Век четвертый неизвестной эры

Глава 10

Глава 10

Царь со свитой с веселым гиканьем умчались за первой добычей. В душе мастер даже ликовал, ну нет у него желания гоняться огромной толпой царей природы за одним несчастным беззащитным животным. Это все равно, что взрослым ребенка обижать и радоваться своей несравнимой удали.

В первый же заход две лани были пленены. К сожалению, одна особь получила серьезную травму, из-за которой ее пришлось убить на месте.

Во время пира гости наперебой нахваливали свежее жаркое. Мясо не лезло в горло только расстроенному рассказом и больному Катрииху и еще отчего-то Рамонду. После затянувшегося ужина царь по секрету признался юному мастеру, посчитав его своим самым доверенным лицом среди окружающих, что даже прекрасные женщины на охоте — это кровожадные чудовища и Калледа у него сейчас вызывает отвращение. А он столько наобещал ей на эти дни.

– Я недолго побуду у тебя. Надеюсь она, не дождавшись меня в покоях, сама уйдет из палат.

Вот как, царь прячется от пылкой возлюбленной в чужой комнате. Катриих бы с удовольствием громко смеялся, если бы мог себе позволить потешаться над величайшим правителем, оказавшемся в такой щекотливой ситуации.

Сидели тихо и с интересом обсуждали старую карту полуострова и приграничных земель ближайших соседей, которая обнаружилась среди хлама кладовки встроенной во внутренней перегородке. Удивительно, с какой легкостью Рамонд ориентировался в схематичных изображениях и даже в нескольких местах дорисовывал или зачеркивал несоответствие данных современному ландшафту. Оказалось, за время его правления с нуля основано пять новых городов и проложены километры дорог во все концы государства.

– Я вижу, что утомил тебя. Пей свое гадкое лекарство, от которого и до меня сейчас доходит тошнотворный запах, и отдыхай. Утром жду на завтрак.

Судя по мрачному и сонному лицу Рамонда за столом, ночью Калледа его дождалась. А чего ей принесет обида на властного любовника и гордость? Только торжество более расторопных соперниц. Вот от мастера бы избавиться окончательно, и скучающий, уставший от окружения правитель точно от нее никуда не денется. Странно что ядовитое зелье подействовало на мальчишку так стремительно. Исходя из богатого опыта применения состава, он должен был недомогать и ослабевать постепенно и, по расчету коварной дряни, в разгар охоты свалиться под копыта чьего-нибудь коня. Ну или шею сломать себе, что тоже неплохо. А так вся ее горячность, досада и ярость вылились на ни в чем неповинное слабое животное. Девушка сама не отдавала себе отчета в том, с чего вдруг погнала лошадь на загнанную в западню лань. Хорошо еще что царь легко поверил в ее поспешное оправдание, якобы она не смогла совладать со своей кобылкой. Это она, которая почти с самого рождения в седле?!

На второй день охоты мастера и звать не стали. Сидеть в стенах пустого помещения, нагретого лучами полуденного солнца, оказалось невыносимо и Катриих отправился на прогулку по аккуратным зеленым улочкам богатой деревни. Пешеходная тропа сама вывела к чистейшему горному озеру с невероятно бирюзовой водой. Невдалеке на усеянном разноцветными гладкими камешками пляже резвились мальчишки. Девочки наблюдали за ними со стороны, собравшись группой у деревянных качелей. Такая спокойная размеренная мирная жизнь, что хочется плакать от собственной фальшивости и ощущения бессилия что-то изменить в своем искаженном обстоятельствами положении. Увлеченные своими интересами дети не заметили с завистью наблюдавшего за ними чужеземца, пока тот не решился разуться и зайти ногами в приятную прохладу. Тут и начались пересуды, сначала тихим шепотом, а затем смелее по возрастанию до открытого громкого обсуждения незнакомца.

– Если это тот самый мастер, то почему он так молод? – долетела до Катрииха одна из последних фраз.

– Не, не он это.

– Да он, говорю тебе. Я через забор видел, как наш царь его поддерживал при выходе из повозки.

– Хорошенький какой.

– Пошли спросим…

Мальчики и девочки объединившись робко приблизились к стоящему по колено в воде юноше. Разговор начался непринужденно сам-собой, и дальше соскучившийся по простому человеческому общению Катриих уже смеялся над последними деревенскими новостями и сам бросался остроумными высказываниями или шутками, делясь собственными впечатлениями о столице. А какое было вкусное угощение, которое с радостью принесли девчушки в плетеной корзинке: сочные фрукты, свежий хлеб и родниковая вода. Время до вечера пролетело так стремительно, что юный мастер опомнился только когда увидел выбегающих из-за садов царских стражей, разыскивающих его повсюду. Наспех попрощавшись с новыми друзьями, он понуро последовал в царскую резиденцию.

Рамонд зло посматривал в сторону своего невольного гостя, раздосадованный его долгим отсутствием в палатах без его веления.

Во время застолья все бурно обсуждали неудачную охоту. Оказалось, что кому-то удалось подпилить столбы загона и бедные животные смогли избежать уготованной им участи, когда казалось-бы прочные стены ограждений рухнули под их отчаянным натиском. За ночь напуганное охотой стадо ланей уйдет далеко от этих мест и новой добычи в этом сезоне ожидать не стоит. Виновного в порче ограды выявить не получилось. Само-собой разумеется в немилость попал отец Калледы и все его помощники. Красавица всеми силами старалась сгладить внезапный негатив к ее семье, вертясь возле царя, но пока ей это плохо удавалось, ее женские чары потеряли свой магический эффект. Рамонд пребывал в неконтролируемом бешенстве, о чем наглядно свидетельствовали его взлохмаченные волосы, спадающие жесткими прядями прядями на лицо, помехи от которых он казалось не замечал и плотно сжатые челюсти.