Ведьмина аптека: с любовью и шепотком

Глава 16. Бремя света

Слова Элриана повисли в лавке тяжелым, невидимым покрывалом. После того, как дверь за ним закрылась, Алисия и Лукас еще несколько минут стояли в гнетущем молчании, прислушиваясь к затихающему завыванию бури и к собственным тревожным мыслям.

Первым заговорил Брендок, спрыгнув с полки на прилавок с глухим стуком.
— Ну вот, — проскрипел он мрачно. — Поздравить нас пришел. С тем, что мы теперь не просто захудалая травяная лавка, а маяк для всяких сомнительных личностей из «других миров». Прекрасно. Просто восхитительно. Я так и знал, что твой аромат-противоядие пахнет не только надеждой, но и неприятностями.

— Замолчи, Брендок, — тихо сказала Алисия, но без обычной теплоты. Она медленно подошла к портрету, словно ища в нем поддержки. — Он... он не казался плохим.

— Плохие редко кажутся плохими, пока не вонзят тебе нож в спину! — парировал ворон, взъерошивая перья. — «Хранитель»... «Предложение»... Пахнет тайной и чужими правилами. А мы тут привыкли к своим.

Лукас подошел к Алисии и встал рядом.
— Он прав в одном, — сказал он, глядя на ее встревоженное лицо. — Все изменилось. Ты стала видимой и нам нужно решить, что с этим делать.

— А что нам нужно решить? — раздался с порога кухни голос тети Агаты. Она стояла, засунув руки в карманы фартука, и ее обычно доброе лицо было серьезным. — Я все слышала. Этот... гость. Говорил громко.

— Тетя... — начала Алисия.

— Никаких «тетя»! — отрезала Агата, подходя ближе. — Ты думаешь, я не знала? Что наша семья не простая? Что наша магия не для показухи? Моя бабка, твоя прабабка Эльза, она тоже была «тихой». И ее тоже находили. Одни за помощью, а другие чтобы воспользоваться. Так было всегда.

Она ткнула пальцем в сторону двери.
— Этот пришел с предупреждением, а предупреждение это не угроза. Это шанс, шанс подготовиться. Спроси свое сердце, Алисия. Оно тебе что говорит?

Алисия закрыла глаза, пытаясь отогнать страх и прислушаться к тому тихому голосу внутри, который никогда ее не обманывал. Она думала о лавке, о своем саде, о людях, которые приходили к ней с болью в глазах и уходили с миром в душе.

— Он говорит... что прятаться не выход, — наконец выдохнула она. — Что если наша магия действительно может помочь не только здесь, но и в других местах, против чего-то более страшного, чем «QuickMagic»... то мы не имеем права этого избегать. Но... — она открыла глаза и посмотрела на Лукаса, на тетю, на Брендока, — ...я не хочу делать это одна. И я не хочу, чтобы наше место, наш дом, превратился в крепость.

Лукас взял ее руку в свою. Его ладонь была теплой и твердой.
— Ты не одна. И мы не позволим ничему разрушить то, что мы создали. Но знание это не разрушение. Это инструмент. Если этот Элриан может научить тебя, как лучше защищать лавку, как понимать свою силу... разве это плохо?

— А если он захочет тебя увести? — каркнул Брендок. — В свои «другие миры»? Насовсем?

— Никто никуда меня не уведет, — с внезапной твердостью сказала Алисия. — Это мой дом. И я буду решать, как распорядиться своим даром. Но... — она снова посмотрела на портрет, на переплетение серебристых нитей, уходящих в город, — ...возможно, пришло время узнать больше. Не для того, чтобы стать сильнее, а для того, чтобы стать мудрее.

Тетя Агата кивнула, и ее лицо наконец смягчилось.
— Вот и славно. Умная голова на плечах, а теперь идите спать. Утро вечера мудренее. А завтра, — она многозначительно подняла указательный палец, — мы испечем новый пирог. С корицей и яблоками. Чтобы в доме пахло решимостью, а не страхом.

На следующее утро Алисия проснулась с четким решением в сердце. После завтрака, который прошел в необычном для их семьи сосредоточенном молчании, она посмотрела на Лукаса.

— Пойдем со мной?
— Конечно, — он ответил без колебаний.

Они отправились на постоялый двор «У Спящего Единорога», что стоял у старых городских ворот. Элриан сидел за столиком в углу общего зала, допивая чашку травяного чая и что-то записывая в небольшой, потрепанный кожаный дневник. Увидев их, он отложил перо и жестом пригласил присоединиться.

— Я надеялся, что вы придете, — сказал он спокойно.

— Мы пришли не для того, чтобы дать ответ, — сказала Алисия, садясь напротив. — Мы пришли, чтобы задать вопросы.

— Это мудрое начало, — кивнул Элриан.

И Алисия начала спрашивать о других Тихих Целителях. О том, как они живут и с какими угрозами сталкивались. Что именно он может предложить ей в плане знаний.

Элриан отвечал обстоятельно и честно. Он рассказывал о травнице с далеких гор, чей сад был скрыт от посторонних глаз чарами тумана. О лекаре из большого города, который помогал людям, не используя магию напрямую, но чье присутствие одно исцеляло. И он рассказывал о более мрачных историях — о тех, чьи дары были искажены жаждой власти, и о тех, кто пал, не сумев вынести тяжести своего света.

— Я не предлагаю тебе покинуть твой дом, Алисия, — сказал Элриан, глядя ей прямо в глаза. — Я предлагаю тебе инструменты, чтобы сделать его крепче. Ритуалы, которые усилят естественную защиту твоего места. Знания, которые помогут тебе распознавать угрозы до того, как они постучатся в твою дверь. И... сообщество. Пусть и не физическое. Знание, что ты не одна.

Лукас, молча слушавший все это время, наклонился вперед.
— А что вы получаете взамен? — спросил он прямо. — Зачем вам это нужно?

Элриан улыбнулся, и в его глазах мелькнула тень печали.
— Моя задача сохранять баланс. Силы, подобные силе Алисии, — редкие и хрупкие островки света в мире, который все чаще предпочитает простоту тьмы сложности света. Их сохранение это и есть моя награда. Я садовник, а не владелец сада.

Алисия смотрела на него, и ее внутренний голос, тот самый тихий шепот, говорил ей, что он говорит правду. Была в нем какая-то древняя, безмерная усталость и та же самая преданность служению, что жила и в ее сердце, только в ином масштабе.

— Хорошо, — наконец сказала она. — Я готова учиться, но на моих условиях. Никаких тайн, которые могут навредить моим близким. Никаких действий без моего согласия. И все, что я узнаю, я буду использовать так, как подсказывает мне мое сердце.