Веле Штылвелд: Вниз по лестнице лет

Глава десятая, еврейские девушки

Странный эпизод моей памяти... В моем детстве еврейские девочки носили белые колготки, а сельские девочки носили коричневые вафельные чулки... С экзотической красотой еврейских пацанок совковые учителя в городе Бабьего яра бороться не сумели, а вот своим украинским девчонкам доставалось, помниться, и в хвост, и в гриву... Вас не затем сдали, девушки, в интернат, чтоб вы были как эти ... А бедные эти тем только и гордились, что хотя бы белых колготок у них никто не отнимет... Низкое страшное время... И об этом бы я рассказывал на уроках народной памяти....

Юные канторши заказали серо-голубые бельгийские каскетки и очень этим гордились. Их нетрадиционно модернистская синагога проходила в одном из заводских в ту пору почти бесхозных домах культуры, где мог наблюдаться зал, и огромное закулисье в виде комнаты со всяческим инвентарем и сценической рухлядью давно откочевавшего рабочего сцены Рафа Левчина. Правда, они не соразмерны с золочением занавесом парижской оперы работы Марка Шагала, но все же были на нем, занавесе, и птички певчие и линии витиеватые... Этим занавесом и прикрыли девушки облезлые стены . Получилось все просто клёво.
Была найдена и почти раввинская трибуна, и купленный по случаю чисто китайский и на вид и на ощупь свиток Торы, и канторши. На последних были кошерные темно-сиреневые кошерные до пят юбки и розовые блузы с белым кружевным жабо из первой трети девятнадцатого века.На кафедры кроме Торе было и вещий перст на длинной тонкой ножки.
Девушек было девятнадцать, они располагались в трёх первых рядах да ещё несколько исполнительниц бек вокала на сцене Поскольку канторшами желали б вы тот все. а гости располагались небольшим нестойким числом в пятом и шестом ряду общей гримёрки А больше ни рядов, ни таиств никаких не было.
Правда, в роли раввинши попеременно становились все, даже истекая для этого из бек вокалисток на кафедру Было ещё одно отличие. Раввина-мужчины здесь изначально не предполагалось ни сытого, ни даже реально, которые, к сожаление, регулярно уже случались в жизни этих очаровательных девушек.
На сей раз читали книгу Эстер под звонкий бек-вокал сценических гурий. затем был ритуал проводов отъезжающих.На сей раз их было трое. Илона уезжала на ПМЖ в Бразилию, а Люся и Бася в. Эрец. юные королевы сердец своих близких и всего своего гонимого веками народа. И пели, и читали строки из свитка Торы, и даже рыдали они страстно и пылко.
Но затем свечи угасли и девушки снова вышли на вечерние подмостки Киева чьими-то любимицами и скромными экзотическим красавицами...