Ведьмин огонь. Зимняя стужа

Глава 3

Рональд Пирсон

Снег уютно поскрипывал под ногами.

Я мерил шагами сонный сад и старался не думать о плохом. Точнее не вспоминать о том, что позавчера из академии магии «Логово барса» пришло письмо с печатью ректора. Он настоятельно просил меня приехать, чтобы перевоспитать одну неуправляемую девицу. Прямо сейчас, незадолго до Новозимья. И хотя путь недалек, мне очень не нравилась эта затея. Планировал посетить королевский праздничный бал, чтобы познакомиться с какой-нибудь воспитанной девушкой из высшего света, но вместо этого предстоит вправлять мозги огненной ведьме.

Значит, она – носительница аранийской крови огненных магов.

А я – носитель аранийской крови водных магов.

И ректор надеется, что я сумею ее приструнить.

Забавно.

В памяти всплыли строчки из злосчастного письма.

«С норовом… Легкомысленна… Не знает меры в шалостях…»

И ни единого пояснения, что кроется за этими «шалостями». Если она спалила половину комнат общежития, что мне за радость постоянно следовать за ней, предупреждая каждый магический выброс? Возрастом девица на выданье, но решила посвятить молодость обучению бытовой магии, чтобы лет через пять найти себе мужа. Мне уже сейчас жалко этого бедолагу.

А еще больше мне жалко себя.

Но с ректором не спорят.

Я, Рональд Пирсон, в юности был аранийским шпионом. Не по своей воле, по яростному наставлению деда, отца и старших братьев, которые промышляли тем же. Только мое четвертое задание – украсть ценные бумаги и тайный артефакт – обернулось позорным провалом, не по моей вине, и меня схватили фиаламские воины.

Закрыв глаза, я погрузился в воспоминания. Они были малоприятными, но необходимыми. Следовало помнить все до единой детали, чтобы однажды не сорваться и не сбиться с единственно верного пути.

Маг-генерал Пауль Вайтон прослыл жестоким и беспощадным защитником северного герцогства. Тем не менее я, молодой шпион из Арании получил тайное задание. Я должен незамеченным проникнуть в поместье генерала. Пришлось переодеться в костюм и плащ, похожие на его одежду, закрыть лицо капюшоном, и так, как мы с ним одного роста, я беспрепятственно проник внутрь.

В кабинете на первом этаже было пусто, и я обнаружил бумаги быстрее, чем планировал. Ничего не предвещало беды. Но успех опьянял, и это меня сгубило.

Едва я покинул кабинет с крадеными бумагами, как мне преградили путь стражники во главе с самим генералом.

- Стоять, не двигаться!

От одного ледяного взгляда Вайтона я понял, что мне несдобровать.

Мое сердце заколотилось сильно, как никогда, я стал жертвой собственной самонадеянности. Время замедлилось, каждое мгновение тянулось мучительно долго. Попытавшись сохранить невозмутимость, скрывая страх, я медленно поднял руки, готовясь дать отпор водной магией. Но от этого могли пострадать сами документы.

Генерал шагнул ко мне ближе, его глаза блестели холодной яростью. Он бросил быстрый взгляд на свитки у меня в руках и произнес глухим, но угрожающим голосом:

- Ты посмел пробраться в мои владения и украсть важные бумаги? – генерал взглянул на мой капюшон, очевидно поняв, как именно я это сделал, и по моей спине пробежал холод. – Глупость и смелость аранийских шпионов заслуживает… восхищения. Взять его!

В моей мятежной душе вскипела серьезная решимость бороться до конца. Сделав вид, что бросаю свитки на пол, воспользовавшись моментом, рывком метнулся в сторону, стремясь уйти из ловушки. Стражники оказались быстрее, чем я ожидал, и в следующую секунду схватили меня железной хваткой.

Дернули меня назад, и свитки вылетели из рук, рассыпались по полу.

Борьба была короткой и совершенно безнадежной: несмотря на все усилия, я оказался прижат к стене. В ушах звенело, а в голове стремительно мелькали мысли, ни одна из которых не давала выхода из безысходной ситуации.

Четыре стражника держали меня настолько крепко, что даже легкое движение стало невозможным. Генерал Вайтон, сохраняя невозмутимое выражение лица, приказал одному из своих людей подобрать свитки. Сам он не сводил с меня ледяного взгляда, словно пытался заглянуть в глубину моей души.

- Кто тебя послал? – голос генерала звучал спокойно, но в каждой его ноте слышалась угроза.

Я ничего не сказал в ответ, обдумывая наиболее подходящую дерзость.

- Ну что же, у нас есть время на разговоры.

Конечно, молчание могло только усугубить мое положение, но я надеялся на то, что время, выигранное таким образом, подарит мне хоть малейшую возможность вырваться. Однако генерал не собирался давать мне такой шанс. Он жестом велел стражникам вести меня в темницу до распоряжений герцога Дальгора.

Когда меня повели дальше, я почувствовал, как сквозь панцирь отчаяния пробивается тонкий луч отваги. Нет, я не мог позволить страху овладеть мной полностью, пусть это поместье и стало теперь моим заточением.