Ведьмочка Хаоса в академии

12

Холодея от страха, я быстро скользнула в класс. Ряды парт из темного дерева уходили вверх ярусами. Пара была потоковая, и первые ряды, как всегда, занимали некроманты.

По дороге к своему месту вспомнила о том, о чем забывать не следовало: профессор не прощает опозданий. Опаздываешь на лекцию (и неважно, по какой причине!), лучше оставайся за дверью!

Взгляд преподавателя неотступно следовал за мной, пока я карабкалась по высоким ступенькам ко второму ряду парт. Опустилась на скамью рядом с некромантом Гердом Лордвином, быстро раскрыла тетрадь, приготовила стилос.

— Ну что же, продолжим урок, который мы вынужденно прервали на целых полторы минуты, — всё тем же вкрадчивым голоском продолжил магистр Афшин.

«С ума сойти! Сколько же ценных знаний по теории магии мы недополучим!»

Каждый раз, когда профессор разговаривал вот так ласково — обманчиво ласково, — он готовил нам какую‑то пакость вроде повального опроса или самостоятельной. А сейчас, кажется, злоумышлял против меня лично.

Наконец, он продолжил объяснять новую тему. Какие‑то графики и диаграммы — я никак не могла понять, о чём идёт речь, ведь начала объяснений не слышала. Когда до конца урока оставалось около двадцати минут, профессор Афшин вернулся за учительский стол и раскрыл журнал.

— А сейчас для тренировки стоит решить несколько простеньких задач по теории полей. Вивьенна Кошмарова, идите к доске, пожалуйста, и покажите, как вы усвоили материал.

Я осталась сидеть.

«Противный Афшин решил отыграться на мне! Идти — только позорить честное имя рода! Пусть лучше сразу неуд ставит!»

— Давай, Ви, — шепнул Герд, загораживая рот ладонью. — Ты же не хочешь снова оказаться на ковре у ректора?

«Что же, слушать дикий ор ректора, и правда, не хотелось».

Поплелась к доске.

Так как на сегодняшней лекции по теории магии я «плавала», то показывать мне было нечего. Под диктовку профессора кое‑как записала условие задачи и остановилась. Обернувшись, послала умоляющий взгляд друзьям. Герд со второй парты показывал пальцами какие‑то непонятные значки; Ник Хантин беззвучно подсказывал мне что-то с заднего ряда; Дора торопливо листала учебник.

Я пробежалась взглядом по рядам недругов с ведьмовского факультета, подмечая злорадные или равнодушные лица. Споткнулась о новенького — тот расположился на предпоследнем ряду, неподалёку от аномальщиков. Красивое лицо блондина ничего не выражало; он смотрел вниз, под парту, но внезапно поднял голову и взглянул на меня.

Чей-то приглушённый голос вдруг произнес:

«Сложи оба показателя и раздели результат на два!»

До меня не сразу дошло, что это прозвучало лишь в моей голове. Недоумённо взглянула на профессора.

— Ну‑с! — медовым голосом вопросил Афшин. — Вы будете решать, Вивьенна, или продолжите молить приятелей о поддержке? Подумайте лучше сами: все данные перед вами. Чему же равен потенциал этого поля?

Я не ответила и, повернувшись к доске, сделала то, что советовал внутренний голос. Даже если он издевается и специально дал неправильный совет, у меня всё равно отсутствовали собственные идеи.

Сложив и разделив, я получила ответ: «Восемь».

Одним глазком посмотрела на поджавшего губы профессора.

— Хм, что же, ответ верный, — хмуро признал Афшин. — Садитесь, студентка, и оставьте привычку опаздывать.

До крайности озадаченная, я поспешила на место.

— Молодец, Вивьенна! Видишь? А ведь не хотела идти! — шепнул Герд.

Следующей профессор вызвал отличницу Агнету Рыбоклок, и та прекрасно справилась с задачей. Я пристально наблюдала за темной ведьмой, пытаясь понять, помогает ли и ей тот же внутренний голос. Но девушка быстро вывела формулу, не отвлекалась и не выглядела изумленной чужим вмешательством в свои мысли.

«Кто мне помог? Может быть, дух академии? Ага, этот вредина, который вечно раздаёт тумаки и пинки, вдруг сжалился над бедной невезучей ведьмочкой? — Даже самой смешно стало. — Как же, поможет он! К тому же он ведь, вроде бы, не разговаривает? Или это он просто не снисходит до студентов?»

До крайности озадаченная, я едва досидела до перерыва. За это время профессор успел вызвать для решения задачек ещё парочку некромантов и Ника Хантина.

На перемене меня окружили друзья с факультета аномалий.

— Ты здорово справилась, Вивьенна! — одобрил Ник. — Я пытался тебе подсказать, но явно делал что‑то не то.

— Ты тоже хорошо смотрелся у доски, — откликнулась я.

Рыжик покраснел и опустил глаза.

— Почему ты больше не садишься рядом с нами, Вивьенна? — вдруг упрекнула Квента.

— Зазналась? — тут же предположила Сара.

Я раздраженно развела руками.

— Нет, конечно. Просто торопилась сесть хоть куда‑нибудь, профессорский взгляд прожигал мне спину.

— Ну признайся, Ви, компания Герда Лордвина тебе дороже!

Я нахмурилась. Кажется, Квента всерьез решила вывести меня из себя. Не исключено, что некромант нравится нашей пышечке, потому она и пытается меня достать.

От необходимости отвечать меня избавила Дора — блондинке не терпелось похвалиться успехами по завоеванию красавчика‑новенького:

— Между прочим, Нолан дей’Вудд сам сел неподалёку от нас. И он улыбнулся мне.

«Ах, он уже Нолан! Батюшки!»

Сара и Квента поражённо заахали. Но мне было не до них, потому что в голове вдруг снова возник тот же голос:

«Нужно поговорить. Жду тебя под лестницей».

Голос был каким-то механическим… или мне показалось?

«Вот это да! Не схожу ли я с ума? Со всеми этими Хаосом, фамильяром, ректором и бесконечной учёбой мозг, кажется, не выдерживает... Может, к целителю обратиться? Пусть даст какую‑нибудь укрепляющую пилюлю».

Я схватилась за виски и, прикрыв глаза, потёрла их.

— В чём дело, Ви? — участливо спросила Дора. — Тебе плохо?

— Нет, просто в ушах звенит. Сбегаю-ка в комнату, натру виски бабушкиной настойкой... Всегда помогает при головной боли.