Великая месть Пигалицы

Глава 6

в которой
онсаи надевают диоптрии,
но, обнажают свои тайны…

- Что зде-е… - голос сорвался. – здесь у меня в мастерской, простите, происходит? Хотя почему «простите»? Точней, «за что»? И вслух… зачем?.. Погодите. Я сейчас.

Обошла по дуге лежащего на досках пола мужчину и села рядом с Бумом на диван. Поправила полы халата своего просторного. Не по раз-змеру! (не нервничать!) Сложила на коленях руки. И, наконец-то, смело вскинула глаза. В аккурат на стоящего напротив тегомийца. Но, первым отозвался на мое явление совсем не он:

- Ммы-ыы-ы. Мы-мы?

- Это вопрос сейчас был? Уже ко мне?

Онсай, с вниманием глядящий на меня, вдруг, улыбнулся, правда, лишь одним намёком. А потом опустил взгляд на пол. И связанного тут же нервно передернуло. Вот это мощь убеждения!

- Вы понимаете, Эрментруда, - размеренно словно ребенку произнес, следя за тегомийцем, Бум. – Он, этот… человек пришел сюда, чтоб вас ограбить.

- Не убить? – от удивления пропищала я сильней обычного. – Какая новость… знатная, - и с новым интересом уже осмотрела хлопающего глазами кляпоносца: мне незнаком, среднего возраста, комплекция весьма крепка. – Значит, ограбить. И, скорей всего, вчерашний, точнее, позавчерашний мой заказ его так приманил.

- Ммы-мы-ээ-мы-мы мы-ыы!

- Заткнись, - и снова быстрый взгляд от Бума на онсая.

Да что же это за абстракция? Да мне бы… ух ты… ой-ёй-ёй. Та-ак. Надо думать хорошо! Онсай молчит. При воре он расшаркиваться в этикете представления не станет, ясно видно. Ну, а куда вора потащит после задержанья Бум?.. Да в Прокурат, к авгуру не ходи! И вот там уж на снятии показаний с Бума и допросе вора…

- Господа, можно вас в коридор на пару слов?

Господа, опять переглянувшись, вышли, пропустив меня вперед. И вор вслед спохватился, будто и его на откровенья за компанию позвали. Ага, давай-давай. Червячком, подлец! Из-за тебя ведь… и знакомая магпаутина в дверном проеме едва не зацепилась мне за нос. Сеть тишины. Ну-ну. В собственном доме!

- Госпожа Христманн, за несогласованные меры и бескультурье извините.

Ох, ты ж!.. И быстро спрятать вспыхнувший в глазах азарт. Ведь он! Ведь именно сейчас! Ритуальные наклоны головы, движенья рук, они же отработаны у тегомийцев с рожденья самого, а этот лишь на миг всего рукой замешкался… и еще сказал мне что-то… что-то. Точно!

- А-а, пожалуй, - и зверскую улыбку свою спрячь! И соберись! А то в голове в последние минуты одни: «ёй-ёй», «ох ты ж», «ух ты» и восклицательные знаки.

- Тогда я представлюсь вам - Нэо.

- Наш специалист по диверсиям и антидиверсионным операциям, - со странной похвальбой добавил Бум. – Лучший в Тинарре за последние года. Он нынче грабителя и взял.

- В Тинарре? – только лишь это я для себя и уточнила. Да и не то, чтоб сильно удивленно, однако, тегомиец чётко произнес:

- Я из Бередни. Соседнего с Тинаррой государства. Жил там, но переехал.

Ну надо же! И ведь вполне возможно, он не врет. Здесь смысл весь в сроке «проживания» в Бередне.

- Я поняла, вы из Бередни, Нэо. А меня зовите Эрментрудой, - и руку протянула, предвкушая эмпирический ответ. Как он поступит?..Нэо равнодушно и легко, нет, не пожал ее, а опустив глаза… поцеловал. – И-и вот теперь нам надо договориться с вами. Но, изначально я знать должна: как вы вором этим распорядитесь.

Бум хмуро хмыкнул:

- В Прокурат его. У нас договоренность стандартная для всех бюро. Осмотр помещения мы уже составили. Так что сгребу и подвалом утащу.

- Ну и попутного ветра ему до прокуратского шлагбаума, - вот же, хобья сила!

Охранник, прицельно глядя на меня, поскреб свой нос:

- Эрментруда, да не переживайте вы. Бюро по моим будущим показаниям здесь находилось только для охраны дома от воров. А если они договор о сотрудничестве затребуют, напишем и подпишем новый. А после внесем его отдельным пунктом в прежний, действующий. Прецеденты бывали!

- Спасибо, - быть может, вот теперь и пронесет.

- Ну, если всё…

- Идите, Бум.

- А я останусь с вами.

- Насколько? - развернулась я к онсаю. И что за вопрос задала дурацкий?

Мужчина же со сцепленными за спиной руками, надо мной склонился:

- Здесь в рифму было б: «Эрментруда, насовсем».

И ведь ни грамма интереса мужского при всём при этом, хобья сила!

Я глянула в ответ в онсайские холодные глаза:

- Вы подрываете авторитет своей конторы, Нэо.

Всю жизнь оберегать клиента от проблем?

Я приглашаю вас со мною выпить чая, Нэо.

И давайте в будущем мы избежим подобных тем…

Чтоб ненароком не поскользнуться на гладко-пёстреньком ковре тщеславия, постараюсь объективной быть именно сейчас… Чем я отличаюсь от типичного эксперта Прокурата? Базой знаний. У меня она огромна: от разновидностей худшкол всех стран до химсоставов красок, лаков, грунта, тканевых полотен и других основ. Вот именно первого моим коллегам не хватает! Они без всяких затруднений могут разложить на составляющие масляную краску, например. По этому составу сделать вывод, что она довольно стара. Или молода, наоборот. И кракелюр[1] на полотне искусственно состарен. А рама перекрашена сто раз. И всё. Сплошная химия! А я? А я еще и художественный историк. А если быть точней – искусствовед…

- Искусствовед я, а не джингарская мартышка! Ну, Ситринг, ты достал!

- Да это я тебя достал? Да это разве я?

Да, мы с ассистентом спорили в мастерской уже давно. Нэо со скрещенными на груди руками просто стоял и молча наблюдал. А этот гном как только глазоньки продрал с утра, так будто бы не с той ноги с кровати спрыгнул! И знаю – почему. Такое ведь веселье ночью мимо! Ага! Веселье. А некоторые, скажем я, вообще не сомкнули за ночь глаз. А через два часа сдавать отчет и возвращать картину. И не кому то, а… подписывала ведь бумажку о неразглашенье.

- Всё. Хватит, Ситринг. Позже к этой теме. А теперь продолжай писать отчет: