Веление крови

Глава двадцать девятая. Мы судьбу свою находим…

Риата сидела на земле среди кустов сонника и раскидистого разбоевника позади помоста, на котором восседал пилейский суд и мыслеслушатели. Теплая дощатая стенка грела плечо, листья сонника шуршали за спиной, черный златоцвет бросал неровные тени на голубой луг. Толпа уже разошлась по ту сторону моста, пилейские бойцы отправились по своим делам, у помоста оставалось только несколько охранников. По лугу уже ездили на ящерах всадники, цепляя крюками бревна и растаскивая временные укрепления князя Аланда. Только что там был Ати, куда он делся? Его же задавят! Риата беспокойно повернулась в сторону крепости. Может быть, он на лугу? Теплая тяжелая рука легла ей на плечо.

- Оставь его, пусть бегает, - проговорил вполголоса Правен у нее за спиной. Что он делает вместе с ней за помостом, почему не отпускает ее от себя?

- Он маленький, а Фаера нет, чтобы защитить! А если кто-нибудь его ударит, или вздумает на него охотиться, или еще как-нибудь обидит?

- Сейчас главное, чтобы не обидели тебя!

Ветви златоцвета зашумели, а из них высунулся летун Торик, которого Фаер лечил две осьмицы назад. Торик сорвал несколько златоцветов и бросил вниз. Ати выскочил из-за кустов, с чавканьем сжевал плоды и поднял голову, требуя еще. Торик принялся сбрасывать златоцветы по одному, а белосвет ловил их, резво подпрыгивая и размахивая хвостом.

Совсем маленький, только бы есть и прыгать! И как только ему пришло в голову вытащить ее на этот помост и толкнуть прямо на рошаельского мыслеслушателя? А рошаелец такой важный и нарядный, что даже прикоснуться к нему было страшно! И все это видели, как это было нелепо, и летун, и толстый пилейский советник, и писари… Нет, сам Ати не мог понять, что такое веление крови и чем занимается суд, он еще маленький, а белосветы взрослеют дольше людей! Хотя в чем-то они взрослеют куда быстрее… А может, это Правен, новоявленный Сочетатель, подучил Ати устроить это представление? Выставил Риату на всеобщее обозрение, и вот чем все это кончилось!

Князь Аланд с его матушкой улетели на драконе, должно быть, теперь им придется всегда жить в изгнании, и Риата никогда больше не увидит прекрасного князя! Риата вздохнула. А прекрасный ли он? Она даже не узнала князя Аланда, когда он слушал первое веление крови – такого самодовольного лица она не видела за всю жизнь! А как он поглупел на глазах, когда пилейский ученый брат в коричневой хламиде объявлял окончательное веление крови! Князь просто не мог ничего понять в долгих умозаключениях лохматого мыслеслушателя. Зато Риата сразу сообразила, что она никакая не наследница, и никто никогда наследником ее матери не будет. Вот почему Нитала говорила, что итог ее мыследеяния не понравится княгине Фелоне! Она наверняка умела делать сложное повторение, при котором ребенок получил бы веление крови не только матери, но и отца, но не даже не стала предлагать этого княгине, грозившей ей и Укрывищу. В одном она ошиблась: итог мыследеяния вполне устроил Фелону, и даже у ее дочери не было ни сомнений в своих правах, ни неприятностей, а вот в следующем поколении… Риата вздохнула. Ей до сих пор было стыдно, как будто она и в самом деле была самозванкой.

Руки Правена обхватили ее и заставили ниже пригнуться за кустами.

- Спрячься! - прошептал он над в ухом. Кто там шумит? Ах, это тот, которого все зовут Князь-под-горой, и который прилетел на змее! Длинноногий рошаельский князь, гремя каблуками, снова шагал по доскам помоста. Вот он остановился прямо перед советником Вариполли. Черные глаза рошаельского князя возмущенно блестели, а в руке белел испачканный чем-то тонкий платок с цветочками.

- Это письмо мне передали сегодня утром. Мой родственник князь Ленорк Четвертый Нагорно-Рошаельский находится в заключении в Альване, хотя это по неизвестным, или слишком хорошо известным, причинам скрывается. От имени короля Рошаеля и своего собственного я требую объяснений! - объявил он, растянув платок и показывая всем присутствующим расплывчатые кривые строчки. Пилейский советник тяжело заворочался в кресле, оглядываясь на соседей по столу, те молча переглядывались.

- Должно быть, это княгиня Зия… - проговорил, наконец, советник. – Твой родственник вполне мог задержаться у нее в Альване… не по своей воле… Сам видишь, Князь-под-горой, сколько они с сыном тут всего наворотили…

- С тем, что они наворотили, мне все ясно, однако - где князь Ленорк? - не отступал рошаелец. - Ленорк попытался задержать того, кто похитил образцы веления крови Лидоры Пилейской, после этого он пропал на земле Пилея, а князь Аланд неожиданно обрел веление крови пилейских князей! Слишком много совпадений! Где князь Ленорк Четвертый, отвечайте, почтенные государственные мужи!

Государственный муж был только один, советник Вариполли, и неизвестно, как бы объяснил все произошедшее, если бы его не выручил Торик, с криком указывавший в сторону нового леса.

- Да здесь он, здесь! Смотрите, вон там из леса князь Ленорк бежит! - закричал летун с ветки златоцвета, и все вскочили с мест. Риата высунулась из-за помоста, чтобы все увидеть, но Правен усадил ее обратно.

- Пока они не скажут, что собираются делать с тобой, не показывайся! - прошептал он. Зачем, зачем это? Правен собрался ее спасать, и теперь шагу не дает ей ступить! Но, если честно, это даже хорошо, когда есть кто-то, кому не все равно, что с тобой будет. У Риаты никого такого никогда не было, только белосвет Фаер…

Из леса выскочил очень высокий и худой молодой человек с мечом в руке и помчался к мосту. Похоже, это и в самом деле был родственник Князя-под-горой, такой же длинноногий, худой и кудрявый, только моложе. За ним тяжело бежал крупный лысый человек с дубиной длиной в человеческий рост, время от времени нанося удары по воздуху, а молодой рошаелец ловко от них уклонялся, пытаясь даже достать противника мечом.