Ведьмак поневоле

Глава 28. Крант Верный.

Измученные и утомленные, мы проспали до следующего утра. Я проснулся первым. И разбудил меня голод. А что? Я – большой, мне много надо. Со стороны груди было тепло и приятно, даже вставать не хотелось. Лизка мирно посапывала, приоткрыв ротик. Милая девочка, жаль отрываться от ее тепла. Может, еще б полежал, но… в кусты пора… Я заворочался, спящий на мне Мар недовольно вонзил в плечо когти. Бандюга, что делаешь?!

Я сбросил кошака и вышел на улицу. Когда вернулся, Лизка сонно потягивалась, растянувшись на лавке:

- Хорошо-то как!

Действительно, утро было светлым, ярким, теплым, как будто вся природа радовалась избавлению от меркальи. Откуда, интересно, такие твари берутся?

- Доброе утро! – сказал я девушке.

- Интересно ты говоришь, - Лизка притянула к себе кота и теперь нежно гладила, а тот мурчал и выгибался от удовольствия. – Как может быть утро добрым? Оно ведь не живое. Всегда говорим: «Светлого утра!» А ты так необычно придумал… Но мне нравится. Доброе утро!

Вот так можно выдать себя, всего лишь пожелав человеку доброго утра. До сих пор я просыпался один, а Ярик мне светлого утра никогда не желал. Да, следует быть предельно осторожным.

- А ты знаешь, почему твоего отца называют Верным? – спросила Лиза.

Это что, вопрос на засыпку?

- Потому… что он верный.

- Ну да. Самый верный ведьмак королевства Зим-Зим. Куда бы ни позвали, что бы ни попросили сделать – он никогда не отказывался. Брался за самые опасные дела. Не был бы он таким, верным, не поехал бы на дальнюю южную окраину королевства гоняться за неведомой тварью. Остался бы в Великих Рассветах. Все тогда могло сложиться по-другому. Наверняка, ты бы здесь не оказался, жил бы с отцом в свое удовольствие. Правда, и гулять тебе отец бы не позволил…

- Тебе не кажется, Лисенок, что я изменился в лучшую сторону? Я ведь, как ушел из Великих Рассветов, уже не напиваюсь и не балагурю.

- Я заметила. Ты очень изменился. Ты изменился еще в тот день, когда пришел в себя после того, как бурно погулял в дядькином трактире. Я сразу заметила, только не поняла, что с тобой произошло? Как может человек поменяться за одну ночь? Ладно, за две.

- Просто я повзрослел, Лисенок. Понял, что живу неправильно. Но, если бы я остался, все бы продолжилось. Поэтому я ушел, сменил обстановку.

- Как бы там ни было, тебе это на пользу. - И тут же поменяла тему разговора: - Яр, пить так хочется, а воды нет. Сходишь? Мар, покажешь Яру, где ближайший родник? – И спустила кота на пол.

Мар растерянно посмотрел на меня, но я только плечами пожал. Как так у Лизки получается, что все ее слушаются и я в том числе?

Когда я вернулся, Крант уже не спал, он сидел на сундуке, одетый в холщевую рубаху, широкие штаны и даже на ногах были старенькие, но целые сапоги. Эта суматошная девчонка успела разыскать для него одежду! Выглядел он теперь вполне прилично, излишняя худоба не так бросалась в глаза.

Лизка обернулась ко мне, радостно сверкнув глазами:

- Яр! Крант уже в порядке!.. Почти! Он даже разговаривает! – И обратилась к ведьмаку, как к ребенку: - Скажи, ты помнишь, как тебя зовут?

- К… Крант, - выдавил из себя тот, тихо, но вполне различимо.

Даже если бы не помнил, то Лизка уже сто раз повторила его имя, любой запомнит. Так, нужно и мне изобразить радость, я ведь вроде как сын.

- О! Просто чудо!

- Крант! – уже тормошила девушка ведьмака. – Это Яр, твой сын! Узнаешь сына?

- Яр? – ведьмак улыбнулся, совсем чуть-чуть, уголком рта.

- Крант, ты узнал сына? Ты помнишь меня?

Ведьмак, продолжая улыбаться, покачал головой отрицательно. Взрослый мужчина напоминал мне маленького ребенка, меркалья высосала из него не только годы, но и память. Но это еще ничего, что с головой не в порядке, хоть не буйный.

- Я же Лиза! Племянница Старого Пенса! Ты должен меня помнить!

- Пить, - тихо попросил Крант.

- Пить – это можно, - Лизка протянула ведьмаку флягу и помогла напиться. – А вот с едой – проблемка. Яр, пора в дорогу!

Я опять не возражал. Сидеть в мертвом поселке смысла нет никакого. Нужно идти дальше.

Кранта усадили на лошадь рядом с Лизой, они вдвоем, думаю, легче, чем я один, и покинули неприветливое селение.

Следующие несколько дней не хочется и вспоминать. Мы встретили на своем пути еще несколько мертвых поселков. Видимо, все это были охотничьи угодья меркальи. То есть, ни людей, ни еды не было.

Вы когда-нибудь пытались выжить в лесу? Да еще весной, пусть уже  не ранней, а вошедшей в свои права? Ни грибов, ни ягод, ни-че-го.  Жевать листья – это как-то совсем никак, чувство голода не проходит, а желудок болит. Лизка только раз нашла растение со съедобными корешками, но у нас даже не было котелка, чтоб сварить их. Пришлось просто грызть по дороге, создавая имитацию питания. Вся лесная живность разбегалась, услышав нас издали. Дважды Лизка пыталась подстрелить из самострела животное, называемое оленем. Оно даже было слегка похоже на наших оленей фигурой, только широкие плоские гора росли не вверх, а назад, надежно закрывая голову и шею. А вторые рога тянулись из лопаток и ветвились, защищая спину и бока. Один раз Лизка смогла попасть оленю в ляжку, второй – в ягодицу. Оба раза звери убежали, унося с собой драгоценные стрелы. А так как стрел было всего десять, неудачливая охотница решила больше не рисковать.