Велесовы нити

Глава 6

Богдана

Между деревьев блуждал легкий ветерок, слегка покачивающий мягкий ковер из травы. Хотелось снять босоножки и коснуться его босыми ногами, но множество раскиданных шишек и веток останавливало.

Я проследила взглядом за пролетающей мимо бабочкой и вновь посмотрела на брата. Он уже минуты три что-то рассказывал. Что-то очень важное, но смысл ускользал от меня с крыльями той самой бабочки.

– И если закрепить его выше... Дана, ты здесь?

Я, притормозив, моргнула. Боря стоял в двух шагах от меня, но будто был окружен какой-то дымкой.

– Да... прости, мне как-то нехорошо.

Лицо брата приобрело обеспокоенный вид.

– Пойдем-ка к реке.

По пути он продолжал рассказывать о чем-то, важном или не очень. Я пыталась зафиксировать свое внимание на его словах, но все никак не получалось. Будто он говорил через толщу воды.

Наконец мы вышли к старому деревянному мостику. Жжужание стрекоз послышалось так четко, что я невольно оглянулась на брата.

– Нужна помощь?

Тело мелко задрожало, а ноги стали ватными. Голос брата доносился будто издалека, в то время как стрекоза, севшая на ветку на другом берегу, слышалась так, будто я сижу прямо под кустом.

Боря нагнулся ближе к воде, зачерпывая руками немного. Его руки заботливо умыли меня, а после он поцеловал меня в лоб и обнял, успокаивая.

У берега послышался всплеск, и я, выглядывая из-за плеча брата, увидела русалку. Молодая девушка, видимо, совсем недавно вышедшая из подросткового возраста — такие часто приплывали к нашим берегам, стремясь наесться и передохнуть перед беременностью. Однако обычно они приплывали в начале весны, в верхнее течение у Лица Велеса — там теплее. Летом мы встречали более взрослых, беременных русалок, донашивающих своих малышей в теплой летней воде и готовящихся к осенне-зимнему эмигрированию ниже по течению.

Русалку тем временем заметил и Боря.

– Здравствуйте, милейшая, – голос брата вдруг стал четким и я издала облегченный вздох. – Чем бы вас накормить? У нас с собой ничего нет.

Девушка сделала призывной жест, и брат нагнулся ближе к воде.

– Собой, – произнесла русалка певучим голосом, одновременно проведя вверх по руке Боре и обвивая его за шею.

Мои ноги словно приросли к земле. Не успела я даже вскрикнуть "Нет!", как миловидная русалка вдруг превратилась в жуткую мавку - молодая утопленница, погибшая насильственной смертью или в следствие самоубийства. Такая нечисть, а это была именно она, стремится утащить молоденьких парней, а иногда и девушек, на дно, тем самым мстя за собственные страдания.

Я попыталась пошевелиться, но тело будто не слушалось. На руки словно привязали тяжеленные камни. Стало тяжелее дышать, а горло сдавило, не давая произнести ни звука. Словно в замедленной съемке я наблюдала, как мавка утащила моего брата в воду. Я упала на колени, обессилев от беспомощности.

На лес будто внезапно обрушилась ночь. Я не сводила взгляда с воды, пока та не забурлила. В воздух взмыла мавка, когтями держащая моего брата. Его серые глаза приобрели белесый оттенок. Я открыла рот, чтобы заорать...

...И села на кровати, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось где-то у горла, а от холодного пота волосы липли к лицу. Я потерла лицо руками, разгоняя остатки сна и сфокусировала зрение на часах: стрелка медленно двигалась в сторону 6 часов. За окном уже брезжил рассвет, но из окна все еще тянуло ночной прохладой.

Я оглянулась на подругу. Мирослава, укутавшись по уши, спокойно досматривала сон. Взгляд вновь вернулся на часы: рядом висела икона Темной Богини. Ее золотые глаза, казалось, следили за каждым моим движением.

Осознав, что больше не усну, я осторожно выбралась из кровати и присела под иконой в утренней молитве. Пара привычных строк и мандраж, продолжающийся с самого сна, отпустил.

Дверь тихонько приоткрылась и в проеме объявилась Мао-Мао. Издав удивленное "Мяу?", она подошла ближе, прижимаясь ко мне большим пузиком. Я рефлекторно почесала ее за ухом. Кошка наверняка шла в сторону комнаты брата, но, услышав мои движения, решила заглянуть.

Образы из сна вновь возникли перед моим взором и я, подхватив кошку, тихонько покинула комнату с Мирой и устремилась к Боре.

Дверь скрипнула и брат, уже сидящий на кровати, удивленно вскинул брови. Кошка моментально спрыгнула с моих рук, устремившись к ногам Бори. Обтеревшись об них, она с упоением разлеглась на полу и принялась вылизывать свою лапу, довольно причмокивая.

– Дана? – произнес он шепотом. – Что случилось?

Я невольно покосилась на спину Деяна, лежащего на другом конце кровати, но тут же отвела взгляд, поняв, что он без футболки.

– Сон приснился...

– Опять?! – брат произнес это достаточно громко, отчего Деян дернулся, но не проснулся.

Брат вздохнул и тоже растер лицо.

– Накинь мой халат. И пойдем в гостевую, туда точно никто не придет.

Спустя минут пятнадцать мы уже сидели в креслах гостевой спальни. Боря успел приготовить мне мятный чай, а сам разворовал запасы отца на кружку кофе. Брат внимательно слушал мой рассказ и начал задавать вопросы лишь позже.

– Вчера ты предупреждала, что кто-то соврет... сегодня, что меня утащит русалка... Так?

Я кивнула, вдыхая успокаивающий аромат мяты.

– Значит, выходит, что мне стоит не доверять русалкам?

Я поставила кружку на столик.

– Нет... тут что-то глубже. Будто бы предупреждение, что что-то или кто-то совсем не то, что ты видишь. Я вижу обман, но вижу где.

– Хм... – Боря откинулся в кресле, пытаясь что-то вспомнить. – Может... это Мария?

– Ты теперь только о ней думаешь?

– Что? Нет! – брат отвел взгляд, а его щеки приобрели розовый оттенок. – Просто... она вчера так странно отреагировала, когда я сказал, что отец из Будиграда.

– Все же будь внимательней. Кто знает, о чем это.

– С такой сестрой, как ты, меня никто не обманет, – Боря улыбнулся и подмигнул мне.

Я улыбнулась в ответ и снова отхлебнула чай.