Ведьмак. Сокол и горлица

Глава 4. 1

Видан всё ещё возился с раненой, пытаясь втащить её из мира теней. Его согбенная чёрная фигура слабо шевелилась над распростёртым у костра телом. И помощник, вернувшийся с внушительной охапкой сушняка, свалив ношу в стороне, тут же подкинул пищи, слабеющему пламени.

Над равниной стояла звенящая тишина, нарушаемая только тихим плеском реки, на берегу которой они расположились на ночлег. Отчего-то даже кони вели себя как-то слишком тихо. Индрик не задирал спокойного Каура, а замер, как каменный глядя на воду.

- Как она? – негромко спросил Финист.

- Жить будет, - непривычно сипло и приглушённо скорее прошелестел, чем пробормотал Видан. – Ещё немного…

Оборотень  покружил  вокруг костра, подкинул в него ещё дров и, наконец, уселся рядом с расстеленной на траве попоной, на которой, свернувшись калачиком, спало золотоволосое чудо.

Поправил сбившееся покрывало, укрывая от ночного холода. Всмотрелся в нахмурившееся от беспокойных сновидений личико. Провёл ладонью над детской головой, шепча заговор. И ребёнок расслабился, перевернулся на спину. Губы причмокнули, растягиваясь в блаженной улыбке. Финист удовлетворённо хмыкнул. Впервые в жизни он испытывал чувство сходное с нежностью.

Найдёныш, прятавшийся в широкой заполненной водой до краёв бочке, оказался девочкой лет четырёх от роду. Отчего было выбрано такое странное укрытие, ведьмак понял не сразу. Да и разбираться с этим было некогда. Кто-то слишком буйный старался прорваться из заваленного хода в подземелье.

Вытащил малышку, охотно протянувшуюся к нему, просушил рубашку, передал с рук на руки своему учителю, отметив только непривычно шероховатую кожу девочки. Всё проделывалось в полном молчании, быстро.

Она не плакала, и казалось, даже не понимала того, что случилось. В корзине нашёлся узел с одёжей, правда, мальчуковой. Из чего следовал вполне ясный вывод – воительница и её подопечная намеревались податься в бега. Только выход из подземного хода оказался завален преднамеренно. И не стоило особо ломать себе голову над тем, кто это сделал. Защитница билась до последнего, обвал должен был стать последней преградой.

- Тебя Купавой зовут? – спросил Видан, глядя на девочку, которая могла стать серьёзной задержкой и помехой.

Раны её спутницы были слишком серьёзны – нести придётся на руках вдвоём, лишь придерживая магией. С этого места стоило убираться, как можно быстрее. Излучение мёртвой силы с уходящим на покой светилом только усиливалось.

К тому же предстояло тащить за собой спутанную и оглушённую высшую нежить. И такое зрелище, явно, не для детских глаз. Очень не хотелось туманить ещё и её разум – ребёнок, всё-таки – каждое воздействие может быть вредоносным.

- Купавой, - тонкий голосок даже не дрогнул, когда она перевела взгляд своих странных глаз на ведьмака. Краски в зенице были смешаны и размыты, отчего глазные яблоки  казались водянистыми, мягко меняющими цвет от льдисто голубого до болотно-зелёного, как озёрная вода. – Вы не беспокойтесь, дяденьки, я сама пойду! Вы только тётю Долю спасите… - всё-таки всхлипнула, но воли слезам не дала. Удивительный ребёнок!

«Стоп… Доля? – немного запоздало ударило под дых. Неожиданно заныла старая рана. И он медленно стянул харю с лица женщины, уже твёрдо зная, кого под ней увидит. – Твою ж, мразь…»

- Ну, всё – можем уходить отсюда, - из колодца вылез Финист. Но взглянув на учителя, забеспокоился. – Что случилось? – Подошёл ближе, нахмурился и процедил зло сквозь зубы. – Опять она… Доляна. Может оставить её здесь? Ведь снова…

- Нет, - Видан сглотнул горький ком, застрявший в горле. – Я не держу на неё зла. Все мы под Богами ходим. И дело у нас одно… Вылечить не вылечу, но вытащу.

- Она же тебя предавала столько раз, - рыкнул подручник.

-  Не тебя же, - нахмурился старший. - Только по имени меня не называй. Ребёнок не по годам сообразительный, - кивнул на девочку, внимательно прислушивающуюся к их диалогу.

- Не понимаю я тебя, казатель, - покрутил головой Финист, - только не мне тебе советы давать. Но…

- Доля хорошая! – упрямо сдвинув бровки, выступила против оборотня малышка, и даже кулачки сжала. – Она мне жизнь спасла, когда в Усолице мертвяк на меня напал…

- В Усолице?..

Ведьмаки переглянулись слаженно. Множество вопросов возникло у обоих одновременно. Только их пришлось отложить до поры, потому что дрогнула земля под ногами. Сработала какая-то ловушка, поставленная Финистом для упрямой нежити, грозя провалом грунта.

- Не забоишься, если я кое-что сейчас сделаю? – Только спросил Видан у девочки, отворачиваясь к валяющемуся тут же упырю. – Просто нужна подвижная нежить.

- Не-е-а, - замотала головой Купава. – Пока к дяде Славичу ехали я чего только не видела. – И начала перечислять, поднимая глаза к небу и загибая пальцы на правой руке. – Кадавров видела, костяков видела, умертвий… ещё – как их называют, которые живыми питаются?.. Призраков, опять же… А этот упырь совсем нестрашный, вот даже ни капельки… о-ой!

Видан в это время впечатал сияющую руну колохорта в начавшее уже чернеть тело упыря. И он внезапно дрогнул, открыл глаза и поднялся на четвереньки, а после и в полный рост. Задёргался было, уздечка подчинения не позволяла навредить.

Так они и отправились в обратный путь, туда, где ещё утром заприметили место для ночлега и оставили лошадей. Впереди тащился поднятый нежить, обременённый узлом с вещами. Следом шли ведьмаки, неся на силовом одре, Доляну. Рядом почти бегом спешила девчонка.