Ведьмак. Сокол и горлица

Глава 9.3

Те странные вои с замотанными до глаз лицами были, явно, магически слепы. Ведьмак окружил прогалок меж трёх берёзок, куда успел завести коня и затащить поляницу, простеньким скрытом. Опасался, что более сильную защиту сейчас не удержать, но и этого оказалось вполне достаточно. И теперь они топтались всего в трёх шагах, стараясь по следам на земле определить произошедшее, но не замечали того, кто был рядом.

Конники вылетели на место боя сплочённым отрядом, как серая зловонная хмарь,  и замерли на краю. Их было ровно дюжина. Самый молодой кмет, юность которого выдавал растерянный взгляд и хлипкое тело, тянул за собой каурую кобылу под седлом и, с раздувшимися от нагруженного в них добра, седельными мешками.

Десятник спешился, основательно прихрамывая на правую ногу, заметался по поляне, разглядывая следы боя. Крутил головой по сторонам и удивлялся чему-то, хлопая себя по перевязи, будто никак не мог решить: нужен ему меч или нет.

Он так и замер в прострации от запутанности следов, подтёртых в спешке Финистом.

- Где она?! – выкрикнул колдун в чёрной хламиде, появившись так внезапно, словно соткался из воздуха.

- Ушла… - повинно склонил голову один из всадников. – Спалила упырей и ушла. Не иначе, как ведьма, ваша милость!

- Ведьма?.. – Колдун прошёлся по поляне, пнул носком сапога одну из кучек пепла. – Ведьма – это очень плохо… - процедил он сквозь зубы. – Видела она слишком много. Если доложила своему Конклаву, то через короткое время здесь будет не продохнуть от …  

Колдун, как-то странно калеча привычные слуху слова, то ли выругался, то ли посетовал, то ли выкрикнул магический аркан, опустив руки к земле. Финист даже внутренне содрогнулся, готовясь к противодействию неведомой коби. Только ничего не случилось: лишь чёрные искры упали в траву и погасли, растворившись серыми дымками.

- Всё, уходим! – гаркнул тёмный, тряхнув головой так, что накидка слетела с головы, открывая чернёное сажей лицо, с выбеленными кругами глазниц, с белыми неизвестными символами на впалых щеках.

Финист старался до мелочей запомнить открывшуюся ему картину, чтобы после воспроизвести перед дознавателями. Всё имело особенное значение.

- Но, Юза, - возмутился другой воин, внешне ни чем не отличавшийся от прочих, только, явно, имевший больше власти, - хозяйка будет недовольна, если мы прибудем без добычи!

Грязные слипшиеся пряди чёрных волос змеями взметнулись вверх от того, как стремителен был поворот колдуна.

- Ещё больше она будет недовольна, - закаркал, как от натуги, - если я не верну ей любимого брата, который обманом отправился с нами! Или будешь настаивать на том, что сама Властелина указала тебе путь?

- Но те люди, они же…

- Они, эти смерды, уйдут на перерождение, а тела … ха-ха-ха … тела подождут того времени, когда мы их призовём. Пусть те, кто их найдёт, думают, что они просто  отравились гнилой водой, что по сути своей чистая правда…

Его собеседник попытался ещё что-то возразить, но был остановлен властным окриком:

- Всем молчать! И приготовиться.

Десятник послушно вскочил в седло. Колдун  же начал читать заклинания то, повышая голос до крика, то нисходя до шёпота, поводя растопыренными ладонями перед собой. И хотя действо это длилось не долго, сил у Юза отняло много. Под конец на его груди словно раскалённый уголь зардел, невидимый доселе амулет, прожёг зачадившую ткань, приподнялся в воздух и рассыпался на множество огоньков, соткавших нечто похожее на ворота.

Всадники не стали мешкать ни мига, ибо колдуна качало от слабости, как от сильного ветра. Первая пара скрылась в красноватом мареве портала.

А Финист, узрев, как упирается, не желая идти, пристяжная кобыла у парубка, решился на собственное колдовство, послав мелкое огненное плетение. И в тот миг, когда тряся мордой каурая заартачилась у самого перехода, её натянутая до предела узда лопнула. Лошадь едва не сев на задние ноги, почуяв свободу, отскочила в сторону.

- А-а-а, проклятая… - от досады вскрикнул кмет.

Вот только возвращаться и ловить беглянку - было некогда. Колдун единым движением скользнул в ворота. И переход осыпался на землю гаснущими искрами.