Ведьмак. Сокол и горлица

Глава 10

«Если жизнь ставит тебя в тупик, и ты не знаешь что дальше делать, чем поступиться, то прислушайся к своей интуиции, обратись к душе, и ты поймёшь, чего хотят от тебя творцы» - часто говаривал Видан. А Финист привык доверять его мудрости.

Именно поэтому он не стал совать своего носа в отравленный город. А лишь отловил болтливую сороку, суматошно трещавшую на дереве, и совершив невеликое колдовство, отослал её с донесением в Ведьмачий Конклав. Пусть сведущие люди разбираются со всей этой пакостью.

А у него поляница умирающая на руках, да малое дитя княжеское. И ничто не может быть дороже их жизней. Горожанам и гостям ярмарки он не поможет – сил и опыта не хватит. Надо осознавать свои возможности, не брать на себя лишнего. А то и другим не поможешь и себя погубишь зазря.

Самое большее, что мог позволить, так это поставить в караул охранную нежить, дабы никто живой до прибытия дознавателей в Устицы, пройти туда не посмел. Должны же и мертвяки последнему в своём существовании полезному делу послужить. А чтобы понял и не развеял их какой-нибудь заполошный колдун, наградил охранным клеймом, чтоб светилось оно на груди у призраков ярким светом не только в ночи, но и белым днём.

Ушло на эти приготовления немало сил и прилично времени. Под конец сего действа Финист едва на ногах стоял, совсем так же, как тот злыдень, что людей отравил. Счастье, что конь его выученный был, умел по команде ложиться так, чтобы и с земли на него можно было заползти. Таким перекатным способом взгромоздил в седло и поляницу, да привязал, чтобы в беспамятстве не свалилась.

Сам же оседлал отбитую хитростью кобылу и приказал Купаве крепко вцепиться в гриву, подхватил Вихря за узду, прицепил к своему седлу. Таким поездом они и двинулись в путь. Всю дорогу до этого решал заворачивать ли ему в вотчину своего отца или всё же обойти столицу стороной, теперь же сомнений не осталось. Хочешь – не хочешь, а посетить Лугань придётся. Только на пути был ещё один торговый городок.

***

Город шумел, гудел и веселился. Ярмарка была в разгаре. На торжище негде было яблоку упасть. Горожане и приезжие селяне сновали туда-сюда между возов и выставленных лавок с товарами.

Холохоль стоял на небольшой, но судоходной реке, впадавшей в полноводную Обь. И Финист некоторое время пребывал в сомнении как им добраться до Лугани – плыть на ладьях, договорившись с купцами или скакать напрямки, сокращая путь ведьмачьим словом. Всё решила очнувшаяся поляница. Найда, сцепив зубы, поднялась с полатей, где только что латала её раны местная знахарка, и заявила, что коли стоять на ногах способна, то и в седле удержится.

Пусть и доверял её словам ведьмак, только рассудил по-своему. Решил задержаться на день-два в этом городке. Неизвестно как дорога сложится. И ему и воительнице силы нужны.

На вытоптанной в каменную крепость земле было лишь условное разделение меж купцами: и портники мешались со скудельщиками, шныряли в толпе щепетильники, наперебой выкрикивая свой товар. Финист даже остановил нескольких из них, поглядев на шёлковые ленты, берестяные шкатулочки, и свитки со сказками. Не пожалел серебра и прикупил подарочков по случаю.

Обратил внимание на навес, под которым разложил свои изделия кузнец. Но здесь всё вышло не так радостно, не было у этого мужика ни особой силы для заговора стали, ни таланта коваля. Так себе, мечи и ножи, не стоили они того, что просил за них продавец. Разве что наконечники для стрел были и впрямь хороши, что плоские, что вильчатые, что гранёные.

- Это мой племяш Зорян ковал, - будто извиняясь, забубнил кузнец, увидев его интерес, видно малое количество покупателей сильно расстраивало, - лопух он ещё, неумёха! Коли возьмёшь хоть дюжину, дёшево отдам… Приютил вот недоросля на свою голову. Неслух неслухом сколь его розгами да ремнём, а то и вожжами не огуливай, а всё по-своему делает. У меня не забалуешь…

То, что дядька по праву старшинства одарённого примака смертным боем бьёт и, в конце концов, погубит, отчего-то после этих слов мужика, Финист не сомневался. Навидался он уже много таких случаев, да и своё детство забыть о судьбе сирот не давало.

- Зря ты так на парня навет пускаешь, - зыркнул на него Финист так, что уй подавился недосказанными словами. – Знатный из него мастер выйдет! Весь твой род прославит, уж поверь говорящему вещее слово ведьмаку. Крепко моё слово, Перун-батюшка мне порукой!

Он поднял руку к небу, и пальцы окутало неяркое алое пламя, ласковое, не жгучее. Да ещё где-то далеко среди ясного неба раздался раскат грома небесного, будто ещё раз подтверждая его слова.

Продавец с лица спал, побледнел, став похожим на снулую рыбу и только открывал и закрывал рот. То-то тебе старинушка наука. Эх, делать доброе дело, так до конца идти!

- Дам я тебе для парня Сварогов знак заговорённый, - Финист полез в котомку и достал со дна связку амулетов, выданных ему в Конклаве. Снял с нитки один, украшенный рунной вязью с одной стороны и звездой с другой, посадил на него огонёк до этого так и обнимавший его руку. Моргнуло пламя и впиталось в камень. Протянул подвеску кузнецу. – Отдай парню. Пусть носит не снимая. Но учти, старинушка, коли, кто иной на мой подарочек позарится, то ляжет на него и на весь род его проклятье лютое! Сварог – бог-кузнец праведный закон хранит издревле, обманщиков наказывает…

Последние слова сказаны были больше для самого хитрого мужика, который будто ожил, когда в руки амулет получил. Разные нехорошие мысли на его челе отразились. Авось, теперь остережётся.

Для скотины отвели место с небольшим уклоном к оврагу, куда стекали все нечистоты производимые животными, помещёнными в загоны. Лошади, кровы, овцы, козы, свиньи.

Чуть ближе стояли клетки с птицей, оглашавшей весь рынок своим многоголосым кудахтаньем, кукареканьем и гоготом. Копошилась и скреблась в ящиках ещё какая-то живность. У Финиста не было особого желания выяснять, что там такое. Он только протиснулся к загону с лошадьми, но ничего достойного для своей цели, приобрести быстроногого скакуна для Купавы, там не нашёл и отправился обратно, подслушав мимоходом разговоры, которыми перебрасывались такие же, как он, разочарованные живым товаром купчики. Оно и понятно, что в первый день обычно не выставляют самых лучших коней, прицениваются, но не до такой же степени!