Ведомый авантюрист

Глава 11. Страшнее зверя ЛЮДИ

У каждого свои мечты, но не у каждого они исполняются. Иногда приходится очень много пройти и перенести, чтобы они обрели реальность. Но это у других, так сказать, простых смертных. Таким нужно идти долго, тяжело, и никто наверняка не знает, какие подводные камни их ожидают в жизни для осуществления мечты.

Михалычу же судьба уготовила иную участь. Звезд он с неба не хватал, но звездой все же стал.  В принципе, он и сам-то не знал, что ему так круто повезет, ибо до этого был мелкой сошкой. Обычный мелкий чинуша. А тут! Практически принц…только что без лошади, хотя… была родимая. Железная мазда.  И мотался он на ней, как ураган: туда-сюда, туда-сюда. Ладно бы по хозяйству, для семьи – это простительно. Но не туда же! А в стольный град на поклон с челобитной. Лоб он, разумеется, не разбил. Тренированный какой-то! А вот подметки, в смысле шины, все же стер.

Возникал вопрос: на чьем же довольствии конь железный в такое стрёмное время? Как можно так нерачительно средствами распоряжаться? И почему вдруг из неприметной скромняжки Михалыч перешел в разряд неприкасаемых?

Загадка! Да и только! Вот только некогда было думать об этом.

У рослого молодого паренька исчез интерес к компании, которая стала тесным коробом. Ее стены просто давили, а ему хотелось высокого полёта. Мечтал взлететь и не думать о земном. Ну, просто Икар!

А для этого ни много ни мало надо быть на посылках у своих покровителей.

Боже мой! Как же ему хотелось им угодить. Михалыч уже и с коллективом перестал советоваться, и работать в полную силу. Зачем?! Ведь ему, как тепличному растению, создали все условия. Сам себе хозяин. Как звучало – руководитель. И он старался изо всех сил соответствовать оному определению. Бывало: доходило до абсурда. Создавая образ успешного человека, часто приклеивал обворожительную и сладкую улыбку. Однако при встречном противостоянии эмоции просто застилали разум, и его начинало подкидывать и трясти. И тогда он включал руководителя и вырабатывал командный голос.

В этот момент мало было слышать. Надо было видеть.

Слюной не брызгал, но от сильного крика, которого никто не боялся, сотрясался воздух. Губы поджимались в тоненькую нить, добродушное лицо преображалось в пунцово-красное, подбородок вздергивался кверху, нервные движения становились хаотичными и быстрыми. Но главное, при всем этом избегал смотреть прямо в глаза. И безразлично было, на кого он в этот момент обращал лавину «праведного» гнева – на женщин, которые годились в матери, или на сверстников. Тогда командный голос срывался на тонкий фальцет.

Неприятно! Противно! Гадко!

Руководить и перстом указывать непросто, а выбиться в «люди» без посторонней помощи невозможно, поэтому покровители как нельзя кстати оказались рядом.

ВедОмый Тамилой Кондратьевной и Ульяной Спартаковной, Михалыч  понимал: за всё нужно платить.

И он заплатил… Компанией…

Чтобы как-то отвлечь от тягостных мыслей собравшихся коллег, Лана не смогла промолчать о ночной случившейся истории.

– Ой, что я вам сейчас расскажу!

– Снова что-то придумаешь сегодня? – улыбнувшись, спросила Алевтина.

– Невероятно! Вы меня хотите уличить в неправдивости? –  обиженно надув губки выпалила женщина.

– Не говори загадками, – раздраженно встряла в разговор Тайя.

Женщина, однако, не была одиозной. Просто в последнее время столько произошло, что загадочность и таинственность играли не на руку присутствующим. Умная и самодостаточная, в некоторой степени даже своенравная, она сохранила в себе ту упрямую девчонку, какой все помнили ее в детстве.

Идеальная хозяйка, не терпящая хаоса, своими руками создала и поддерживала уют в доме, растила сына, была опорой своей и его семье. И хоть Тайя – человек настроения, но в любой ситуации принимала правильное решение, не поддаваясь чужому влиянию. Годы сохранили стройность фигуры, а умение одеваться вызывало восхищенные взгляды мужчин, однако при этом кокетство совершенно не портило, а наоборот производило приятное впечатление.

Богатый внутренний мир, сдержанность, умение поддерживать нить разговора, способность настоять на своем, оптимизм – все это подкупало в женщине, отдавшей всю сознательную жизнь работе.

Нынешняя ситуация выбила ее из колеи, и оптимизм стал просто исчезать, однако это не стало причиной депрессии, как у других сотрудников. Вот и сейчас она настойчиво спросила:

– Так ты будешь рассказывать или нет?

Да Лана и не собиралась молчать. Она резко крутанулась на стуле, который аж затрещал под ней, и начала свой рассказ.

– Представьте себе такую картину: ночь, луна, самоуверенный хорёк забрался в курятник. Казалось бы, сейчас полакомится курочкой… но приходится с позором бежать.

– И что смешного? – удивленно, изогнув бровь, спросила Тайя.

– Да представьте, что он чувствовал? – буквально давилась от смеха Лана. –вскочила со стула и стала изображать это бедное животное, по ходу комментирую за него: вот, суки, только присел, только вогнал свои зубки в куру – и тут, бац! Дубинкой по голове. Нет, я, разумеется, мог бы тоже одной левой и в зуб дать, но, не поверите, против меня было трое. Пустился в бега.