчина отвлеченно спорил о чем-то с мамой. Вообще мне было не особо интересно, как-то очень пить хотелось. Вопрос жизни и смерти между прочим. Или я высохну или нет… Так что выпила залпом. Стало намного легче. Задумалась, а как это он так быстро мне водички организовал? Волшебник что ли? И стоят они далеко. С прищуром посмотрела на инспектора и его маму. Подумала опять вслух: