Ведьмесса Lite 6

1.

Говорят, именно на отпуск с праздниками приходится максимальный процент семейных ссор, ведущих к разводу...

Утро двадцать третьего декабря началось в нашем милом кругу более чем обычно. А именно с ультиматума за завтраком. 

— Парни, вы, как хотите, — предупредила я своих охламонов, густо намазывая мёдом булочку прямо поверх толщезного слоя масла, — Но я не позволю уродовать себе Рождество.

От таких угроз мужчины замерли. Карл резко прекратил поедать печеночную колбасу. Дитер отложил в сторону недочитанную газету. А Сава, все утро изображавший из себя глухо-немого, вдруг вспомнил с кем он и где. Мир с Жозефом замолчали. Алисия с Седриком прислушались.

Но только Штефан на радость другим благополучно перевернул на себя полную чашку отвоеванного у автомата кофе. Чертыхнулся:

— Да что за ерунда! Придумала тоже — решать серьезные вопросы за завтраком! — вскочил, оттягивая дымящиеся на чреслах брюки, а уже через секунду исчез в ванной.

— Милый, тебе помочь?

Мой окрик, отправленный мужу, энтузиазма не вызвал:

— Не надо! Допомогалась! Хватит!

Тут уж я вовсе ничего не поняла. Что, спрашивается, такого сказала?

Беспомощно оглядела остальных. Те только плечами пожали. 

Вот же напастная напасть! Десять минут пришлось дожидаться, когда этот ошпаренный снова появится. Остальные к тому времени даже поесть успели. В общем, самая пора сообщить важные  детали ультиматума. Только на этот раз будем действовать понежнее...

— Возвращаясь к нашему разговору, — продолжила я, когда Штефан снова уселся, — Никакие приключения, войны и катаклизмы не заставят меня отложить Рождество или Новый год. Поэтому слушаем и запоминаем задания на сегодня. Рыцари всей толпой отправляются за ёлкой. Мы с Алисией — за продуктами. Седрик остаётся на участке за главного. Ну а Жозеф с Миром — пока свободны.

Узнав о собственном плановом освобождении мальчишки заговорщицки переглянулись. Но мне было не до подробностей. В отличие от Штефана:

— Слушай, а украшения для ёлки есть?

— Ах! Про них-то я совсем забыла! 

Меня запоздало накрыло моим же маразмом. 

Только муж, не дав помучиться, перебил:

— Хотя это в общем-то не проблема. В нашем доме на чердаке бесполезно пылятся четыре коробки! Съездим?

Я задорно кивнула, но для ясности предупредила:

— Только от подарков тебя это не освободит!

Он саркастически усмехнулся:

— Ну разумеется. 

А поскольку никто из наших против вылазки не возражал, то мы бодро отправились собираться. Я — изрядно беременная. Алисия — под пугало стриженная. Хорошо хоть — краска с лица сошла, правда кое-где блёклые следы ещё видно. Ну и Штефан, конечно, замыкающим — чем-то, кстати, слегка озабоченный.

Зато Алисия, лишь только узнала, что её на правах подруги с собой берут, махом впала в вечную женскую проблему, от мира рождения не зависящую. 

— Погоди, Арина! Да мне ведь для выхода нечего надеть, — она продемонстрировала изрядно загвазданное платье. Два раза мы его с ней бесполезно стирали. Но ненашенская тонкой выделки ткань, раз и навсегда оказалась угроблена. Жалко...

— Тихо ты! Не паникуй! — с готовностью пошла я ей навстречу, — Сейчас мы что-нибудь тебе по размеру подыщем. 

Легко сказать, но крайне затруднительно сделать, когда одежда подбирается на человека, едва доходящего тебе макушкой до плеч. 

— Вы скоро там? — через двадцать минут забарабанил под нашими дверьми Штефан. — Остальные  давно уехали, а вы всё ещё возитесь.

Да… Начни, называется, собираться, не только секунд — часов не досчитаешься.

— Ладно. Держи вот это! — пришпоренная обстоятельствами, я вручила иноземке почти новый, слегка подсевший в процессе употребления свитер. Порывшись, добавила к нему ещё линялые джинсы. Страшно нелюбимые. Хотя откуда иномирке про это знать? — Лишнее запихнём под ремень, низ пару раз закасаем. Ну а ботинки на липучках, сами, глядишь, не свалятся. Вроде, готовы...

Только Штефан наши мучения не оценил, обшарив Алисию взглядом, процедил разочарованно:

— Думаешь, стоило два часа возиться, чтобы вырядить наше чучело в пацанку?

В чем-то он был прав… И это злило. Яд накрапывал словами с языка:

— А ты думаешь, что твой размерчик ей ближе? Так давай примерим!

Но только морально разошлась, как муж вдруг передумал ссориться:

— Ну что ты, Риш? Сама же говорила — Рождество. Праздник...

От такого укора я слегка присмирела:

— Ладно. Поехали.

На что услышала:

— Только сначала ко мне.

Ну, к тебе, так к тебе. Лишь бы только не подгонял, да не занудствовал. 

Только на знакомую улицу прилетели, а меня ошалевший от жидкости организм снова несёт в туалет. 

— Открывай скорее! — замолотила я Штефана, притормозившего, как на зло, у почтового ящика, — Ну что уставился? Сколько в щель не гляди — письма на встречу не выскочат. 

Тот замялся:

— Понимаешь, ключ у Верены, — покосился на соседские окна, а потом возьми, да выпали, — Риш, у тебя ведь пальцы проворные, длинные. Может попробуешь? 

— Ах! Как же ты мне надоел! — развернувшись, я лягнула ботинком не желающие пропускать меня двери, но вдруг вспомнила про Алисию. 

— Видишь, у неё тоже есть пальцы? Бери! Пользуйся! Но сначала замок открой, не то напружу тебе прямо на коврик!

Кажется, до садиста теперь дошло…

Зато до меня не сразу долетело, когда выйдя из туалетной комнаты, я застала этих двоих не за упаковкой новогодних игрушек, а  в зале на диване. Алисия вертела в руках надорванный жёлтый конверт. Штефан заторможено вчитывался в содержание, судя по выражению, по третьему кругу. 

— Хм… А я надеялась, что всё готово…

На втором повторе меня наконец услышали. 

— Внутреннее расследование приостановлено. Третьего числа возвращаться на работу. 

— Что? Так скоро? — вырвалиоь само собой, — А как же путешествия, приключения, опять же иные миры? Неужели бросишь ради работы?



Мартусевич Ирина

Отредактировано: 05.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться