Ведьмина тропа

Глава 21

Они стояли на лесной опушке, у обоих - босые ноги, мокрые от росы, на одежде репейник. Мирослава впервые прошла от дома до леса босиком, удивившись тому, почему не делала этого раньше – как приятно было ступать по прохладной траве, чувствовать силу земли.

Последний раз она снимала обувь в детстве, а после не хотелось, да и ноги отвыкли – каждый камушек норовил уколоть побольнее.

- Ты уверен? – Спросила она Стёпку. Голос у неё немного дрожал от переполнявших эмоций. Как ни странно, но к горлу подступил противный горький ком – то ли от близкого расставания, то ли от осознания поступка, который намеревался совершить Стёпка.
Он спокойно кивнул, перехватил взгляд девушки и вдруг обнял её, тихонько и печально засмеялся:
- Не грусти, Мирослава. Быть может, мы ещё увидимся с тобой. Не знаю, как ты, а я тебя точно узнаю.

Девушка судорожно втянула воздух, сдерживая подступившие слёзы.
Стёпка всё ей объяснил. Он решил вернуться домой, но не просто так, а отобрав у леса то, что тот когда-то похитил. Для этого ему и нужна была помощь Мирославы – теперь она имела силу, позволявшую приказать Лешему вернуть пропавшего ребенка, а своего родного сына забрать обратно.

И всё бы ничего, но было неизвестно - жив ли ещё настоящий Стёпка? Если нет, то лес в любом случае вернёт мальчика, но заберёт взамен другую жизнь. И парень был готов и к этому.

Понимал, что должен был сделать это ещё много лет назад - попытаться вернуть Ирине Афанасьевне настоящего сына, но очень уж крепко полюбил свою новую семью, да и рисковать не хотел. А вдруг она, узнав о существующем способе, сама себя принесла бы в жертву ради возвращения ребенка? Тогда и Стёпка умер бы от горя.

Но всему есть предел, а его лесная душа каждый день тянулась домой, несмотря на то, что он обрёл своё место в мире людей. К тому же, только давняя привычка и сила воли помогали ему терпеть своё новое тело, и не скулить от боли при некоторых движениях. Человеческая одежда до сих пор причиняла ему дискомфорт, поэтому он всегда носил вещи на несколько размеров больше.

Пока Агафья властвовала в лесу, имея влияние на Лешего, тот даже если бы захотел, не смог принять сына обратно и вернуть пропавшего ребенка. Теперь же всё изменилось, а в лице Мирославы обнаружилась необходимая магическая поддержка.

- Я должен вернуться, ты же понимаешь. – Сказал Стёпка, отстраняясь. – Если всё…если всё закончится хорошо, то я найду способ дать знать о себе. Давай уже, покончим с этим? Помнишь, что делать?

Мирослава кивнула – парень и здесь дал ей подсказку. Как бы, наверное, пригодились его подсказки теперь, когда она обладает силой, но Стёпка уже принял решение, и отговорить его она не смогла, да и не была уверена – имеет ли право?

Девушка прошла немного вглубь леса, под кроны деревьев, не испытывая больше страха перед тайгой. Глубоко вдохнув свежий воздух, напоённый сосновым ароматом, она громко сказала, вглядываясь в чащу, куда ещё не успели проникнуть первые солнечные лучи:
- Лесной Хозяин, я призываю тебя исполнить мою волю! Верни ребёнка, которого ты забрал двенадцать лет назад! И прими своего сына, позволь ему вернуться домой!

Ничего не происходило, но, когда Мирослава уже хотела было вернуться на опушку, к Стёпке, густой подлесок возле неё вдруг зашевелился.

Кусты орешника затрепетали, переплелись с малиной и боярышником, вихрь листьев взмыл наверх, закрутившись спиралью. Среди них сформировалось вытянутое бледное лицо, которое Мирослава уже видела раньше – Лесной Хозяин явился перед ней.

Но в этот раз девушка не отступила, смело встретив его проницательный взгляд. Длинная, и почти бесформенная фигура склонилась перед ней в приветствии. На переплетении серебристых ветвей, которые подобно короне венчали голову Лесного Владыки, покачивались хрусталики росы, и Мирослава удивилась тому, что они не опадают.

Голос Хозяина шелестел опавшими листьями и журчанием лесного ручья:
- Я исполню твою волю. – Кивнул он дружелюбно и протянул длинную, сухопарую ладонь в сторону Стёпки, который уже приблизился, минуя Мирославу.

На мгновение их глаза встретились, и парень тепло и ободряюще ей улыбнулся, прощаясь. Затем отвернулся, чтобы взять за руку отца и удалиться, исчезая среди высоких деревьев, которые будто расступались перед ними.

Мирослава долго смотрела им вслед, до тех пор, пока они не исчезли – то ли растворились в воздухе, то ли просто скрылись за деревьями. Но в последний момент ей показалось, будто худая фигура Стёпки изменилась – вытянулась, одежда куда-то исчезла, а вместо неё возник длинный шлейф из листьев, мерцавших серебром.

Она еще немного постояла на опушке, не веря в случившееся. Казалось, будто стоит вернуться в деревню, и где-то там повстречаешь Стёпку. Невозможно было представить, что теперь его там нет.

А когда же должен вернуться тот, настоящий? Может сейчас? Мирослава долго прождала на опушке, но никто так и не появился, и тогда она пошла к Быковым.

Сашка и Надежда Ивановна уже проснулись и позавтракали. Парень, едва увидев девушку, понял, что она чем-то расстроена, но при бабушке не стал расспрашивать.

Они все вместе позавтракали, после чего Мирослава позвонила в больницу. Там ей сообщили - Глафиру Петровну выписывают завтра, и позвали её саму к телефону.

Бабушка не поздоровалась. Голос её звучал глухо и печально:
- Что же ты наделала, Славушка?
Девушка проигнорировала её слова:
- Как ты? Сказали, что завтра выписывают. Я приеду за тобой.

-Нет! –Поспешно ответила старушка, затем голос её смягчился: - Не нужно, ни к чему. Я хорошо себя чувствую. Вчера все анализы показали, что я здорова -Засмеялась она, но в голосе звучали слёзы. – Мне просто нужно немного времени на то, чтобы подумать спокойно перед нашей встречей…Я не ожидала… такого. Поэтому сама доберусь, ты не приезжай.

- Хорошо. – Согласилась Мирослава. – Но тогда я закажу тебе такси, не нужно трястись по автобусам.
- До нашей глуши дорого обойдётся…
-Не каждый же день кататься будешь, один раз можно. Возвращайся скорее.