Веле Штылвелд: Счастье в левом кармане

33. Добрый текст, умиротворяющий

Сколько цымысев нужно иметь в одном маленьком еврейском доме? Э, не скажите... "Вечерний квартал" прошустрит ФБ и, ну, обзывать в мультиках-недотепышах чуть что не по-ихнему клоунскому уставу – «писаками»... Я бы промолчал... Но вот цымесы - они у каждого разные... У меня вот левое плечо с утра прострелило. Тупо шея не проворачивается... Влево. А жене хорошо. Меньше подсматривать буду... за ее косметологическим колдовством… Женщина!.. Или вот понес не пироги, сапоги в ремонт. Опять же женские. А сапожник мне мужские набойки из каучука всучивает сорок последнего номера и говорит:
- Вот эти из полиуретана сотку потянут.
Ну, а я ему крохотные каблучки женские в ответку под нос сую. Эти, говорит не меньше шестидесяти гривен будет...
- И то, полиуретан продается здесь в подвальчике сегодня на евро, да хозяину ремонтной кибитки отдай, да на налоги отдай... И потом. Все полиуретаны сегодня с наполнителем, а не из отходов военки. Тогда настоящий белый полиуретан шел на всяческие прокладки. Потом его на слои резали, и теми слоями таки обувь и ремонтировали. А сейчас - молдавский полиуретан вишневого отлива, польский - коричневого, а русский - как смесь фекалий мамонта и желчи фининспектора. - Словом за слово... - Полиуретаны стали жиже, а что до резины. Это тебе не куклу Зину в прежнем магазине купить... Когда-то на "Вулкане" была такая резина с присадками, опять же от ВПК, что точильный камень горел - с дымом и копотью. А сейчас - ни дыма, ни копоти, ни резины. Разве что из автомобильных покрышек. Такой резине сноса нет, но под ногами в городской жизни распухает до невероятных размеров. Такую резину время от времени стричь и носи себе человек... - Одним слово, это второй цымес... Как там, у Твардовского в незабвенном «Василии Теркине»: первый сабантуй - это как Донецкий аэропорт получается... А у меня за сегодня был и третий сабантуй в еврейских бедняцких котлетках. Это их только так зовут, а так - это вполне очень даже цымесное кушанье - 350 грамм фарша «ассорти», четыре кусочка белого нарезного батона, предварительно вымоченного в 100 гр. кипяченой воды и одном яйце с хнели-сунели, чесноком и солью... Мешать сие тщательно минут двадцать, разбить на шарики, выкатать в муке, чуть приплюснуть, выложить на сковороду за один прижар в подсолнечном масле, время от времени перекладывать со стороны на сторону, добавить по готовности в сковороду сто грамм кипятка и 50 грамм уже сливочного масла, и протушить в этом фритюре ещё 10 минут на маленьком огоньке... И вот уже третий сабантуй... Для одного дня достаточно: шея заверчена в натовский шарф Аники-воина, сапоги женушки отремонтированы, а котлетки из почти одного житейского пшыка - в самый тыц. Сколько ещё сабантуев надо? Вам надо, вы и суетитесь. А я как бы уже... На сегодня отсуетился... Пойду ящик смотреть... там сегодня пророссийские ОПОзиционеры выхваляют… «белорусский анабазис»: время: стазис…

Вот случается сон, а во сне... Позвонил дежурно Поэт. Раньше, бывало, вечно говаривал:
- Обидно не за территорию, обидно за страну, дядя...
Сегодня - стоп! Новые нотки, новые полутона... Ни территории, ни страны...
- Обидно за эту Реальность... Ведь я вкалывал на неё... Как вол, видит Бог... - Я не вижу... Вот случается сон, а во сне... Настроечная таблица на Чудо... Я востребован!.. Просыпайтесь, месье...

По ИноРеальности – бреднем... И вот – Криминальный король,
уснувший печально к обедне в мишурном сплетении крон
того, что случалось, бывало, в беспечном смятении Душ.
Пред веком седым покрывалом к ногам опадал Мулен Руж.

В 2013 году в начале ноября я бродил у стен Мулен Ружа, я просто плелся по Плац Пегаль, но тамошние птицы не пели... Шёл дождь, и мы поворотили с женой на Монмартр, где и растворились до самого позднего вечера, пока кофейные толпы тамошних шокаладистых негров не слились с густыми как кофейные сливки сумерками... Я проклинал свою киевскую невостребованность, и знал, что в Париже я непременно создал бы свой поэтический театр... абсурда. Но меня исключительно под себя раз и навсегда востребовал из Инореальности Киев… В этом Вечном городе в 1987 года в пьяном ражу после семнадцати «фаустов» (бутылок из сине-фиолетового стекла емкостью в 0,75 литра) 21 января скончался мой отец, и его по грустным показаниям соседки: «…к ангелам срать понесли», а через почти двадцать лет после продолжительного десятилетнего постчернобыльского инсульта в пять часов утра скончалась моя мать… Польский украинец и киевская еврейка при очень трагических обстоятельствах скончались в огромном киевском гетто, будь бы оно проклято отныне и присно… А сегодня, перед звонком киевского поэтического мэтра в телевизоре плакали старые обворожительные парижские еврейки... Я растворялся в их слезах... Это были мои слёзы. Мне не дали служить ни этой Стране, ни этой Реальности, но они втиснуты в моем немолодом еврейском сердце старого жителя Игупца, некогда прежде жившего три жизни в Париже, тамошних смуглых туарегов и  негров... Я бы их селил в экзозагородних экогородках за огромными земляными валами, как людей, которые не ударили пальцем об палец для торжества и развития великой французской культуры! Но самого-то меня за все эти годы в Киеве как только не травили... Господи! Как бы я начал... Наверное, объявил на Планете «Год экологии жизни», и дал бы пожить каждому... Каждому... Как там у Григория Савича Сковороды:

"Всяким народам свой нрав и права.
Каждый имеет свой ум голова...."

Невозможно сидеть на ёлке, чтобы не поколоться. Дешевые люди легко покупаемы за паскудную наличку вчерашних кукловодов, но даже самые дешевые люди легко наказуемы за паскудную наличку тех же вчерашних кукловолов, охранявших до последнего кровавую майданную ёлку...  Даже если, вследствие твоих непрерывных усилий, наказаны все последние негодяи в твоём собственном окружении и в твоём Отечестве, всё равно требуется, чтобы затем всё в твоем окружении и в стране в целом было по-новому и безвозвратно по времени, которое способно породить таких же бездушных очередных негодяев завтра! Чтобы этого не произошло, необходимо участвовать во всех радикальных положительных переменах до последнего вздоха, и оттого нам нет времени почивать на лаврах до самой смерти!.. Обычно разновсякая подзаборная рать начинает сбраживаться в титушек по особой схеме: «ведущему» первичные косяки на предполагаемый дестрой реальности выдается бабло на 2-3 бутылки водки и ящик пива на два-три дня, дружеские фотки на память - идут в отчет смотрящему. По представленному отчету он получает 300-400 грн. налички, и очередные задание на местные блокировки, тренинги на подзаборных свалках для пацанвы от 14 до 19 лет, и только затем - на дело. Так действуют «ячейки среднего залегания». И вот тут за каждую пропущенную такую «ячейку» участковому менту следует крутить ровно годишник на общей Зоне! Рекомендую товарищу Авакову ввести сие в должностные инструкции прокурвленных ментов на всех «спальных» жилмассивах страны!!