Век четвертый неизвестной эры

Глава 9

Глава 9

Несколько дней о мастере снова никто не вспоминал. От скуки он даже два раза наведался в гости в дом советника Илги, где был очень тепло принят. Он бы стал чаще туда заходить, но нескрываемая трепетная симпатия юной Лиции озадачивала и беспокоила все больше. Не хотелось давать девочке ложные надежды или причинять боль первого разочарования. Раздумывая над идеей создания удобного уборочного инвентаря, мастер едва не столкнулся с прекрасной Леилой, вероятно, направляющейся в свои покои от царя. Девушка действительно была красива, что подтверждали и многочисленные восхищенные взгляды ей в след всех встречных начиная от знатных вельмож до дворцовой челяди. Как только Леила поравнялась с Катриихом, ее личико исказилось гримасой враждебности.

– Это ты, плотивный мальчишка! Долго мне ждать, когда тебя вышвырнут из Вельса?

– Не понимаю, чем вызвана такая неприязнь. Я чем-то обидел вас?

– Ты бы смог слушать от любовника половину ночи восхваление кого-то длугого? Катлиих то, Катлиих это. Какой он умелый, какой он способный. И не только мне одной жжет слух твое ужасное имя. Калледе Ламонд тоже пло тебя лассказывал, демонстлилуя музыкальную шкатулку.

– Я не знаком с Калледой и даже не знаю, о ком речь.

Но девушка только небрежно отмахнулась от оппонента и не закончив разговор продолжила свой путь. Вот и попробуй узнай, что в голове у этих царских любимиц.

Вскоре пришлось познакомится и с Калледой. Оказалось, что отец девушки заведовал царской охотой и на днях они приехали во дворец, пригласить Рамонда на ловлю ланей, которых дарили во дворцы избранных правителей в качестве особого расположения. Два дня собирался царский караван. Какую ерунду только не водрузили на многочисленные повозки на всякий случай. Бальгельцы, которым не посчастливилось присоединиться к счастливо взволнованным отбывающим, наблюдая за сборами из окон своей части дворца, отчаянно злословили. И вот в день отъезда, за Катриихом пришел велийский страж и велел срочно собираться. Оказывается, до мастера снизошла царская милость и он отправляется в «деревню богачей» или «царскую деревню». Именно так, называлось поселение, возле охотничьих угодий, в котором не было место обычным деревенским домам. Суть деревни очень напоминала дачный массив, куда вельможи и обеспеченные горожане отправлялись отдохнуть от надоевшей городской суеты. Все строения принадлежали казне, и служили своего рода средством благодарности за верную службу или особую заслугу. Получить в пользование дом в «царской деревне» было мечтой каждого обитателя столичного дворца.

Рамонд, представил Катрииха своей возлюбленной Калледе, словно диковинную игрушку, которая ему никак не могла надоесть. Девушка, изображая утомление от имени мастера, только вскинула свои прекрасные золотистые глаза к небу. Было очевидно, что, планируя заполучить царя в свое распоряжение на несколько дней, она не готова его с кем-то делить, а тем более с несуразным безусым юнцом.

Юноше досталось место в одной повозке с худым главой шпионов. Общаться с таким персонажем желание отсутствовало не только у мастера, но и у остальных троих их спутников. Ехали по большей части молча, стараясь дремать, чтобы хоть как-то скоротать время. Еще можно было смотреть в окно, но дорожная пыль в большей части пути застилала все виды.

По окончании первого дня пути для Катрииха наступил кошмар. Ему пришлось расположится в общем шатре для мужчин. Хорошо, что была возможность задержаться у прогорающего костра, и поддувать угли пока все не улягутся спать. Но когда в темноте юноша пробрался на свое место, обнаружил, что лежак занят кем-то грозно храпящим с переливами на тонкий скрип и всхлипывание. Не желая создавать излишнюю суматоху и тревожить спящих, он перебрался спать в повозку, и уснул неудобно скрючившись только тогда, когда на поляну опустилась утренняя прохлада.

Весь день солнце сменялось внезапно принесенной из-за леса тучами темнотой. Мощные порывы ветра прерывались на ливневый дождь. Каменистая дорога не размывалась, но скользкие камни не позволяли двигаться с желаемой скоростью. Вероятно, следующую ночь тоже придется провести в дороге.

Катриих с интересом смотрел вокруг, все же он первый раз оказался в горном ущелье. Вспомнились страшилки про селевые потоки, сносящие на своем пути целые поселения, но для них сейчас не сезон.

Путь каравана перекрыло огромное стадо овец, гонимое пастухами с высокогорного выгона. Лошадям никак не удавалось преодолеть хаотичное движение сотен быстрых животных, которые бросались друг за другом то в одну, то в другую сторону. Потерявшие матерей ягнята отчаянно блеяли и метались под ногами незадачливых пастухов. Наконец, живая серо-коричневая кудрявая река повернула в сторону и осталась позади.

Временами по дроге еще встречались люди, в основном мужчины. У мастера, вглядывающегося в их обреченные, безжизненные лица, сложилось впечатление, что существование местного населения провинции совсем не такое радужное, как в роскошной беззаботной столице. Особенно его поразило небольшое поселение у чистейшего голубого озера. Домики из глины и камней ютились на каменных уступах, выпирающих из скал и возвышающихся над бурными водами речки, насквозь пронзающей озеро. Каким-то чудом выросшие на камнях возле домов плодовые деревья, склоняли свои тяжелые ветви, нагибая за собой упругие стволы. Все женщины поселка немедленно укрылись в домах, мужчины и старики наблюдали за проезжающими угрюмыми взглядами из под лохматых бровей. Поблизости удалось рассмотреть одну стайку мальчишек, случайно или нарочно замешкавшихся на берегу. Светлые голубые глаза горели любопытством на загорелых обветренных мордашках. Они негромко переговаривались на непонятном языке.