Ведьмочка для Короля Змей

Глава 2

В последний момент хотелось трусливо зажмуриться, но выработанная привычка взяла свое. Я следила за приближением озверевшего оборотня с распахнутыми широко глазами и упрямо вздернутым подбородком, а то, что сердце ухнуло куда-то вниз давным-давно и колени от «смелости» пустились в пляс, так об этом знала только я. Поэтому… всё нормально.

Нас на футболе с первых тренировок учили фокусироваться, не теряться, не терять из виду мяч, и видеть ситуацию насквозь, даже когда страсти вокруг накаляются. Вот и я сориентировалась достаточно неплохо. И «мяч» из виду не упустила.

Экспозиция, значится, была такая: одногруппницы кричат, ахают, кто-то побежал за помощью, преподавательница блаженно дрыхнет на полу, полудемон подозрительно заторможено себя ведет, до сих пор не «отвис» от моего зелья (эк его приложило, анчоуса пушистого, с чего бы так?), про остальных старичков в комиссии в принципе упоминать не стоит. Они ж древние! И не в смысле "древняя мощь", а в смысле "древняя пыль"! Не мне судить, но мнение озвучу. Должность свою занимают они лишь потому, что молодые сильные и перспективные маги в самом расцвете сил предпочитают жить на широкую ногу, ЖИТЬ одним словом, в приключения влипать, а тут должность ректора, обязывающая бумажки перекладывать, а не геройства особенно значимые для Королевства совершать, за которые в перспективе, ежели поднапрячься, все феи грез твои. Из относительно молодых магов среди состава комиссии присутствовали лишь ректор ВАБИ и ректор АОиП. Да и то… сами понимаете. Не на моей они стороне.

Глава академии оборотней и перевертышей, у которого в данный момент едва ли на лбу бегущая строка не проскакивала — «прибываю я в глухом танке, в состоянии аффекта, вы меня не дозоветесь никогда, лучше дайте сразу придушить одну малолетку, раз и навсегда» — эффектно приземлился рядом со мной. Да настолько близко, что только парта между нами спасала совершенно конкретную ведьмочку от бесславного ухода в долину предков. Посмотрев на кровожадный настрой оборотня вблизи, я отчетливо поняла — свою шкурку придется спасать собственными силами, никто мне в этом деле не помощник.

Стою, ни жива, ни мертва, зато гонору — вагон и маленькая тележка. Как только оборотень решил еще больше сократить между нами расстояние, и оно из «безопасного с натяжкой» превратилось в «категорически небезопасное», я молниеносно занесла ногу и сделала то, на что, наверное, до сего момента не решался никто по отношению к этому здоровенному бычку — ботинком заехала ему по самому драгоценному.

Да-а, это был один из моих лучших ударов. Тренер бы мной гордилась!

— Ах ты, сук… ведьма охреневшая! — заревел он, пытаясь не согнуться. — Ты заплатишь за это! — Он с грохотом отшвырнул стол в сторону. Девчонки кинулись в рассыпную, пытаясь не попасть под раздачу.

Я же, словно в замедленной сьемке наблюдала, как котелок с зельем, стоявший до этого на парте, летел точнёхонько на до сих пор подвисшего полудемона. Содержимое красочно вылилось ему на лицо и покрыло густой субстанцией львиную долю его тела.

Ого, вот это да! Если бы зелье было действенным, то от такой убойной дозы ректор ВАБИ был бы до скончания веков собственностью одной вредной рыжеволосой ведьмочки… и был бы абсолютно, безгранично счастлив! Да что там! Он бы по собственному желанию создал культ личности имени Таисии Рид! А так стоит памятником посреди аудитории, с губ остатки зелья слизывает, только кулаки сжимает и разжимает. Оно и понятно, кому понравится испачкаться?

— Ты понятия не имеешь, с кем связываешься, — вернул к себе мое внимание разъяренный оборотень.

Сквернословие и грубая игра были незаменимыми частями профессионального футбола, перепалки подобной сейчас происходили на поле ежедневно, поэтому опыт общения с разгорячёнными головами у меня был приличный. Доказательства? Шрамы и полный запас ругательств. Я всегда знала, кого и как надо доставать. Вот и сейчас что-то внутри меня щелкнуло, и сознание пришло в состояние, которое мама метко прозвала «я-в-контакте-со-своей-внутренней-стервой».

— О, еще как понимаю! С лапочкой-оборотнем!

— Детка, — выдохнул он потрясенно, но тут же хищно оскалился, — Так и скажи — «хочу, чтобы в оплату брутальный дядечка поскорее всадил свои когти прямо мне между ног».

Я ахнула, вытаращив глаза:

— Кто разболтал, что мне это нравится?

Радужки ректора АОиП начали мерцать льдисто-голубым (смею подозревать, что они у него тоже от сильных чувств "того", и, думаю, имя этому чувству вряд ли "нежность"), но в следующее мгновение, словно в припадке он закатил глаза и его большое тело затряслось. Спина неестественно выгнулась, а я поняла, что пора явить миру свои выдающиеся способности в беге. Бегала я отлично, а вот с боевой магией дела обстояли совершенно иначе, поэтому противопоставить оборотню (да еще не абы какому, а главе академии оборотней и перевертышей), мне было ровным счетом нечего.

Во время этих бесконечных мысленных терзаний, чувство самосохранения громким истеричным шепотом уговаривало меня или срочно покаяться или пуститься в бегство. Упорно не изменяю себе, стою.

— Он превращается! — взвизгнули со всех сторон так, словно соревновались по громкости с бензопилой.