Ведьмино королевство

Пролог

- Еще раз, - сурово возвестил холодный голос женщины. 

Наставница, державшая в руке смоченный кожаный хлыст, кивнула. Занесла руку, чтобы орудие рассекло кожу до костей, и с силой опустила на бледную спину. Удар был равносилен удару топора палача. Темноту разорвал крик.

- Еще раз.

И снова. Снова. Снова. Удары не прекращались.

Спина, исполосованная и превращенная в месиво, нещадно горела.

- Ты должна быть сильнее, - сказала женщина. Она восседала на троне из пепла рябины, железа и золота. Голову венчала черная корона с тремя остроконечными отростками, уходящими вверх, как рога архонтов. В карих глазах, таких знакомых и ужасных, таилась вековая жестокость. Женщина была красивой. Тонкой, словно прутик, хрупкой и изящной. В синем платье до пола и украшениями, змеей обхватывающими шею, кисти, пальцы.

- Подними ее на ноги.

Девочка с горящей спиной задрожала. Ее тело наполнилось холодом и ужасом, когда наставница, почтительно склонив голову, помогла ей подняться. Ступни ныли и дрожали в кандалах, но за едва пробивающимся светом это трудно было заметить. Слезы хлынули из глаз горячим потоком, когда женщина встала прямо перед ней. Твердая рука обхватила ее подбородок, приподняла и повертела из стороны в сторону.

А потом на лицо обрушилась пощечина.

Девочка болезненно вскрикнула. Глаза закатились.

- Бесполезная дрянь, - выплюнула королева. – Как мне объяснить старейшинам это?

Ей было страшно и одиноко. Здесь, глубоко под землей, куда даже черви и крысы боятся спуститься, ее пытали день за днем. Они хотели добиться результатов. Хотели изучить каждый сантиметр ее плоти, только чтобы не упасть в грязь лицом. Она тоже этого хотела. Чтобы покончить с болью и страхом. Чтобы больше не ожидать очередного свиста хлыста.

Она оперлась на руки и сплюнула кровь. Один зуб выбился, он шатался в десне, готовый вот-вот выкатиться на пол. Наставница подобострастно поклонилась королеве и защебетала:

- Возможно, Вам нужно время. Мы тщательно подготовим ее к следующему вашему визиту!

Женщина холодно взглянула на девочку и кивнула, не проронив ни слова. Спустя какое-то время они вышли, оставив ее в темноте, крови и грязи.

Прошел час.

За ним второй.

Третий и четвертый.

Дверь не отпиралась, а она продолжала лежать на каменном полу, содрогаясь от ледяного ветра. Кровь в жилах мерно текла, подстраиваясь под ритм сердца.

Скорее всего, ее не выпустят до завтрашнего утра. Наставница не осмелится прийти раньше этого времени, боясь вызвать гнев королевы. А больше никто и не знает, что она здесь. Никто.

Помощи ждать неоткуда.

Девочка, сжимая ладони в кулаки, громко закричала. Она звала кого-то, кого угодно, кто способен вытащить ее из этого ада. У нее не осталось сил, не осталось надежды, и либо кто-то должен перерезать ей глотку, либо она сойдет с ума.

Она не вынесет ни одного дня в этом месте.

- Праматерь! – воскликнула девочка. – Молю тебя, Мать всего, даруй мне освобождение. Молю, выпусти меня, выпусти!

Тишина. Хватило ли жалких потугов и просьб на то, чтобы богиня ее услышала? Хранительницы, проводя ежедневные утренние мессы, говорили, что Праматерь заботится обо всех своих детях. Она приносит им радость и боль, мечты и кошмары, воздает по заслугам врагам и поощряет верующих.

Тогда почему она оставила меня?

Ей подумалось, что это несправедливо – мучить ее в затхлом подземелье, бросить умирать тут. Праматерь была ее покровительницей. Она дала ей мышцы и кости, а затем вдохнула в легкие воздух. Так ей говорили с самого детства, так ее учили.

В подземелье стояла все та же отвратительная тишина.

Пока тьма в углу, что была плотнее других теней в помещении, не шелохнулась. И голос, проникающий сквозь череп, не прошелестел:

«Может, потому что твое предназначение в ином?»

Богиня милосердная!

От страха и неверия по ее ноге потекла желтая вода. Вода...

«О, дитя, ты не должна меня остерегаться. Я пришел к тебе, чтобы помочь»

Она...обмочилась, широко распахнув глаза. Описалась прямо перед мужчиной из тьмы и крови. Мужчиной, вышедшим из ниоткуда и говорившим сладким голосом. У него не было лица, его закрывал густой клубок из трупных червей. С когтистых рук с громким хлюпаньем капала кровь. Он был высоким, стройным и пугающим.

Ее замутило, и желчь, до этого плещущаяся в желудке, вырвалась изо рта потоком вони и рвоты.

Существо склонило голову набок, она чувствовала его пристальный взгляд на себе.

«Сколько тебе лет?»

- Пятнадцать, - шепотом ответила девочка, утерев губы порванным рукавом платья. Он ее услышал.

«Знаешь ли ты, кто я такой?»

- Да.

Нетрудно было догадаться, кто стоял перед ней. Она видела разные картинки с его участием в кровавых пиршествах, читала достаточно много книг, чтобы узнать по описанию. И слушала Хранительниц так часто, что с закрытыми глазами могла нарисовать его.

Он был врагом Матери.

Он был богом.

И ненависть, дремавшая в сердце, распустила свои цветки. Впилась корнями в самую глубь души, завладела разумом. Она источала аромат злобы и жажды мести. Божество почуяло его и довольно рассмеялось.

«Чего ты желаешь, дитя?»

Свободы. И силы.

Но девочка ответила совсем по-другому:

- Отмщения.

Это был умный ответ, который ему понравился. Разумеется, он возьмет с нее плату, но это того стоило. Стоило всех тех прошедших дней, когда она раз за разом умирала в одиночестве, пока лекари не набирались храбрости излечить поломанные кости. Стоило всех грядущих дней, когда ей придется вытерпеть пытки. Это стоило всего.

«Отречешься ли ты от своего начала?»

Глаза широко расширились. Вот она, разменная монета, коих будет сотни.

- Да, - сказала девочка дрожащим голосом.