Ведунья из Забытой пустоши

Глава 14. Хитрость фамильяра

У лисицы становится такой невинный взгляд, что я уже начинаю сомневаться в собственном слухе и памяти.

― Когда это я тебе врала? ― удивлённо восклицает фамильяр.

― Как когда? ― переспрашиваю я. ― А Матильду ты зачем обвиняешь в смерти дочери?

― С каких это пор правда становится враньём? ― обижается лисичка. Ох, не зря фамильяр принимает облик лисицы. Такой же хитрый, изворотливый, подменяет понятия, всё норовит обмануть. Вот только какую цель он преследует?

Следует принципу, если голову нельзя вскружить, то её надо заморочить? Вот только оморочки мне сейчас не хватает для полного счастья. Кто мне её снимать будет?

― Ты приукрашиваешь сотней врак одну сомнительную правду, ― парирую я. ― Правда в том, что дочь Матильды умерла, а остальное, по моему, скромному мнению, враки. Вот только тебе это зачем? Настраиваешь меня против бывшей хозяйки?

― Я тебе не вру, ― упрямится рыжая чертовка.

― Отталкиваемся от того, что дочь Матильды отказалась от дара и уехала. Ведовская сила её сожгла, и она умерла, в чём заключается вина матери? ― спрашиваю я фамильяра.

Внезапно, как вспышка, вся головоломка логично складывается.

Дар непутёвой дочери Матильды перешёл к дочери. А никто во владениях князя не может научить её совладать с ведовской силой. Князь кинулся к тёще за помощью, но никого не нашёл. Зато стал искать подходящих ведуний, которые могли бы заменить покойную тёщу и обучить обращаться с девочкой.

Тогда то, что меня бросили здесь одну - экзамен? Смогу ли за короткие сроки обжиться на новом месте? Смогу ли привести дом и участок в порядок?

Я начинаю серьёзно волноваться. И появление Нертоса с девочкой уже не выглядит таким привлекательным. Я со своей-то силой ещё не разобралась, а тут нужно будет девочку учить.

Меня от переживаний прошибает холодный пот.

― Я знаю, что чувствовала Мари, когда умирала, ― твердит одно и то же лиса, заставляя отвлечься меня от размышлений о превратностях судьбы.

Надеясь, что хотя бы в новой жизни отдохну от преподавания и детей, но не тут-то было.

― Послушай, ты мне сейчас мешаешь, ― отмахиваюсь я от лисички, ― вернётся Матильда, я спрошу, можно ли отказаться от фамильяра. Мне такой помощник не нужен.

― Не очень-то и хотелось, ― обиженно говорит она, ― приедет Валери и я вновь буду принадлежать самому древнему роду ведуний Арденского княжества.

Безразлично пожимаю плечами. Если от меня будет что-то зависеть, то я этому лживому животному не позволю влиять на девочку.

А себе я сама создам фамильяр. Я не принадлежу к роду ведуний и такой хитросделанный фамильяр мне не подходит. Мне бы что-то попроще, может, птичку какую-нибудь.

― Это как же надо любить дочь, чтобы отпустить её чёрт знает куда, непонятно к какой женщине, ― вслух размышляю я. ― Сам-то приехать не сможет, кто же тогда за наследницей будет наблюдать?

Нертос! Меня обдаёт волна жара, румянец заливает лицо. Он телохранитель князя, а, доставив сюда маленькую княжну-ведунью, будет охранять её.

От радости, что Нертос будет здесь жить, я призываю гримуар и одним заклинанием восстанавливаю птичник, коровник и забор. Вторым заклинанием - чищу бассейн и постройки для скота. Теперь мне не нужно придумывать способа удержать его здесь, можно встретить дорогого гостя чистотой.

Вот только с огородом я не спешу. Здесь нужна тщательная экспертиза растений. Может тогда попытаться разобраться с теми, которые растут перед домом. С огородом разберусь позднее. Может быть, даже с княжной, как раз покажу ей растения.

В голове составляю план работы: сначала определить, какие нужные мне виды растут, а потом найти заклинание, которое позволит мне удалить сорняки, поставить закреп на работу.

― Ты почему замолчала? Обиделась, что я отказалась быть твоим фамильяром? ― отвлекает меня лисица.

― Я не обидчивая,― отмахиваюсь я, ― у каждой уважающей себя ведуньи должен быть свой фамильяр. Я не вхожу в род Матильды, так почему ты должна принадлежать мне? Валери - твоя хозяйка, если она приняла ведовской дар своей семьи.

― Приняла, можешь не сомневаться, ― утверждает лисица. ― Я же была фамильяром её матери. Ушла вместе с Мари в столицу.

― Так почему сразу не перешла к Валери? ― удивляюсь я. ― Что ты здесь делаешь?

― Когда умерла Мари, её дочь ещё не могла принять силу, а с ней и меня. Пришлось возвращаться к Матильде, но и ей я была не нужна. Она настолько сильная ведьма, что ей не нужны помощники, ― рассказывает фамильяр.

― Она тебя прогнала, что ли? ― спрашиваю я.

― Вот ещё, ― гордо заявляет фамильяр, ― я сама ушла. Она всё равно собиралась меня дочери передать.

― А, что ж ты не предостерегла свою хозяйку?

― Я ей и подсказала выйти замуж за княжича. Матильда никогда не стремилась к власти. Она помогала всем сирым и убогим и брала столько, сколько могли заплатить. Никому не отказывала, ― злится на прошлое лиса. ― А могла бы жить в огромном доме, иметь деньги и власть.

― Я удивляюсь, как ты могла быть фамильяром Матильды? ― недоумеваю я. ― Судя по твоему рассказу, старой ведунье только нимба не хватает. Прям образец для подражания. А ты прости меня, но сгусток негатива.