Век четвертый неизвестной эры

Глава 20

Глава 20

Крупный добряк Сегра удивительно шустро для своих объемов подскочил к приятелю, едва не раскачав ладью.

– Хлегл, тебе это надо самому увидеть! Идем скорее! – потянулся осипший голос над палубой.

Древгенец не стал что-то уточнять, враз сообразив, что его направляют в сторону каюты сына. Быстрыми шагами он преодолел расстояние, сжимаясь внутри в дурном предчувствии. Влетев в помещение со света он на мгновение потерял зрение и замер, как только в полутьме рассмотрел силуэт сына, самостоятельно стоящего у окна.

– Зря мы не верили девчонке. Смотри, подняла нашего Анхела на ноги, – едва не приплясывая от радости топтался в дверном проеме Сегра.

– Сын, ты действительно сам поднялся? – скупые мужские слезы застилали глаза отца, когда он обращался к мальчику.

– Да, отец. Сам, – прозвучал голос Анхела, все еще слабый, но уверенный и убедительный.

Хлегл прижал светлую головку к груди и его плечи предательски затряслись. Знаменитый Хлегл-кораблестроитель, известный не только своим ремесленным мастерством, но и боевыми заслугами, рыдал от облегчения. Ожидание близкой утраты настолько проникло в его мозг, что поверить в выздоровление сына до конца не удавалось. Он то отодвигал лицо ребенка от себя и пристально всматривался в запавшие такие родные глаза, то по медвежьи сжимал голову и плечи в железных тисках.

– Где Катиша? Почему она не с тобой?

– Катя сошла на берег, поискать еще каких-нибудь знакомых ей трав.

– Надеюсь она не одна?

– Не одна. За ней мой старший увязался, – ответил за мальчика Сегра.

– Ты его предупреди, чтоб обидеть не смел. Девочка теперь под моей особой защитой. Она нам всем родимой станет.

За долгие недели плавания на ладье, девушка уже привыкла к этой скупой на слова, слишком серьезной, но очень дружной мужской компании. Всего древгенцев было шестеро: Хлегл с Анхелом, Сегра с сыновьями Глеком и Брэнгом, и старый Угл. Все они гордились своими корнями, происходящими от истинных основателей Древгена и с прохладой отзывались об пришлых. Богатый и развитый город привлекал много чужеземцев, желающих сохранить и приумножить свои богатства, или найти достойное пристанище и работу по силе и умению. Пришлые со временем стали составлять сильную конкуренцию местным во всем, объединившись между собой в кланы, часто вступали в конфликты с коренными жителями. Хлегл был из рода корабельщиков, передающих навыки и умения из поколения к поколению. Сегра происходил из рыбаков, но сумев скопить денег со временем поднялся до торговца рыбой. Хлегл же наоборот влез в огромные долги, умыкнув невесту из родовитой семьи. Поскольку девица своей волей пошла за ним, наказание назначили только в виде огромного выкупа семье тестя. В противном случае могли и на корабль приковать к веслу. Эти двое мужчин жили по соседству и дружили с раннего детства, именно поэтому Сегра вызвался сопроводить друга в рискованное плавание по южным морям, чтобы передать ожидавшему заказчику «Морскую царевну» и таясь на маленькой ладье везти домой сокровища, вырученные за корабль и предназначавшиеся в оплату долгов Хлегла. Наемным был только старик Угл, но он один мог провести их судно незамеченным под носом у любого вооруженного до зубов врага, настолько хорошо он знал все прибрежные воды, поэтому был крайне необходим в таком мероприятии.

Брэнг плелся за маленькой рабыней, ругая себя и ее на чем свет стоит. Эта малявка посмела со всего маха залепить ему по морде за попытку поцеловать ее. А он тоже хорош, размяк словно свежий мох. Другую бы скрутил, прижал к дереву и зацеловал всласть, а эту не посмел. Уж больно у нее глаза сверкающие, яркие и печальные, не такие как у ихних девушек. И стало ему боязно, что девчонка затаит на него обиду, не взглянет больше на него, не улыбнется своей скромной и спокойной улыбкой. Отступился. А сейчас идет и сомневается: али скрутить надо было? Молодая кровь бурлит, подталкивает добиться желаемого. Катя бросает на него настороженные взгляды и обходит стороной, бочком-бочком направляясь назад на берег, а сама травы не насобирала еще.

– Ты того, не боись, не трону более. Анхелу твои настойки нужны, собирай травки, я тут покараулю.

Катя кивнула головой и направилась на полянку, которую еще вчера присмотрела.

В этой безымянной бухте они встали починить потрепанное после шторма судно и передохнуть от качки, походив по твердой земле. Повезло, что зима задерживается. Обычно в это время снег лежит по щиколотку, а в этот год еще и трава не вся пожухла и можно что-то различить, хотя и с огромным трудом. Какая из Кати травница, если растения нужные она видала или на картинке, или в сухом виде у лекаря вельского. Помог Угл, у которого еще его бабка лечением занималась и в детстве его на сборы травы брала, да и барсучий жир у него же раздобыли. А иначе не помочь бы ей бедному мальчику с болезнью бороться. Тусклые краски поздней осени покрыли лес, тяжелое низкое небо опустилось на верхушки столетних деревьев. Есть какое-то своеобразное великолепие в сочетании унылой пожухлости, серости голых сырых ветвей и умиротворяющего спокойствия в безветренную погоду. Задумавшись, Катя не заметила под ногами сломленный сук и запнувшись упала на колени.

– Не ушиблась, – тут же подлетел Брэнг и заботливо помог девушке подняться, не выронив собранные пучки травок их рук.

– Смотри под ноги внимательнее. Как это ты такой сучище не заметила?

Хороший он парень, добрый, заботливый, и смотрит на нее так, что сложно не заметить, как сильно нравиться она ему. Но вот Кате Брэнг не к душе совсем, сердце другого помнит, темного, жгучего и не прощающего. Рамонд скорее всего уже женился на Велении, и ей стоило его позабыть на веки. Она еще чуть-чуть пострадает об нем, и отступится вконец. Была любовь и должна пройти. Ведь должна же?