Великая сила нелюбви

14.

В груди снова защемило. Скорее бы Колька сдал свои экзамены и приехал. От нечего делать Никита забрёл в разрушенный дом. За зиму тот ещё сильнее подгнил. Стены держались на честном слове, но мальчик всё равно полез на чердак. А если он упадёт и сломает ногу, примчаться его родители? Приедут! Погрузят в машину, наложат гипс в городской больнице и снова спихнут бабушке.

А если Никита насмерть разобьётся? Сколько слёз прольют предки, рыдая над его телом? Или, как обычно? Приедут, закопают, набьют багажник машины бабушкиными соленьями и снова в город. Они поймут для чего приезжали?! Есть хоть одна душа, кроме бабушки, которая любит Никиту по-настоящему?

Как странно, на чердаке на куче гниющего барахла лежит книга. Лежит так, как будто кто положил её специально. Книга старая, но в хорошем состоянии. Сухая и плесенью не пахнет. Явно она появилась тут недавно. Люди ненужные вещи выбрасывают на помойку. Этому дому вполне подходит название «помойка». Но книгу не швырнули, куда долетит, а принесли и аккуратно положили. Зачем?

Какой взрослый, рискуя жизнью, лез по трухлявой лестнице на чердак, чтобы избавиться от маленькой книжки? Не проще было бросить её в сад? Никита внимательно рассмотрел находку. Тёмно-зелёная обложка из простого картона, сильно обшарпана в углах. Название книги прочитать трудно, стёрлось от старости. Название обязательно дублируется на титульном листе. Это Никита знал.

Предки разрешали сидеть за компьютером не больше часа в день, так что Никита был постоянным посетителем библиотеки. Все библиотекарши, включая заведующую, знали его не только по имени и в лицо, но и всю его биографию. Никита охотно общался с невзрачными тётками в очках с толстыми линзами, которые проявляли к нему интерес.

С большим неподдельным вниманием библиотекарша Чуднова Полина Геннадьевна вела долгие философские беседы с любознательным мальчиком. Ей очень нравилось, что Никита старается докопаться до самой сути, до глубокого смысла бытия. Полина Геннадьевна явно перешагнула пенсионный возраст, но уходить от своих любимых книг и не собирается. Похоже, дома её ждут лишь стены и мебель. Завела бы себе какую зверушку, всё приятнее было бы возвращаться.

Подросток, стоя на коленях, потёр ладони о шорты. Он никак не может решиться открыть книгу. Никита вздрогнул всем телом. На улице жара, а на чердаке сыро и прохладно. Но тянуть больше нельзя, его уже трясёт от холода, кожа покрылась пупырышками. Интересно, если он выйдет погреться на солнышке, а потом вернётся, исчезнет его находка или нет? Он схватил трофей, запихал под футболку и быстренько спустился.

Мальчик добежал до реки, спрятался в ивовых зарослях, достал книгу и попытался прочесть название. Заглавная буква «М», это точно. Никита поковырял пальцем тиснёный картон. Даже позолота осталась.   

— М-а, ма-а, — третья буква не поддавалась прочтению.

Что ж такое, почему он не может перевернуть обложку? Руки не слушаются, всё нутро противится. Накатило внезапное желание забросить свою находку в реку. Мальчик выбрался из кустов и сел на берегу, на самом солнцепёке. Холодно, холодно! Трясёт как в лихорадке. Книга ледянющая, будто кусок льда из холодильника. Руки онемели её держать.

Негнущимися пальцами он медленно открыл книгу. Было такое чувство, что открывает крышку гроба. Ух ты, 1873 годъ изданія, Санктъ-Петербургъ! Уже интересно. Книга не просто старая, старинная. Сколько она стоит? Где её можно продать? А этих денег хватит Никите на скутер?

На пожелтевшей странице в самом верху два ряда латинских букв. Под ними вензеля и завитушки. В центре название «Магiя. Практическое пособiе» и пониже в скобках «Только для дѣвочекъ!" Буквы чудные, такими в наше время не пишут.

Н-да, Гарри Поттер отдыхает! Никита рассмеялся бы, сейчас полно всякой фигни в подобном стиле. Мода на фантастику, эзотерику, НЛО и прочую ерунду. Но! Год издания книги настораживал. Вряд ли люди в то время загонялись по мистическим рассказам. Никита начал читать и остановиться уже не мог…