Век четвертый неизвестной эры

Глава 30

Глава 30

По сравнению с Леилой ЛюСо сложно было назвать красивой, но уверенный высокомерный взгляд, всегда идеальный внешний облик, и умение подать себя в любой ситуации не позволяли кому-то усомниться в ее превосходстве. Если ей покровительствует сам повелитель, значит она достойнее других. Девушка с легкой усмешкой поймала на себе неприязненный взгляд посла. В чем-то они даже были похожи. Оба родовиты, тщеславны и готовы бороться, каждый за свои интересы. Сейчас он мысленно осуждает ее позу, с закинутой одной ногой на другую, неприлично выглядывающую лодыжку из слишком короткого платья, ее слишком глубокое декольте, открывающее худую ложбинку между грудей. Пусть тешится. А Рамонду, уставшему от однотипных, постных и услужливых любовниц, нравиться ее непредсказуемость и бесстыдство. У ЛюСо на все есть свое мнение и ее острый язычок быстро заставляет закрыть рот любого собеседника, даже если ее мнение не спрашивали.

– Милый Элон, тебе не говорили, что ваша манера держаться так далеко от остальных, выдает чувство неуверенности в себе. А какой же вы страж, если боитесь окружающих.

– Госпожа, вы заблуждаетесь. Я держусь на почтительном расстоянии, согласно своего статуса.

– Если задумываться о статусе, вам не место в этом зале. Ваш отец прослыл предателем, если не ошибаюсь.

– Мой отец погиб, сражаясь за своего царя. И если он не может обелить свое имя, то вам, рожденной после его смерти, не стоит повторять старые слухи, – покраснев от негодования возразил молодой страж.

– А я не перестаю удивляться тому, что повелитель решил доверить нашу охрану бальгельцу, – ЛюСо продолжала осмеивать красивого офицера, желая показать всем свою осведомленность, – который предал свою царевну.

– Успокойтесь, – вступился за стража Кхан, – Элон не предавал Велению, а лишь хотел защитить от влияния пагубного влияния развратной Мерезии. Жаль, что оказалось поздно.

Молодой человек благодарно кивнул послу. Отношения между ними давно стали доверительными, и часто Кхан, видя рвение к делу и преданность стража, назначал тому сложные, и порой опасные поручения, выбирал с собой в посольскую свиту.

ЛюСо уловила в сожалении своего вечного противника в срыве царской свадьбы намек на ее появление во дворце и демонстративно-обиженно поджав тонкие губы, замолкла, обдумывая план отмщения. Обоим.

Тем временем в зал неуверенными шагами вошла невысокая, просто одетая девушка с темной косой, и встала недалеко от входа. Весь ее облик сквозил свежестью, естественностью и бесхитростностью. Для нее наступала важная минута освобождения от тяжелой роли мальчика.

Рамонд немного помедлил, вглядываясь в лицо непокорной, осмелившейся проигнорировать его щедрый подарок – платье из тяжелой парчи, расшитое серебром и жемчугом.

– Что ж мастер Катриих, ты не перестаешь удивлять меня своим поведением, – повелитель такой фразой представил присутствующим свою гостью.

– Разве, пропавший мастер не юноша? – воскликнул кто-то из придворных первым.

– Как видите, – с насмешливой улыбкой ответил Кхан.

– Но как же так?! – глупый вопрос прозвучал от Леилы.

– Прошу у всех прощение за то, что вы оказались обмануты моей прошлой вынужденной ролью. Мальчикам-сиротам проще существовать без защиты родных, а позднее выйти из образа и признаться решительности не хватило, – смиренно произнесла Катя. – Элон, ты больше других оказался обманут. Поверь, злого умысла на то не было, а под твоей защитой я смогла стать тем, кого знали, как мастера Катрииха. Прости.

– Как трогательно. Нет. Вы же один другой не лучше, – иронизировала ЛюСо.

– А вас здесь тогда и не было, – парировал ее выпад Кхан.

– Ее зовут Екатерина, и закончим уже на этом, – повелел Рамонд, демонстративно направившись в сад, где был запланирован музыкальный вечер.

Изящная музыка в закате уходящего солнца окрасившего розовым макушки деревьев не улучшила настроения Элона. Нанесенная обида жгла внутри словно раскаленное железо. Катя то и дело ловила на себе пренебрежительный колкий взгляд. Ей оставалось только терпеть и ждать, когда прежний друг немного остынет и смириться с положением.

– Екатлина, какое дулацкое имя, – стараясь угодить новой сопернице произнесла Леила.

– Если сложно, зовите Катя.

– Зачем нам вообще тебя звать? – изобразила удивление третья, давно забытая, возлюбленная Рамонда, желая хоть как-то напомнить о себе.

– О, Нейли. Вы разве с нами? –небрежно осадил девушку посол.

Удушливый запах обыденной дворцовой жизни отравлял сознание, лишали стремления к чему-то новому, светлому. Надежды Кати найти свое место среди корабельщиков таяли день ото дня. В очередном споре с Рамондом она проиграла.

– Нечего тебе делать среди мастеровых, без твоего надзора справлялись и справятся.

– Но зачем тогда было обещать мне это место в Древгене.

– Мне казалось, это очевидно? Нет? Тебя надо было выманить из этого сурового края. Можешь не благодарить.

– Из сурового? Да ваш блестящий Великий Вельс намного хуже. Кругом притворство, подхалимство, зависть и злость.

– Еще про алчность забыла, – подсказал повелитель.